Нелюбимая жена ректора академии (СИ)

– Яблочную пастилу тоже закажем?
Дракон выпрямился, протянул сыну ладонь.
– Занятно. И я в детстве любил эту сладость.
Дыхание оборвалось. Только бы не почувствовал драконью кровь, только бы не почувствовал…
– Вы еще здесь профессор Рейт? – Несостоявшийся муж уверенно заключил ладошку Ларка в свою – могучую лапищу, холодно бросив через плечо: - Пациентка заждалась.
  
Я опомнилась.
– Да, конечно.
Помахала близнецам на прощание и, не ощущая под ногами опоры, словно в тумане поспешила в лазарет. Моника, магистр Дихольм и все остальные ринулись следом.
* * *
Летиция Юст, лучшая студентка темного факультета, лежала на койке без движения с плотно сомкнутыми веками. Серо-землистый оттенок ее лица отчетливо контрастировал с белоснежной простыней, еще больше усугубляя пугающие выводы. В Императорской Академии магии завёлся стригой. 
Отмахнувшись от поспешных умозаключений, я стянула всю силу в ладони, обошла койку с бесчувственным Энтони, присела на край и склонилась над девушкой. Сердечный ритм был учащен, остаточные магические эманации фонили внезапным перемещением в пространстве. Выходит, и в этом случае перед полным осушением резерва некто очень опасный и дерзкий использовал незарегистрированный портал.
Грудь стиснул болезненный спазм.
Второе нападение за день! А ведь только пятый час вечера… Богиня, что академию ждет этой ночью?
– Ваш вердикт, профессор Рейт? – Из невеселого состояния выдернул нетерпеливый голос Дихольм. Некромантка едва держалась на ногах, и Кронос заботливо поддерживал пожилую магичку под локоть. – У девочки есть хоть малейший шанс вернуть резерв?
Я провела ладонью над пациенткой, вскрывая узловые точки магии.
Выжжены. Резерв выпит до капли.
Аура повреждена.
Жизненные показатели в норме, но студентка «пустышка». И сознание в странном коматозном состоянии. Словно кто-то намерено погрузил студентов в сон.
– Я… пока не могу дать точный прогноз, магистр Дихольм. – честно призналась, борясь с внутренней тревогой за близнецов.
Я запуталась и уже не знала, из-за чего переживаю сильней. Возможное разоблачение отцом моих детей резко померкло, когда я со всей ясностью осознала, что опасный опустошитель может добраться до Эрин и Ларка.
– Резерва нет. Его словно выкачали, что в моей медицинской практике случилось впервые.
– Вы правы, Алисия. Со времен основания Империи, случаев кражи резервов ни разу не зафиксировано, - подал голос мрачный проректор. – Это вопиющее происшествие. Впервые за всю историю.
– И что нам делать? – Сильвар нахмурился, попутно утешая несчастную некромантку. – Остановить учебный процесс накануне праздника Смены года невозможно. Этажи и академические башни унизаны защитными артефактами и сигнальными маяками, но помогут ли щиты в случае нового нападения? На днях прибудет делегация из Сартинейской Боевой Академии, в выходные – стартует зимняя декада, на озере откроется каток. А еще на носу Зимний бал. О, Богиня. Дальше зачеты, экзамены и ежедневные тренировки. Я немедленно иду к господину ректору, чтобы обсудить все вопросы.
– Я с вами, Сильвар, - подхватив мантию, подал голос проректор.
Некромантка шумно вздохнула и поспешила за мужчинами.
У кровати с бесчувственной Летицией остались только я и подруга.
Я запечатала прорехи в изувеченной ауре студентки, поставила капельницу, потом заменила пустой флакон восстанавливающего раствора на полный у Энтони и без сил рухнула в кресло.
Моника с сочувствием села напротив и долго молчала, позволив мне прийти в себя.
– Дело серьёзно, - шепнула она. – И одним нападением неизвестный явно не обойдется.
– Боюсь, у него какой-то план, - задумчиво призналась я. – Он действует дерзко, прямо под носом преподавателей и что самое странное…
– Все это началось, как только место ректора занял лорд Торнот, - озвучила мою мысль подруга.
Я мрачно кивнула.
– Думаешь, кто-то хочет насолить новому ректору? – Хмыкнула Моника.
Пожала плечом.
– Такое возможно.
– Кто?
– Мало ли у кузена императора и главы Военного Корпуса врагов. Кто угодно, подруга.
Моника повертелась по сторонам и склонилась ко мне.
– Я тут кое-что разузнала.
– О Конноре?
– Угу.
– Оказывается, некоторое время назад лорд Торнот после неких разногласий с Императором отбыл на неспокойную границу с Островной Альэнтой, где в ходе одного из сражений получил серьезное ранение.
Сердце подпрыгнуло. Я на силу сохранила спокойствие.
– Он был ранен.
– Чуть не умер. После этого твой… эм лорд Торнот долго восстанавливался, где-то на курортах южного края. Вроде он всё еще не вернул былую форму. А чтобы не слоняться в этот период без дела согласился на должность ректора академии.
Я, с гудящими от напряжения висками, потерла переносицу.
Надежды на скорый отзыв Коннора обратно в столицу разбились о суровую правду жизни. Отец моих детей вполне возможно на многие месяцы займет кресло руководителя академии. Увы, ни мне, ни близнецам не безопасно здесь оставаться, даже с заключенным контрактом с Блумом.
– Не знаю, кто осушает студентов и с какой целью, но надеюсь, его быстро разоблачат, - тем временем продолжала подруга, мрачно постукивая пальцами по отполированному подлокотнику и рассматривая разрисованное снежным узором окно. – Ни один магический след невозможно стереть до полного уничтожения. Любая эманация оставляет рубец. Уверена, ректор Торнот во всем разберётся.
  
Глава 8
 
Через час в лазарет наведался преподаватель по искусству защиты от темных чар, магистр Фабиан Гор.
Моника кинулась в объятия жениха.
– Фаб, где ты был? Я очень соскучилась.
Молодой блондин с пепельным отливом, высокий, жилистый и гибкий, этакий эльфийский принц, но без заостренных ушей, зарылся в волосы невесты носом.
– Прости. Из-за этих нападений вся академии гудит как пчелиный улей. Сразу после занятий я отправился в кабинет ректора, где застал всех остальных. Они кричали, ругались, требовали конкретных решений. И знаешь, что?
Гор прервался, судорожно вздохнув. По его бледному лицу поползли алые пятна.
Моника отлипла от груди жениха, испуганно уточнив:
– Что?
– Лорд Торнот потребовал не кричать. У него в кабинете, видите ли, уснули дети!
Я сидевшая за письменным столом и заполнявшая медицинские карты пациентов, не сдержала улыбки.
– Так и сказал? – Моника тряхнула головой.
– Приказал. Как привык в своем Корпусе, - возмутился молодой маг с третьим резервом. – Лоуренс спросил: «И как тогда вести совещание?». «Шепотом», отрезал ректор. Я в высшей степени возмущения. В академии творится, демоны знает что, а лорд Торнот беспокоится, чтобы дети не проснулись.
– Прекрати, - Моника приподнялась на носочках и поцеловала кипевшего от негодования жениха. – Эрин и Ларк сегодня целый день в академии. Они устали. Им только пять.
– Вам давно пора нанять гувернантку, Алисия, - отстранив невесту за плечи, с долей упрёка бросил Фабиан. И сразу вздохнул. – И избавить нас от проблем. Совещание… Оно было сорвано. Ректор нас не даже слушал!
– Спасибо за совет. Обязательно найму, - хмыкнула я и поднялась.
– Если надо могу дать адрес одной знакомой моей сестры. Очень милая леди. Стаж двадцать пять лет, четвертый резерв, - Фабиан действительно хотел помочь.
Я молча кивнула, успев погрузиться в собственные размышления.
– Мы пойдем, - шепнула подруга. – До завтра, Алисия. Будь осторожна.
– И ты.
Декан факультета бытовой магии с женихом исчезли в залитом магическими шарами пустом коридоре, а я крепко задумалась, поражаясь заботливости дракона. Я была о нём другого мнения. Холодный, заносчивый, надменный. Общается приказами, до разговоров с никчёмными нетитулованными не опускается. Одно слово – Торноты, лорды западных земель. Но Коннор… оказывается другой.