Дом с черными тюльпанами (СИ)
— Я просто хочу убедиться в том, что с ней всё хорошо.
— С ней всё хорошо, — утверждает блондинка уверенно. — А теперь давай, убирайся отсюда. И чтобы я не видела тебя тут внизу, — приказывает ледяным тоном.
*********
Все выходные к бабушке меня не пускают.
Точнее не выпускают никуда.
По распоряжению Евы мне запрещено покидать свою комнату. Она заперта с внешней стороны на ключ, потому как я неоднократно пыталась нарушить приказ о заточении.
Часы тикают. Время провожу в одиночестве. Никого из обитателей дома не вижу и не слышу. Ещё и телефон странным образом исчезает в первый же день. Поэтому я не могу связаться ни с Маратом, ни с Диной. Вообще ни с кем!
— Завтрак, — сообщает горничная, выставляя передо мной поднос с едой ровно в семь утра.
— Как она? — задаю всё тот же вопрос.
— Госпожа Немцова отдыхает. Просила не беспокоить.
— Прямо сама просила? — уточняю, усмехнувшись.
— Сама, естественно, — уверенно заявляет девушка.
— Ночью опять приезжали врачи?
— Обязательный визит. Доктор отслеживает динамику.
— Почему бабушку не забирают в больницу?
— Я уже говорила, Эмма Багратовна отказалась от госпитализации. Ей стало значительно лучше.
— Послушайте, Мария…
— Не начинайте даже! — выставляет руки вперёд.
— Выпустите меня. Я должна своими глазами увидеть её и убедиться в том, что с ней всё в порядке!
— Не положено.
— Что ты заладила одно и то же как робот? Где твоя человечность? — перехожу на ты. Уже просто от отчаяния. — Скажешь Еве, что я опять убежала.
— Нет, дорогуша. Второй раз ты это не провернёшь, — предупреждает сухо.
— Я не хотела делать тебе больно. Просто у меня не было других вариантов.
— Там за дверью стоит охранник, ясно?! — предупреждает вдруг. — Только попробуй снова попытаться выбежать! Этот амбал поймает тебя в два счёта! Поняла?
— Амбал у двери?
Это что-то новое…
— Сама виновата. Надо быть более покладистой и смирно выполнять распоряжения хозяйки дома.
— Я очень сомневаюсь в том, что хозяйка дома как-то причастна к тому беспределу, который сейчас в нём происходит!
— Смотря о какой хозяйке мы говорим, — язвительно отзывается Мария.
— В этом доме лишь один человек имеет право ею называться, — напоминаю я ей.
— Как знать… — пожимает плечом.
— Где Мирослава?
Я звала её вчера и позавчера. Громко кричала, но ответа так и не последовало.
— Внучка госпожи Немцовой гостит у подруги.
Странно. Как-то не припомню, чтобы ранее ей было дозволено нечто подобное.
— А Вита? Не поверю, что она меня не искала. Я ведь пропустила субботнюю тренировку в Ледовом и вообще…
— Виолетта Львовна у себя. Отдыхает, — перебивая, поясняет любезно.
— Дай угадаю, ей тоже нездоровится? — прищуриваюсь.
— Нет. Вы же знаете, — снова переходит на официоз, — у Виолетты Львовны бывают затяжные периоды, когда она предпочитает оставаться один на один с бутылкой, а не со своими спортсменами. Алкоголики — они такие непостоянные… — позволяет себе вслух озвучить неприятную характеристику.
— Зачем ты так?! Вита — не алкоголичка!
— Мне лучше знать. Я в этом доме не первый день работаю.
— Она не пила все эти месяцы!
— Ну да. Держалась, однако опять сорвалась. Такое уже было не раз. Что-то там начала праздновать с пятницы. Вот до сих пор и продолжает, — невозмутимо докладывает эта наглая девица.
— Ты передала мою просьбу отцу?
Я просила сказать ему, что хочу с ним встретиться.
— Сергей Львович ещё не вернулся из командировки.
Да что же это такое?!
Хочется от злости топать ногами!
— Завтракать, я так понимаю, вы не собираетесь? — выгибает бровь, глядя на блюда, к которым я так и не притронулась.
— Аппетит пропал, — бросаю сквозь зубы.
— Жаль, блинчики сегодня просто чудесные! — забирает поднос.
— Что насчёт школы? — интересуюсь недовольно. — Согласно прихоти Евы, я опять должна пропустить занятия?
— Ну почему же? — удивляет меня своим ответом. — Школу посетить можно.
— Серьёзно? Какой щедрый жест! Прямо даже не верится.
— У вас десять минут на сборы. Константин проводит до машины, — толкает столик на колёсиках и покидает комнату.
Собственно, через данные мне десять минут я тоже её покидаю.
В сопровождении угрюмого Константина, чей рост и размеры поистине впечатляют, спускаюсь на первый этаж.
По ступенькам шагаю не торопясь, но едва они заканчиваются, срываюсь с места и несусь в сторону покоев бабушки. Однако заканчивается моя спонтанная диверсия очередным поражением.
У апартаментов хозяйки дома дежурит ещё один незнакомый бугай. Он появляется из-за угла внезапно и я врезаюсь в каменную грудь, после чего меня тут же разворачивают к выходу, больно придерживая за предплечье.
— Подождите, я хочу её увидеть! Я требую! Бабушка! ЭММА! Бабушка, впусти меня! — во весь голос ору на весь дом.
Дом, кстати, в этот момент кажется совсем пустым и безжизненным. Ни прислуги. Ни обитателей. Никого.
На улице тоже.
— Да замолчи ты уже! — злится мой конвоир, силой заталкивая в машину.
— Кто вы такие вообще?! — сразу понимаю, что водитель тоже другой. — Откуда взялись? Это Ева наняла вас?
— Давай, вези её в гимназию, — игнорируя мои вопросы, дают отмашку водителю и закрывают дверь.
— Доброе утро, Ася Сергеевна.
— Вы слепой? Оно не доброе совершенно. Где Иван? — требовательно спрашиваю, как только автомобиль покидает территорию.
— Согласно договору о найме, мне запрещено общаться с членами семьи Немцовых, — цитирует водитель пункт 2.5. — Исключением являются фразы, которые необходимо озвучивать согласно этикету.
— Да-да, я в курсе! — потирая руку, нервно смеюсь.
Сюр какой-то, ей богу!
Качаю головой. Сердце колотится в бешеном ритме. Досада и злость, смешиваясь, кипящей жидкостью стучит по венам.
Стиснув зубы, таращусь в окно на заснеженный лес.
Раскладываю в своей голове всё то, что происходит, и учитывая картину в целом, прихожу к выводу, что в этом самом лесу я могу сейчас и остаться.
Навсегда.
Глава 30. Беда не приходит одна. Часть вторая
Однако, на удивление нет.
Машина едет по знакомому маршруту и какое-то время спустя водитель высаживает меня у ворот элитной гимназии, в которой я хоть и появляюсь редко, но всё ещё учусь.
— Хорошего дня, Ася Сергеевна!
— И вам того же, — выбираясь из салона, отзываюсь холодно.
Запахнув поплотнее куртку, иду навстречу разбушевавшейся метели.
Снега в этом году много. Дворник вон не успевает расчищать территорию.
— Доброе утро!
— Доброе, Асенька!
Здороваться с «обслуживающим персоналом» здесь не принято. Первое время мужчина очень удивлялся моему поведению, но потом привык.
— Как дела у тебя? Давненько ты не появлялась тут.
— Болела, Дмитрий Анатольевич. Готовилась к соревнованиям, выступала.
— Понятненько.
— Вы как сами? — задерживаюсь на крылечке, чтобы по традиции обменяться парой фраз.
— Да ничего. Работаем, Ась.
— Подскажите, а Милославская пришла уже?
— Вот только минут пять назад заявилась. Уже втык получил от неё. Орала сиреной на весь двор.
— За что?
— За то, что не успел до прихода нашей королевишны зону у ворот расчистить. Разорваться мне, что ли? Вчера сама писала, что дорожка и ступеньки — задача первостепенная. Ой да ну её! Человек настроения.
— Не берите в голову.
— И не буду, знаешь ли.
— Спасибо за ваш труд. Если бы не вы, вообще бы никто до школы сегодня не добрался.
— Иди, деточка. Не мёрзни. Опять заболеешь.
В голове внезапно рождается мысль попросить у дворника телефон, чтобы набрать Дину.
Но я вдруг понимаю одну простую вещь: я не знаю наизусть её номер. Да и номер Марата тоже.
Вот чёрт…
Последовав совету Дмитрия Анатольевича, захожу в помещение.