Все его желания (СИ)

Я не поняла. У меня разум помутился.
— Пососи, Кэти, — хрипло велел Торнтон. — Пососи жестко.
Сжала губы, втянула щеки и исполнила его приказ. Это было несложно, потому что во рту у меня была только головка. Бен кончил буквально сразу. Я проглотила, почти не почувствовав вкус. Это оказалось не очень противно.
— Фак, — только и сказал Торнтон, одновременно избавляя меня от своего члена и руки.
Он выключил свет и лег в постель рядом со мной. Не обнимал на этот раз, лишь бросил:
— Прекрати творить со мной это дерьмо.
Бен повернулся на бок и, кажется, почти сразу заснул. А я еще долго лежала без сна, пытаясь понять, каким образом и какое дерьмо я творю. И как это прекратить?
Ответ так и не был найден.
Утром Торнтон снова бегал. Мы почти не разговаривали, не пересекались, ни в ванной, ни на кухне. Он как будто злился на меня, но вроде бы и нет. Бен проводил меня до лекционного зала, ушел молча. Даже не напомнил про совместный обед. Хотя такое я вряд ли забуду.
Я витала в облаках, когда шла в столовую. Мне не давали покоя слова Бена, сказанные ночью. Да и собственная реакция на него порядком раздражала. Я совсем не хотела получать удовольствие. Кажется, еще немного, и сама начну к нему липнуть.
Я так зазевалась, что почти налетела на Алистера в коридоре.
— О, прости. Я не хотела. Извини, пожалуйста, — как всегда рассыпалась я в извинениях.
— Алистер, — снова подсказал он мне свое имя. — Ничего страшного, Кэти. Ты всего лишь отдавила мне ногу, слава богу, у меня есть вторая.
Я натянуто рассмеялась. В его присутствии мне было неуютно. Этот взгляд и голос. Слишком сладко поет. Я еще помнила, как он схватил меня за руку. Едва я сказала ему «нет».
— Ты уронила.
Алистер протянул мне заметки по эссе, которые, наверно вылетели из папки при столкновении.
— Медея? Как интересно.
— Да, спасибо большое, Алистер.
Он продолжал держать листок с заметками, вчитываясь.
— Сравнение с современными театральными трендами. Серьезно? Какой литературой ты пользуешься?
— Стивенс, МакГонал, Джонсон… Ах, нет. Джонсон отстой.
Алистер рассмеялся, наконец, отпустил листок и по-хозяйски взял меня за подбородок. Я так опешила, что не сразу отшатнулась.
— Кэти, время обеда, — услышала я за спиной голос Бена.
Глоссер-Райел тут же убрал руку, но при этом умудрился погладить меня по щеке. Я, наконец, очнулась и сделала шаг назад, вжимаясь в Бена.
— Алистер, — рявкнул он, положив мне руку на плечо.
И сжал.
А я сжалась от боли.
— Бенингтон, — кивнул ему Алистер.
Торнтон толкнул меня вперед, продолжая сжимать изо всех сил. А я не осмелилась сказать ему, что мне больно. Боялась даже дышать.
Бен отпустил меня только у раздачи, где сам набрал нам еды, расплатился картой. Я шла за ним хвостом, не говоря ни слова. Когда мы сели за стол, еда в горло не лезла.
Я буквально физически чувствовала, как Торнтон злится.
— Бен, — тихо позвала его. — Мы просто…
Он взглянул на меня так, что все слова так и остались во рту.
— Я понял, — буркнул Бенингтон, буквально распяв меня глазами.
А потом пришел Гарри и еще несколько ребят из клуба. Они стали обсуждать грядущее заседание, атмосфера стала чуть легче.
Бен не смотрел на меня, не говорил со мной, да и с остальными тоже. Но это в принципе было в его стиле, так что никто особенно не заметил напряжения между нами.
— Сегодня на заседании я выдвину кандидатуры Уолиса и Сандерса-Колвина Третьего. Бенингтон, ты не против?
— Нет, — кратко ответил Торнтон, откинувшись на стуле.
Он тряхнул волосами, и я закусила щеку с внутренней стороны. Бен был таким злым и привлекательным сейчас. Я, наверно, окончательно спятила, раз его ярость меня заводит. Эта сдержанная английская злость истинного аристократа сводила меня с ума. Я хотела отвести Бена в сторону, все ему объяснить, успокоить этот шторм. И если не удастся словами, то…
— Анж, привет, — вырвал меня из безумия грез голос Бена.
Я с трудом верила, что он поздоровался с моей соседкой. А как же пренебрежительное равнодушие и взгляды сквозь?
 
Анж стояла недалеко от нашего стола, с подносом, видимо искала свободное место, но столовая была забита.
— Привет, — вежливо ответила она, продолжая сканировать глазами зал.
— Садись с нами, — второй раз за минуту удивил меня Торнтон. — Ребята подвинутся.
Он только зыркнул на одноклубников, и они сразу освободили место и даже придвинули стул.
Анж качнулась на пятках, как будто не верила, но игнорировать больше не могда. Она, как зомби, дошла до стола и села между мной и Гарри.
— Привет, — тихо проговорила она.
Я кивнула, жуя что-то, пытаясь скрыть свою растерянность.
Зачем Бен позвал ее?
Разговор моментально прервался, все уставились на Анж. Я ей не завидовала.
— Не обращай внимания на этих неприятных засранцев, Анж. Они так на всех пялятся, — усмехнулся Торнтон. — Приятного аппетита.
Все засмеялись, хваля Бена за тонкий юмор. Анж тоже заулыбалась. Одна я оставалась на взводе.
Это был очень странный обед. Гарри неожиданно разговорился с Анж. Причем инициатором знакомства был он сам. Оказывается, они оба посещали фехтовальный класс. Анж только начинала, а Гарри был, так сказать, продвинутым пользователем. Я тут же припомнила, как соседка просила как-нибудь взять ее в компанию Торнтона. По случаю.
Ее блестящие глаза и путаная речь выдавали волнение. Она слишком широко улыбалась, разговаривая с Гарри. Кажется, кто-то тут безответно влюблён.
Гарри понравился мне больше всех в клубе. Еще в первый день. Он, конечно, тоже страдал манией величия, но ко мне и к Анж отнесся по-человечески. А не как к насекомым.
— Торнтон, возьмем Анж в охотничий домик?
— А мы все же едем ко мне, да? — насмешливо уточнил Торнтон. — Ты решил этот вопрос, приятель?
— Брось, мы каждый год ездим. Не порти посвящение и погоду.
Гарри подмигнул, а Бен неоднозначно повел плечами. Кажется, ему не очень нравилась эта идея. Спорить он с Гарри не стал и не отказал ему, снова нацепил маску равнодушия.
— Ты доела? — обратился ко мне Торнтон почти спокойно.
Я кивнула и встала из-за стола.
Бен снова вел меня по коридору к аудитории, как каторжную. Он сжимал мое плечо крепче обычного, но уже не так сильно. Мне не было больно. Физически, но в душе поселилась обида.
Я ничего не сделала плохого. Зачем он так со мной?
— Сегодня в шесть в пабе, — бросил Торнтон, отпуская меня у дверей лекционного зала. — Тебя встретит Джонни, проводит.
— Хорошо, — тихо ответила я, уронив голову.
Не хотелось смотреть в его злые глаза.
— Хорошо? Уверена, что поняла хорошо, Кэти? Не Конор, не Алистер, не сама. Ты идешь до паба только с Джонни. Это бариста из кофейни.
— Я не настолько тупая, как кажусь, Торнтон, — выплюнула я, разозлившись из-за его пренебрежения. — Я помню Джонни. У меня лекции до четырех, потом буду заниматься в общем читальном зале.
— Прекрасно. Он встретит тебя без четверти шесть. Хорошего дня.
— Чтобы тебя черти взяли, — процедила я уже ему в спину.
Прикрыв глаза, я длинно выдохнула и только после этого вошла.
Минут через десять ко мне присоединилась Анж. Она сразу начала рассказывать про Гарри. Что видела его много раз на тренировках, что не думала даже с ним знакомиться, а он оказался таким любезным и простым.
— Не обольщайся, Анж, — мрачно оборвала я ее восторги. — Он такой же, как и все. Просто веселый и с кудрями вместо гнезда на голове.
— У тебя все плохо с Торнтоном? Вы поссорились? — тут же проницательно подметила она.
— Я его рабыня. Мы не можем поссориться. Он просто говнюк.
Анж хмыкнула и, наверно, начала бы рассказывать тут чушь про бойфренда, что несла в библиотеке, но пришел профессор. Началась лекция. Она была очень интересной и сложной. Я писала максимально подробно, погрузившись с головой в кельтский эпос и его истоки.