Князь из картины. Том 1 (СИ)
— Я же вижу, ты знаешь, — Генрих глубоко вдохнул и выдохнул. — Говори! Ты уже должен понимать этих ослов по голосам. Кто крикнул⁈ Ну⁈ Ты ведь давал им работу, следил за ними! У кого был топор⁈ Отвечай сука, я сказал!
— Я… не знаю, — вдавил шею в плечи и снова украдкой взглянул на теремок.
Один из ишаков вытер копытом слезинку.
Да, ребят, не бойтесь.
Вы — мои братья!
Я никому вас не сдам.
— Ла-а-а-адно, — прошипел Генрих. — Пошёл вон! Как только проклятие спадёт, я лично займусь тобой, понял ты⁈
— Простите, господин, — пролепетал я.
И поплёлся к своим.
Ишата смотрели на меня с такой благодарностью, что даже неловко стало.
Хотя… Они ведь хотели забрать мой замок. Так что пусть благодарят, что я помог им выжить, вот.
— Эта ослица не может быть обычной магиней, — услышал я голос Проклинателя. — Она Магистр. Иначе не смогла бы так долго держаться.
— Согласен, — подтвердил второй. — Генрих, кто она?
Старина Генрих уставился на злую Николаевну. Та прищурилась, глядя ему в глаза.
— Николь? — охрипшим голосом спросил Генрих. — Николь, это ты⁈
Он подбежал к ней и сел на колено.
— Николь, дорогая! Это и правда ты?
Николаевна резко топнула копытом. Прямо по стопе Генриха.
Раздался хруст.
— Сука! — заорал Генрих. — Тварь поганая!
Николаевна вдруг подбросила свой таз, крутанула им в воздухе и врезала задней ногой в грудь сидящего мужика. Того отбросило назад, он покатился по земле и застонал.
Николаевна отряхнула передние копыта и брезгливо оглядела ошеломлённых людей.
А затем уставилась на меня и провела копытом по горлу.
Ладно, шучу, она просто смотрела.
Только вот её взгляд не сулил мне ничего хорошего.
Теперь, когда Николь была опознана, моя личность будет раскрыта.
И надо срочно решать, что с этим делать.
Глава 24
К стонущему Генриху подбежали лекари. Николаевна зашагала ко мне, опасно щурясь.
— Слушай, обдумай всё сперва, — я сел и с усмешкой посмотрел в глаза ослице. — Твой единственный шанс вернуть свой облик — это добрая воля Юсуповых. Ты сама слышала. Не стоит делать то, что может обидеть твоих спасителей, как считаешь?
Ослица остановилась. Она буравила меня злым взглядом, но явно передумала наносить физические увечья.
— Со мной у тебя есть хоть какой-то шанс, — я подмигнул ей. — А без меня… Сама понимаешь.
К счастью, во дворе было шумно. Люди таскали трупы и раненых, пытались помочь Генриху и посматривали на ослицу. Поэтому мои слова никто не услышал. Или на них не обратили внимания.
Николаевна фыркнула и побежала к своему мужу. Но в этот раз она не собиралась его бить.
Я выдохнул и повернулся к своим работягам. Они не могли стоять без дела, поэтому уже вернулись к своим обязанностям.
Молодцы какие!
Следующие полчаса не происходило ничего важного. Разве что Николаевна с Генрихом куда-то пропали.
Впрочем, вскоре я узнал, чем они занимаются. Мне на телефон пришло сообщение от Амины:
«Они связались с нами. Требуют, чтобы мы сняли проклятие. Угрожают».
Я хмыкнул. Ну ничего. Пусть пока бесятся.
Посмотрим, что будет завтра к утру, когда все будут валиться от усталости, но не смогут сомкнуть глаз.
Оглядевшись, я отошёл подальше и позвонил Амине. Маша показывала мне, как это делается.
— Руслан, как ты? — раздался приглушённый голос Амины.
Она предупреждала, что лучше по телефону не говорить лишнего. На всякий случай. Поэтому и не назвала предком, или господином.
— Всё хорошо. Меня слышно?
— Плохо. Вы правильно держите устройство?
Я перевернул смартфон экраном к лицу.
— А так?
— Вот, гораздо лучше! — обрадовалась Амина. — Как вы там?
— Всё отлично. Строим теремки для Гипника и Розовой.
— Теремки? — удивилась Амина.
— Ага. На нас тут недавно грифоньи всадники напали, весь двор разбомбили. Когда Генрих будет готов к нормальному разговору, потребуй, чтобы они тут всё восстановили.
— Расскажите, что там у вас происходит, — попросила удивлённая Амина.
— Не могу, на меня и так начали коситься. Сейчас тебе отправлю фотку твоей сестрёнки. Пиши, если что, — я отключился, отправил фотографию Николаевны и побежал делать вид, что работаю.
* * *Кабинет главы рода Юсуповых.
Генрих швырнул смартфон в стену и застонал от боли в рёбрах.
— И-а-а-а! — белая ослица с осуждением смотрела на него.
Она сидела на полу и тягала гири, которые были привязаны к её передним копытам. Николь не могла не работать.
— Прости, дорогая, — пробормотал Генрих. — Твоя сестра попросила их не беспокоить! Представляешь⁈
— И-а-а-а! — зло рыкнула Николь. Она напрягла копытце, и на её передней ножке выступил мускул.
В дверь постучались.
— Кто там⁈ — рявкнул Генрих.
— Я, господин, — раздался спокойный голос управляющего.
— Входи, Эльдар.
В комнату вошёл человек, из-за седых и пушистых волос похожий на одуванчик.
— Один из про́клятых потерял сознание от перенапряжения, — доложил он.
— Кто? — Генрих поморщился.
— Валентин Петрович, бухгалтер. Это первый звоночек. Проклятые не могут отдыхать, они постоянно работают. Такими темпами они все потеряют сознание.
Генрих нахмурился.
— Трансформация Валентина Петровича ускорилась, — добавил Эльдар. — Он всё быстрее становится обыкновенным ослом.
Николь зло заржала.
— Госпожа обладает поразительной силой, — продолжил управляющий. — Она может дольше остальных сопротивляться проклятию. Но боюсь, что в течение нескольких дней все проклятые превратятся в тупых ослов.
— Я связался с некоторыми родами, но никто не может ничего сделать, — Генрих заскрипел зубами. — Неужели у нас только один выход? Сдаться этим уродам⁈
Вспыхнув от ярости, мужчина поднялся и швырнул в стену стул, на котором сидел.
Ослица с осуждением заржала. Затем постучала копытцем по полу, привлекая внимание.
— Ты что-то хочешь сказать? — процедил Генрих, который так и не смог успокоиться.
Николь поднесла копыто к уху.
— Ты хочешь, чтобы я позвонил им? — прорычал Генрих.
Ослица покачала головой и указала на управляющего.
— Да, ты права… Если я лично позвоню, это будет полным унижением. Эльдар, тебе придётся связаться с этими уродами и узнать, чего они хотят.
— Слушаюсь, господин.
Эльдар хотел выйти, но Генрих приказал:
— Тут звони. Хочу послушать.
Управляющий незаметно вздохнул, вынул телефон и отправил сообщение Амине. Спустя десять напряжённых минут она ответила и разрешила ему позвонить.
Эльдар поставил на громкую связь.
Пошли гудки.
— Я тебя слушаю, — раздался слегка надменный голос Амины.
Николь заскрипела ослиными зубами.
— Госпожа Амина, — начал Эльдар. — Как вы знаете, ситуация у рода Юсуповых-Шнайдер сложная.
— Знаю, знаю, — лениво отозвалась Амина. — Николь, дорогая, ты слышишь меня? Скажи Иа!
— Иа-а-а! — возмутилась ослица.
— Молодец, хорошая девочка, — голос Амины стал донельзя довольным.
Раздался хруст — взбешённая Николь пробила копытом пол.
— Госпожа Амина, — Эльдар вздохнул. — Скажите, чего вы хотите?
— Я? — удивилась Амина. — Ничего. Мне будет только в радость, если мои враги умрут, и кровь Юсуповых очистится от предателей. Поэтому я прощаюсь с вами. Всего хорошего.
— Постойте! — воскликнул Эльдар. — Назовите свои условия! Неужели нет другого выхода?
— Если она посмеет так поступить, Шнайдеры уничтожат её, — прорычал Генрих.
— Ой, да мне без разницы, — хмыкнула Амина. — Думаешь, Шнайдеры заступятся за такого неудачника, как ты? Ха-ха, смешно!
Генрих схватился за край стола и раздавил его пальцами всмятку.
— Госпожа Амина, — Эльдар поморщился. — У вас есть требования, я прав? Иначе вы не стали бы разговаривать со мной.