Мальчик который не спит (СИ)

— Можно погладить? — спросила Луна, когда я остановился рядом с девушками, и Миюри спрыгнула с меня.
Я утвердительно рыкнул и плюхнулся боком на тёплый пол веранды. Через мгновение меня окружили девушки и осторожно прикоснулись к шерсти.
— Чего вы трясётесь? — спросила Миюри и зарылась обеими руками в мою шерсть. — Такой мягкий! А как линять начнёт, сделаем из него шубку!
  
Следующие пять минут меня тискали, как большую плюшевую игрушку. Я растёкся на полу и наслаждался ласками.
— Ой, кажется, я видела его пис… — тихо прошептала Луна, но слух у меня был хороший, и я мгновенно вернулся в человеческий облик, резко вскакивая на ноги.
— Так, Миюри, больше не бегаешь без одежды по территории!
— Ну у меня же шерсть! — возмутилась сестра.
— Меня не волнует!
— Хм… Сшить одежду для второго облика… Можно… Только как мерки снять?
— Попроси Нарциссу, — отмахнулся я.
— Дэн, Миюри нам всё рассказала, — сказала Дафна.
— Что именно? — я зыркнул на сестру.
— Всё-всё! — покивала мелкая и показала язык.
— Ну рассказала и рассказала, — пожал я плечами и переместил из гостиной своё любимое кресло, в которое устало плюхнулся.
— Дэн, мы не знали! — воскликнули Дафна с Пэнси.
— Я знала, — пожала плечиками Луна. — Но у нас нету такой клятвы в роду. Да и мама создала для своих подруг артефакт, который обходит эту клятву.
— Стоп, что за артефакт? — насторожился я.
— Насколько я поняла, клятва роду приносится в защищённом ритуальном зале. Приносить её нужно полностью голым, чтобы было видно, что на тебе нет артефактов, способных обойти клятву. Но мама сделала артефакт, который достаточно проглотить, и он в течение года останется в тебе. Даже всякие зелья для очистки его не выведут, а другие артефакты не смогут его обнаружить. Правда, ничем хорошим это не кончилось…
— А что случилось? — заинтересовалась Дафна.
— Одной девушке этот артефакт был нужен, чтобы выйти замуж за парня, которого она любила… Только тот в итоге заделал ей ребёнка и сбежал. А вторая хотела свободы и после Хогвартса сбежала в Испанию. Её родителям ещё долго присылали части их дочери, требуя выкуп…
— Они отказались?
— Они всё заплатили, но похитители требовали всё больше и больше… У них просто не было таких сумм, а потом они прислали им её голову…
— Жуть какая, — ужаснулась Пэнси.
— Будь они под клятвой, и этого бы не случилось, — вздохнула Луна. — Мама винила себя в произошедшем, поэтому, кроме описания самого артефакта и этих историй, ничего не осталось. Она уничтожила все расчёты.
— И что нам тогда делать?
— Не все клятвы снимаются в четырнадцать, — загадочно улыбнулась Луна.
— Ты о чём сейчас?
— Не скажу, — резко насупилась Луна.
— Луна!
— Нет!
— А ну говори!
— Не скажу!
— А я кажется знаю, — усмехнулась Пэнси.
— Говори!
— Не скажу, — Пэнси отскочила от попытавшейся схватить её Дафны.
— Сюда иди!
— Нет!
— Венчание душ, что ли? — спросил я. — Ну да, оно должно сработать. Но я слишком молод для такого!
— А я не против… — произнесла Луна. — Что такого?
— Ты знаешь Дэна всего ничего!
— Мне достаточно и этого, — улыбнулась мне Луна. — А до четырнадцати я смогу узнать его куда лучше.
— Короче говоря, — подвёл я итог. — Мы забегаем сильно вперёд. У нас каникулы вообще-то, а вы тут о всяком серьёзном…
— Кстати, — сказала Луна. — Вы ничего не забывали в последнее время?
— В каком смысле? — удивилась Дафна. — Если мы что-то забыли, то вряд ли это вспомним!
— Ну а вдруг, — улыбнулась Луна в ответ. — Видимо, только я помню…
— Что именно?
— Василиск, — сказала Луна.
— Ты что-то такое писала в своей газете, — кивнула Пэнси. — Но мы вроде как это не забывали.
— Похоже, никто не помнит, — грустно улыбнулась Луна. — Дэн, у тебя тут нет Омута памяти?
— Не уверен, — покачал я головой. — Тик, у нас есть Омут памяти?
— Есть комната памяти, — отчитался появившийся эльф. — В каталоге под номером двадцать три, описание комнаты совпадает с действием Омута памяти, только воспоминание могут смотреть несколько человек сразу.
— Посмотрим? — спросила Луна.
— Посмотрим, — согласился я.
Комната памяти оказалась самой обычной с виду комнатой, в центре которой возвышался постамент с Омутом памяти. Правда, стоило Луне поместить туда воспоминание, как комната вокруг нас подёрнулась туманом, и мы оказались в Хогвартсе.
Наша компания, как обычно, сидела в башне Луны. Пэнси с Дафной делали домашнее задание, я пинал балду, лениво осваивая очередную модификацию Протего. А Луна, как всегда, зарылась в кипу книг и искала что-то для своей новой статьи.
— Слышала, что ещё один ученик попал в Больничное крыло, — сказала Пэнси, оторвавшись от сложной формулы трансфигурации. — Те же симптомы, что и у кошки Филча.
— Люциус же обещал закупиться мандрагорами, — удивлённо хмыкнул я.
— В том-то и дело, что в Британии наступил резкий дефицит мандрагор, — добавила Дафна. — Кто-то ещё до первого нападения скупил все мандрагоры. Их мало кто выращивает в промышленных масштабах. Спрос есть, но покупают немного. Весь урожай Хогвартса пойдёт на продажу, и рынок будет насыщен до следующего года.
— Хочешь сказать, что кто-то подготовился к нападениям?
— Очевидно, — пожала плечами Дафна. — Либо это невероятное совпадение, в которое я не верю.
— Я тоже, — согласилась Пэнси. — Сначала бедная кошка, а потом ещё и два маглорождённых студента резко окаменели, оказавшись в коридоре в одиночестве. Ладно Колин, он всех достал своими колдофото. С его ростом так удобно фотографировать девушек под юбкой…
— Похоже, его мало били после прошлого раза, — скривилась Дафна. — Поделом.
— Но второй студент вообще из Хаффлпаффа, — покачала головой Пэнси. — Тихий паренёк, который считай жил в теплицах, что-то выращивая постоянно и собирался стать помощником Спраут после выпуска. Вот уж кого девушки точно не интересуют, а только опасные и ядовитые растения.
— Действительно, — улыбнулся я. — Если нет разницы, то почему бы не вырастить себе жену?
— Своей смертью ты не умрёшь, Поттер, — оскалилась Дафна.
— Я же говорил, что умру в окружении молодых красоток, — ухмыльнулся я в ответ, и стоящая рядом Миюри одобрительно закивала.
— Директор-то что-то собирается делать? Студенты уже паниковать начинают.
— А вот тут лёгкая загвоздка, — прищурилась Пэнси. — Я написала отцу о произошедшем, вот только ответа от него нет. Сова вернулась, но без письма.
— Что это значит?
— Я поспрашивала знакомых, и есть предположение, что директор может закрыть всю исходящую корреспонденцию из школы.
— То есть, он скрывает происходящее?
— Похоже на то.
— Я поговорю с Люциусом, — сказал я. — Если так, то мне всё это не нравится…
Воспоминание резко оборвалось, и мы опять стояли в комнате памяти.
— Не помню этого разговора, — признался я.
— Как и мы, — кивнула Дафна. — Значит, директор заблокировал не только почту, но и память студентов!
— Я сообщу Люциусу… Чёрт, он же профессор и, скорее всего, связан клятвами. Могу Фаджу об этом сказать, но не факт, что поможет. Выборы на носу, и непонятное окаменение учеников в замке для него будет равно концу карьеры.
— Я уже написала статью для папиной газеты, — сказала Луна.
— Не смеши, — нахмурилась Дафна. — Сама знаешь, как маги относятся к этому журналу.
— Да нет, я в газету написала, — улыбнулась Луна. — Ведьмины Ведомости — это тоже папина газета.
— Серьёзно? — неподдельно удивилась Дафна. — Вторая по популярности газета для ведьм, после Ведьмополитена?
— Угу, — кивнула Луна. — Раньше ей руководила мама, но…
  
— Мы поняли, — остановила Дафна резко погрустневшую Луну. — А что ты написала?
— Заметку от имени обеспокоенной матери, — ответила Луна. — Якобы её сын не вернулся из Хогвартса, и последнее, что он ей написал, было сообщение об окаменевших учениках. И что он боится стать следующим, так как полукровка. И там мать ссылается на мою Хогвартскую газету. Уверена, что многие захватили её с собой на каникулы.