Князь из картины. Том 1 (СИ)

Тогда Николь выбрала другой путь. И как оказалось — он был правильным.
Николь остановилась у входа в замок и обернулась. К ней шёл высокий статный мужчина с волнистыми светлыми волосами и голубыми глазами.
В свои семьдесят Генрих Юсупов-Шнайдер выглядел не старше сорока.
— Дорогая, ты довольна? — ласково спросил он, взяв ладонь жены.
— Это лучший день в моей жизни, — Николь глубоко вдохнула, прикрыв глаза. — Я всем доказала, что была права. Доказала, что время рода Юсуповых подошло к концу.
  
— Конечно, ты была права, — улыбнулся Генрих. — Юсуповы давно изжили себя. Пойдём в замок. Хочу взглянуть на портрет твоего предка.
Николь уверенно вошла внутрь.
— Тут требуется ремонт, — веско сказала она, сморщив нос. — Всё будем переделывать! Выкинем весь хлам и закупим новое.
— Конечно, — Генрих кивнул, шагая рядом с женой.
Пара поднялась на третий этаж и вошла в кабинет главы рода.
— Вот он! — глаза Николь загорелись, когда она увидела портрет предка.
Николь подошла к нему и ощупала раму. Провела пальцами по полотну.
— В моей молодости ходили слухи, что портрет предка волшебный, — тихо сказала Николь. — Рядом с ним всегда было так спокойно.
— Поэтому портрет висит тут, а не в Зале Предков? — усмехнулся Генрих.
— Да, — кивнула Николь. — Его постоянно таскали по разным местам. Амина даже повесила его в своей спальне на какое-то время.
Женщина хмыкнула и прищурилась:
— Мне кажется, что раньше он ощущался иначе. Но Костя уверен, что никто не вспоминал о портрете за последние дни.
— Николь, дорогая, — тихо сказал Генрих. — Давай посмотрим, что написано на оборотной стороне портрета.
Женщина кивнула и аккуратно сняла картину. Генрих хищно следил за её движениями.
Николь положила портрет на стол, и оба замерли, читая инструкцию на обратной стороне.
— Ничего не понимаю, — пробормотала Николь. — Это старорусский, да?
— Этот текст поймёт только опытный ритуалист, — Генрих с трудом сдерживал волнение. — Нам срочно нужно отправить картину Графу Шнайдеру! Я этим займусь сейчас же! Ты пока разберись с Залом Реликвий.
Мужчина взял портрет и чуть ли не бегом рванул наружу.
Николь проводила его взглядом, затем огляделась. Хмыкнув, пнула стул, на котором сидела Амина.
— Мусор, — пробормотала она.
* * *
Я сидел, ел чипсы и слушал доклад тени.
Инструкцию для своего возрождения я оставил максимально простую, чтобы её и дурачок понял. А вот с лже-портретом я, наоборот, всё максимально усложнил, для достоверности.
Замену никто не заметит — ведь никто не переписывал настоящую инструкцию. И даже не читал особо, последние лет двести так точно. Я бы заметил.
— Граф Шнайдер? Интересно.
Разблокировав смартфон, я вбил в поисковике его имя. Режим осады был отключён рано утром. Предатель уже найден, а замок продан — поэтому не было смысла оставлять его.
— Старший Магистр, Некромант, — прочитал я. — Неплохо, неплохо. Сильный враг.
Я заблокировал телефон и посмотрел на оригинальный портрет. В нём мерцала тень.
— Что там? — спросил я.
— Николь спускается вниз.
— Хе-хе, отлично.
Я достал магическое зеркальце. В нём отразилась стена напротив Зала Реликвий.
Тень слинял дальше подглядывать, а я продолжил трескать чипсы.
Бобэр, кстати, тоже их ел. Он сидел в мягком кресле, а на его коленях лежал планшет с видеороликом.
Я ему включил что-то про бобров, и Фамильяра это очень заинтересовало.
— Курва, — осуждающе покачал он головой.
Я кинул взгляд на его планшет — там бобриха пыталась спихнуть бобра с края плотины. Тот держался всеми лапками и сопротивлялся.
— Курва, — снова покачал головой Бобэр.
— Она уже спустилась, — услышал я Тень. — Скоро будет на месте.
О, отлично.
Я поелозил по креслу, удобнее усаживаясь. Через пару минут, наконец, появилась она.
Николь с пренебрежением смотрела на дверь, которая вела в Зал Реликвий.
— Как же раздражает эта морда осла, — процедила она.
Я хмыкнул. Уверен, ишачья голова тоже раздражена твоим приходом, Николь.
Женщина порезала палец и приложила его к двери.
Итак…
Раз-два-три.
Проклятие приди!
Замок тряхнуло. Раздался глубокий гул, который перерос в оглушительный ишачий вопль.
Бобэр вскрикнул и закрыл лапками уши. Я поморщился.
Ну и ну.
Сын создал по-настоящему мощное проклятие. Все прошедшие года оно только набирало силу, а такое очень непросто провернуть.
Жаль, что он так и не смог прорваться к Высшему Проклинателю…
— Враги рода будут прокляты! — громыхнуло в небесах.
О, вот и мой голос.
— Снять Проклятие способен только истинный Юсупов, по одобрению, без принуждения!
А это я недавно добавил, когда слегка корректировал Ишачье Проклятье.
Замок снова тряхнуло.
— Ха! Смотри, Бобэр. Смотри, какая красотка, — я показал любопытному Фамильяру зеркальце.
На нём стояла Николь и в ужасе пялилась на дверь. Её щёки покрывались белым мехом, из головы медленно вырастали ослиные уши, а кисти рук трансформировались в копыта.
— ИА-А-А-А-А! — заорала Николь. — ИА-А-А-А!
— Ух, какая ослица. Как тебе, Бобэр?
— Кайфь, — кивнул тот.
Я поднялся и открыл окно. В комнату тут же ворвались крики:
— Иа!
— Иа-иа!
— Иа-а-а!
Во дворе царила суета. Люди бегали и кричали, как ишаки. У некоторых кисти превратились в копыта, у других лицо покрылось шёрсткой и выросли ослиные уши.
Но каждый лишился нормальной речи.
Сильнее всех проклятие ударило по Николь, а затем уже по всем посторонним в замке. И не только по ним — каждый кровный потомок Николь тоже получил Ишачье Проклятие.
Даже если сейчас находится в другой стране.
— Хочешь поиграть? — я посмотрел на Бобэра. Тот послал мне сигнал, что желает пойти вниз и немного порезвиться.
— Дя, — кивнул Фамильяр.
— Только аккуратнее, — я почесал его за ухом, и Бобэр побежал к тазику с водой и прыгнул в него.
Специально его подготовил, на всякий случай.
В фонтане мелькнул хвост, затем мохнатый зад. Ой, это спина.
— Я пердоле курва! — раздался надрывный крик.
Струя воды врезалась в пузана, который бегал и размахивал копытами. Мужика отбросило в сторону, он покатился по земле.
Но никто этого не заметил — у людей были более важные проблемы.
— Курва! — крикнул Бобэр, и послал новую атаку. На этот раз, в мужика с ослиным лицом.
Эх, какой прекрасный вид!
И ведь изменение внешности — это лишь поверхностный уровень Ишачьего Проклятия.
В глубине лежит кое-что страшное.
Ишачья работа!
Каждый, кто был проклят, не сможет жить без тяжёлой работы. Он будет пахать как ишак с утра до ночи, пока не свалится с истощением и не помрёт.
У Юсуповых-Шнайдер есть несколько дней. Если за это время они не уговорят нас вернуться в замок и снять проклятие — им конец.
Хе-хе.
Я сел обратно в кресло и взял электронную книгу. Открыл работу по магическому материаловедению, которую не дочитал в прошлый раз, и углубился в неё.
Окно закрывать не стал. Пусть ишаки галдят, а Бобэр резвится. Мне это не мешает.
— Прибыл Генрих, глава рода! — доложил Тень. — Он офигел натурально!
Я хмыкнул, но отвлекаться от книги не стал.
Доел чипсы.
Потянулся за пачкой бубликов, и задумался.
А чего это я сижу тут, как голубь в клетке? То есть, как орёл в клетке.
Схожу-ка, прогуляюсь. Посмотрю, как там ребята поживают.
Только нужно для начала подготовиться.
Я лениво подобрал свою барсетку с пола и покопался в ней. Вытащил оттуда ишачьи ушки на ободке. Белые, пушистые.
Замаскировавшись, вышел из комнаты.
Посмотрел вправо — пусто.
Влево — тоже пусто.
  
Аккуратно прикрыл дверь и пошёл в сторону лестницы.
Спустился на первый этаж. Мимо меня пробежал испуганный боец с автоматом и ослиным носом.