Измена: Я подаю на развод

«Вот это голос», – был единодушный вздох.
Но восхищение быстро сменилось разочарованием, а потом перешло в ненависть. Державин был неизменно вежлив, но холоден, как айсберг. И я уверена, ровно столько же скрывает о себе, как и глыба льда под водой.
Весь флирт, каждая попытка соблазнения разбилась о его ледяную вежливость. Сначала он пробудил азарт, а потом открыл кипящий котел ненависти.
  
«Все мужики изменяют, – подруги в своем мнении непреклонны, – а если не изменяют, то только потому, что им никто не дает!»
«Игорь мне не изменяет», – с полной уверенностью парировала я.
А оказалось, еще как изменяет! Просто я дура доверчивая и сужу людей по себе.
Я здесь, пытаюсь сохранить остатки самообладания, а в это время мой муж имеет на столе брюнетку.
Стоит об этом подумать, как к горлу подкатывает противный ком. Меня бросает в холодный пот.
– Вам нездоровится? – вежливо спрашивает Державин. – У вас бледный вид. Вызвать врача?
А мужа позвать не предложил.
– Немного голова болит, – отвечаю, выдавливая улыбку. – Пройдет, не волнуйтесь. Извините, я сейчас уйду.
Но вместо того, чтобы отойти, Державин закрывает дверь. Я вздрагиваю от щелчка замка.
– Вам лучше присесть, – голос у Державина без капли теплоты или участия.
Он проходит к комоду. Уверенно открыв дверцу, достает бутылочку воды. Берет с подноса стакан и направляется ко мне.
Легко скрутив крышечку, наполняет стакан водой. Протягивает мне. Державин все делает четко, без суеты. Как будто он робот, а не человек.
– Возьмите, – мне в его голосе слышится приказ.
– С-спасибо, – отвечаю с запинкой, слабо улыбаюсь.
Осторожно беру стакан, стараясь, чтобы наши пальцы не соприкоснулись. Не получается. Едва удерживаюсь, чтобы не отдернуть руку. Меня как током ударяет.
Державин сразу отходит к столу, выдвигает стул.
– Садитесь, – указывает на него, – вы очень бледны. Я бы все-таки вызвал врача.
– Не нужно, – я снова слабо улыбаюсь. – Просто от шума немного голова разболелась. Мне нужно всего лишь побыть в тишине и все пройдет.
– Тогда, может, найти вашего мужа? – предлагает Державин.
– Нет! – испуганно вскрикиваю я. Смотрю на него в шоке снизу вверх. – Нет, не нужно, – выговариваю тише. – Игорь занят… переговорами. Это все-таки больше деловое мероприятие, чем развлекательное.
Делаю глоток воды. Прохлада не помогает прийти в себя. Потому что я отвлекаюсь на Державина. Он, поддернув штанины, садится передо мной на корточки. Теперь наши глаза на одном уровне.
Отвожу взгляд. Невыносимо смотреть в эти пронзительные ореховые глаза. Кажется, что Державин способен заглянуть в самые потаенные уголки моей души и прочитать там все. Делаю глубокий вдох.
И это огромная ошибка.
Холодный терпкий аромат его парфюма, едва уловимый, окутывает меня легким облаком. Этот парфюм с воздухом проникает в меня. Волнует.
Эта неадекватная реакция меня пугает.
– Спасибо, мне уже лучше, – лепечу я. – Я пойду. Нужно возвращаться.
Но встать я не могу. Тогда просто упрусь в Державина. А он не спешит подниматься. Снова проходится по мне взглядом, словно что-то высматривает на моем лице. Несколько долгих текучих мгновений.
– И все же сходите к врачу, – сухо произносит, поднимаясь и отступая на пару шагов.
– Непременно, – вежливо вру, ставя полупустой стакан на стол. – Спасибо.
Я иду к двери, спиной чувствуя ледяной взгляд, устремленный мне между лопаток. Боже, как же меня пугает этот мужчина!
Не могу выдохнуть, даже оказавшись от него на безопасном расстоянии.
Державин проявил заботу, но ни к какому врачу я не пойду. Я не больна, просто у меня теперь много дел. А вместо врача мне требуется адвокат.
 
Глава 2
 
Оглядываюсь по сторонам. Коридор снова совершенно пуст. Этажом ниже в огромном конференц-зале проходит грандиозный банкет. А я поднялась сюда, чтобы немного отдохнуть от шума.
Три этажа в этом сверкающем стеклянном небоскребе принадлежат компании моего мужа. Которая значительно расширилась, когда мой папа передал ему свои активы.
Так что Игорь не зря уговаривал эту девицу подождать.
Я подхожу к двери, за которой застукала парочку. Протягиваю руку к ручке. Но, не коснувшись, передумываю. Зачем?
Видела я достаточно. Нужно было еще фото сделать. Или видео. Но от шока я вообще ничего не соображала. Как ни странно, но немного успокоил меня Державин.
Нет, не хочу знать, там они еще или нет.
Я иду в дамскую комнату. Зеркало равнодушно и без прикрас показывает мне мой бледный и растерянный вид. И несчастные глаза. Ничего удивительного, что Державин предлагал врача вызвать.
Задираю нос и натягиваю улыбку. Губы дрожат, и получается гримаса. Пробую раз за разом, пока не получается.
– Улыбайся, Юлька, – приказываю сама себе. – Улыбайся. Ни капли крови этим акулам. Ни копейки денег Игорю.
Достав из сумочки помаду, тщательно крашу губы. Потом достаю пудреницу. Мягко касаюсь поховкой лица, поправляя и без того приличный макияж. Оглядываю прическу. Идеально. Расправив плечи, выхожу.
Спокойно спускаюсь в банкетный зал. Музыканты играют что-то приятное. Приглашен небольшой оркестр. Ведь на мероприятиях такого уровня музыка должна быть только живая. Официанты снуют туда-сюда, разнося напитки. Гости общаются, разбившись на группки.
Скучная официальная часть закончена, можно сбиваться в кружки по интересам. Вот мой муженек и слинял развеяться.
– Юлианочка, дорогая, – ко мне подходит Милана, – а мы с девочками тебя потеряли. Держи, – передает мне бокал. – Ну, – хитро мне подмигивает, – и где вы были? Ни тебя, ни Игоря. Отмечали успех и заодно День Влюбленных?
– Ой, ну что ты такое говоришь? – смеется присоединившаяся к нам Марго. – Юлиана такого не допустит. Да и на платье ни складочки. Прическа идеальная. У меня на такое глаз наметан, – часто-часто кивает, глядя на меня.
– У меня от шума немного разболелась голова, – озвучиваю выдуманную причину, – я немного побыла в тишине. А Игорь какие-то переговоры вышел провести.
– Ску-учно, – тянет Милана. – А я своего, вот, – вытягивает руку, – на браслетик раскрутила. Изумруды в золоте. Красиво, правда?
– Шикарно, – выдыхает Марго.
– Очень красиво, – неискренне улыбаюсь я.
Нас считают подругами. Наверное, в какой-то степени это так и есть. Наши мужья дружат, так получилось, что и мы общаемся уже много лет. Да, наверное, нас можно назвать подругами.
– О, Державин тоже куда-то пропал, – хихикает Марго. – К нему Лара в очередной раз решила подкатить. Чуть из платья не выпрыгнула, но этот айсберг даже глаза на ее декольте не скосил. Кремень, а не мужик.
– Ну или он того, – Милана показывает большим пальцем в пол.
– Ой, давай нет, – кривится Марго. – Уверена, с «этим», – показывает пальцами кавычки, – у него все в порядке. Ой, – хихикает, – чуть не облилась. Ю-уль, – тянет, – а ты видела, в каком сегодня Мира платье пришла?
– Нет, – я делаю глоток из бокала. – А что случилось? – интересуюсь светским тоном.
Мне не хочется поддерживать даже видимость беседы. Но и впасть в истерику сейчас тоже не вариант. Пусть лучше Марго расскажет о платье. Треп ни о чем для меня сейчас как соломинка для утопающего.
Не нужно вникать. Не нужно думать. Стой себе и улыбайся вежливо.
Мой взгляд скользит по присутствующим. Почти всех я знаю лично. Положение обязывает. Мужчины в строгих деловых костюмах. Но многие уже сняли пиджаки и ослабили галстуки. Да, Игорь умеет выбирать время. Его несколько помятый вид не вызовет сейчас подозрений.
Но кто же эта девица?
  
Я хорошо запомнила голос, но не рассмотрела лица. Черные шпильки с красной подошвой не очень надежная примета. Как и ярко-алые ногти.
Во мне подымается злость, и я снова сжимаю руки в кулаки, даже не заметив.
– О, Юлианочка, – от меня Марго буквально отпрыгивает.
– Черт, – шиплю, придя в себя. Я смогла переломить тонкую ножку бокала. Она осталась у меня в руке, а верхняя часть упала. Брызги шампанского попали на подол платья Марго. – Прости. Я оплачу химчистку.