Мальчик который не спит (СИ)

Я и отдыхал, тупо пялясь в потолок. За мной следил Тик, и периодически заскакивала Миюри, жалостливо поглаживая меня по щеке. А на следующий день Деметра наконец-то начала нас обучать основам.
— Первое, что вы должны запомнить, — род превыше всего, — сказала Деметра, устроив в одной из гостиных учебный класс.
— Это же очевидно, — удивился я.
— Нет, Дэн, совершенно не очевидно, — вздохнула Деметра. — Каждый член рода ровно в четырнадцать лет даёт клятву.
  
— Почему в четырнадцать? — спросила Миюри.
— Малое совершеннолетие, которое дарует магу какой-то свой дар… У маглорождённых это практически никак не выражается, а вот у чистокровных дар может быть очень сильным. Не артефакторика Поттеров, но иногда сопоставимо. Тогда же с мага спадают все клятвы, которые он давал до этого. Так что все ваши детские клятвы с подружками продержатся ровно до четырнадцати лет, после чего тебя можно будет послать далеко и надолго.
— Значит, они знали, — задумался я.
— Не факт, — улыбнулась Деметра. — Хогвартс всё же не обычная школа, а подготовка к большому миру. Детям не всегда сообщают о таких подробностях, после чего те дают клятву роду, и вот тогда родители говорят с ними по душам. Иногда такое всплывает, что волосы дыбом становятся. Кажется, что могут натворить детишки до четырнадцати лет?
— Многое? — спросила Миюри. — Что? Я знала двенадцатилетних стражников, которые отбивали на стене атаку противника. Столько крови на руках не у каждого убийцы бывает за всю жизнь. А тут двенадцатилетний шкет выпускает кишки штурмовикам.
— Вот-вот, — согласно закивала Деметра. — Чаще это просто мелочные тайны, но твои девицы расскажут своим родственникам всё, что знают. Как думаешь, что будет потом?
— Ничего хорошего, — поморщился я.
— Кстати, есть у меня подозрение, что твой дар видеть души — это именно дар малого совершеннолетия, — задумалась Деметра. — Поттер-то его не прошёл, а вот у тебя оно уже было. И плевать, что в другом мире.
— Но там-то я ничего не видел…
— Так и не был там магом, — пожала плечами женщина. — А тут стал, значит, и дар заработал.
— Не факт, но ладно, — отмахнулся я. — Что мне делать?
— Сотри им память, и дело с концом, — усмехнулась Деметра. — Думаешь, есть другие варианты? Только родовая клятва главы рода, которая действует на всех родственников, не будет снята в четырнадцать.
— Всегда можно найти выход, — покачал я головой.
— Ты так к ним привязался? — удивилась Деметра. — Детишки сегодня дружат, а завтра уже у них новые друзья. Уверен, что их родители уже давно сосватали малявок более подходящим женихам, чем ты.
— Это тут ни при чём, — отмахнулся я.
— Не строй из себя ребёнка, Дэн, — поморщилась Деметра. — У тебя два рода в потенциальных врагах. А скорее всего, они продадут все твои тайны кому-то другому, чтобы не марать руки. Тот же Отдел Тайн очень сильно заинтересуется твоей историей. И что дальше? В лучшем случае станешь подопытной крысой, на которую наложат столько клятв, что ты и чихнуть не сможешь без одобрения своих хозяев. У Гринграсс и Паркинсон воспитание истинных чистокровных леди. В нужный момент она легко отбросит все чувства к тебе, если таковые всё же будут. Против семьи и рода никто из них не пойдёт, тем более клятва роду перекроет все лазейки.
— Всегда есть варианты, — не согласился я.
— Я тебе уже все их сказала, — развела руками Деметра.
— Значит, я сделаю так, что главы их родов сами принесут мне клятву верности!
— Юношеский максимализм проснулся? Дэн, ты вполне справляешься с гормонами нового тела, так ещё и я тебе помогла стабилизироваться. Подумай трезвой головой, сколько проблем ты заимеешь, если попытаешься пойти против Паркинсон и Гринграсс. Ты сопляк без силы, за которым стою только я.
— Ещё я и Флинты, — не согласилась Миюри. — А ещё есть Малфой.
— А вот это уже вариант, — задумалась Деметра.
— Ты о чём? — спросил я, стараясь не погружаться в чёрные думы.
— Чёрная метка, — ответила Деметра. — Малфой, да и другие чистокровные… Метка обязательно бы вступила в конфликт с клятвой. В таком случае Малфой просто бы умер, не в силах выполнить противоречащий интересам рода приказ. Значит, метку они получили до четырнадцати лет, но в отличие от клятв, метка присутствует в теле мага. Скорее всего, у метки есть материальное вместилище, которое прорастает в самом маге. И когда спадают все клятвы, даже те, которые поддерживает метка, то она просто активирует их заново.
— Или метка вообще к клятвам отношения не имеет, — вставила Миюри. — Просто дамоклов меч, зависший над шеей.
— Нет, — отмахнулась Деметра, вставая и стала ходить от окна до двери и обратно. — Метка работает именно как набор клятв, подчиняющий мага. Свобода воли остаётся, но сам маг не в силах перечить заклинателю. Можно даже сбежать от Волдеморта, но тот всё равно найдёт предателя. Вообще, в такой сложный конструкт много условий не засунуть. Так ещё и условия должны быть простыми, чтобы они легко наложились после того, как магу исполнится четырнадцать. Стоп! Кажется, я поняла!
Деметра закружилась по гостиной, что-то бубня себе под нос. Минут через пять её отпустило, и она плюхнулась на кресло перед нами.
— Всё гениальное просто! В метке есть одна клятва! Мощная и одноразовая, но вполне рабочая! Он вообще не ограничивал своих слуг клятвами, считая, что он выше этого! Зато в четырнадцать лет на мага вешалась клятва, которая отменяла действие следующей клятвы в его сторону. И когда маг клялся роду, то эта клятва работала на всех, кроме Волдеморта! Гениально!
— Только я не умею накладывать Чёрную Метку, да и не собираюсь, — открестился я.
— Сил не хватит, ты прав, но если её уменьшить лишь до конструкта, который накладывает отменяющую клятву? Малявкам твоим никакого вреда, а тебе польза. И ты вполне сможешь сделать это, заодно проверив их верность тебе. Просто предложи и расскажи всё как есть. Если согласятся, то ты ничего не теряешь. А вот если откажутся, ты будешь знать, что они из себя представляют.
— Допустим…
Предложение Деметры было… Скажем так, оно было оптимальным. Терять своих подруг я не хотел, как и попадать в рабство местным магам. Поэтому такой вариант вполне себе может сработать. Тем более, такую же метку девушки наложат и на меня. Не могу же я заставить их дать клятву только в одну сторону.
Всё будет взаимно, или не будет.
Деметра продолжила удивлять меня, поясняя законы магического мира, которые просто негде было узнать. В той же библиотеке Хогвартса законы мира магии валялись на самой дальней полке.
Да, я слегка приврал. Вот только одновременно сказал чистую правду. Попробуй в толстом томе, написанном мелким шрифтом, найти нужный закон. А потом разобраться в нём, но на следующий день узнать, что к нему есть дополнения через ещё три тома. И это дополнение полностью меняет закон на диаметрально противоположный.
— Не знаю насчёт планов Дамблдора на тебя, но, отдав Дурслям, он сделал Гарри очень щедрый подарок, — усмехнулась Деметра.
— Гарри бы не согласился с тобой, — покачал я головой. — Они его держали под замком, как опасное животное!
— Вот только несовершеннолетний маг, проживший восемь лет не в своей родной семье, автоматически становится её членом. В случае же, если это семья маглов, то получается так, что на тебя не распространяется большая часть магических законов, кроме основных. Тебя даже за убийство будут судить по магловским законам и посадят в магловскую тюрьму, а не Азкабан. С лишением магии, конечно, но всяко лучше дементоров под боком.
  
— Получается, и прав у меня никаких нет?
— А они вообще у магов есть? — усмехнулась Деметра. — Магические законы и были созданы для того, чтобы держать вооружённую толпу людей в узде. Только вместо пистолета у каждого из них оружие массового поражения. Так что у всех магов минимум прав, и они на тебя тоже распространяются. Хотя в семнадцать лет ты станешь совершеннолетним, и придётся решать, по законам какого мира ты будешь жить. Вот только если решишь остаться с маглами, у тебя отберут палочку и заблокируют магию. А это смертный приговор.