Нелюбимая жена ректора академии (СИ)
– Мама, мама! – Воскликнули Эрин и Ларк и кинулись обниматься. Их щечки горели алым цветом, глазки блестели от восхищения.
Я крепко их обняла.
– У-у, как соскучилась. Понравилось в парке?
– Очень, - признался сын.
– Там столько каруселей и магии, - добавила Эрин, поглаживая по пушистой головке спящего за пазухой фамильяра. – Мы катались, играли, снова катались.
– А потом папа купил нам яблочной пастилы, пирожных и лимонада. Было весело!
Я покосилась на мужа-дракона.
Он задумчиво смотрел на детей и сдержанно улыбался. Высокий, сильный, крепкий, словно скала.
– Спасибо, - произнесла одними губами, обнимая детей.
Драконьи глаза задорно блеснули.
– Не за что, профессор.
– Останетесь с нами на ужин, лорд Торнот? – Ой, я спросила это вслух. Что на меня нашло?
– Не могу, - Коннор покачал головой, сохраняя бесстрастный вид. И только в синих глазах полыхали смешинки. – Должен вернуться в Академию.
– Тогда до завтра.
– До завтра, Алисия.
– Пока, папа!
– Пока! – Хором воскликнули Эрин и Ларк, помахав отцу ладошками в вязаных рукавицах.
Дракон исчез. А я прикрыла дверь в полном недоумении, сбитая с толку и совершенно растерянная. Вот так денёк.
Я думала «игра в отца» - это разовая акция, но сильно ошиблась. Через день Коннор забрал детей в лавку с игрушками, скупив там половину ассортимента, потом повел их в детский театр, а после дети совсем лишили меня дара речи.
Застыв у заснеженного крыльца, куда мы подошли минуту назад, я с изумлением, глотая морозный воздух ртом, прошептала:
– Вы хотите остаться на ночь у папы?
Ларк и Эрин с милым малышом-фамильяром на ручках весело закивали.
– Хотим.
По спине побежал холодок. Уж не знаю, когда дракон успел завоевать любовь моих детей, но судя по всему – как раньше мы жили, уже не будет.
– Боюсь, это не самая хорошая идея, - буркнула, покосившись на окна драконьей квартиры. Они были темными.
Близнецы обиженно надули губки, а затем из-за спины раздалось хрипло-тягучее:
– Почему?
Дракон словно вышел из серебристой метели и через мгновение замер поблизости.
– Папа, папа. – Дети ринулись к отцу обниматься.
Я закусила губу, опустила глаза. Почему когда он рядом мне всё время неловко и больно?
– Эрин. Ларк, - муж присел возле детей на корточки, потрепал по плечам, смахнув с одежды пушистые хлопья, бросил в мою сторону долгий многозначительный взгляд. – Алисия.
– Добрый вечер, господин ректор, - выдавила с трудом. С мужем за целый день мы не виделись.
Он выпрямился, подхватил мою руку в перчатке и крепко сжал. Разбуженная невинным прикосновением чувственность откликнулась в теле волной жаркой дрожи.
– Итак. Вы не ответили на вопрос, - напомнил дракон.
– Это, - сглотнув, заставила себя говорить ровно и сухо, - будет невежливо.
– Детям полезно общаться с отцом. – Коннор нежно перебирал мои пальцы своими, заставляя заметно нервничать. – Или вы мне не доверяете, профессор?
Еще спрашивает. Конечно, не доверяю!
– В таком случае, - синие глаза с вертикальными зрачками блеснули азартом, - можете подняться в мою квартиру и всё проверить. Прямо сейчас.
Пульс подскочил. Внутри всё сладко замерло.
Он что, меня соблазняет?
Кое-как уняв волнение – или это я дрожу из-за мороза? – строго отрезала:
– Сейчас неуместно. Быть может, позже. После Зимнего бала.
– Как вам будет угодно, - уголки мужских губ едва заметно улыбнулись, дав понять, что меня поймали на слове.
Коннор простился с детьми и я, едва передвигая налитыми свинцом ногами, потянула обиженных близнецов в теплый подъезд. Спину между лопаток до последнего жег испытующий драконий взгляд.
Глава 46
Новое утро началось с неожиданного подарка. Под дверью квартиры я обнаружила букет алых роз, перевязанный серебряной лентой расшитой рунами драконьего рода.
Коннор.
От пряного сладкого аромата закружилась голова.
Супруг прислал мне цветы?
Хмыкнув, склонилась и подхватила зимний букет, осыпанный заклинаниями неувядания. Что на него нашло? И что нашло на меня, если я вдруг решила принять этот дар?
– Мама, что там?
Ко мне с двух сторон прильнули Эрин и Ларк. Шумно втянули носиками сладко-терпкий запах и развеселились.
– Это папа прислал, да?
Мои маленькие проницательные дракончики. И ничего-то от вас не скроешь.
– Да, мои хорошие, - закрыв входную дверь пяткой, я вернулась в прихожую. – Ваш папа в последнее время меня удивляет.
– Это потому, что он очень любит тебя, мамочка, - с грустными глазками шепнула Эрин, гладя фамильяра по пушистой снежной шерстке. – А ты совсем этого не замечаешь.
– Угу, - с печальным вздохом подтвердил растерянный сын.
Коннор любит меня? Вот уж глупости!
Но расстраивать своих крошек не рискнула. Им сегодня и без того целый вечер придется провести в компании гувернантки и гувернёра, без мамы и папы. А всё из-за Зимнего бала.
Бал, к слову, заметно скорректировал учебный процесс. У младших курсов занятия отменили, а старшим сократили учебное время на треть. Жаль, я не могла позволить себе выходной. Без меня в лазарете – только гуляет и свищет ветер, а потому, поставив розы в хрустальную вазу на тумбу, налила в нее из графина воды, затем поцеловала в пухлые щёчки доченьку и сына и побежала готовить завтрак.
– Хотите оладьи с тертым сыром и черничным сиропом? – Крикнула из кухни, попутно успевая заварить детям ягодный чай, а себе – крепкий кофе.
– Да! – Ответили мне хором.
В девять утра, вверив близнецов госпоже Дрю и лорду Стервуду, я побежала в лазарет. Надо было доделать отчёт, закончить сортировку поставленных зелий и снадобий, подзарядить медицинские артефакты и написать объяснительную. На последнем пункте я смачно скривилась.
Естественно, половины из перечисленного – я не успела. После полудня в Академию пожаловал важный гость. Сам император!
Из лазарета меня поманили шум, смех и крики в холле главного корпуса. Вспомнив о необходимости зайти в деканат медицинского факультета за ведомостью, я всполоснула руки над умывальником и покинула своё тихое царство. Коридоры бурлили как море. Парни с интересом сравнивали себя с гордым и молодым правителем Верденской Империи; девушки томно вздыхали, провожая лорда Себастьяна влюбленными взглядами.
Сбоку чуть слышно шептались бытовички с последнего курса:
– Девочки, смотрите, император приехал без жены!
– Да, верно. Слышала, они разругались и вроде разводятся.
– Разводятся?
– Почему?
– Кузен моей тетушки по папиной линии из Ульдена вроде упоминал о заговоре Ее Величества против мужа.
Магички ахнули.
– Заговор?
– Против такого мужчины?
– Она сумасшедшая.
Пробираясь через толпу в сторону лестницы, я на силу удержалась от раздраженного вздоха.
Взгляд против воли упал на императорскую делегацию в центре холла. Коннор и Себастьян шагали плечом к плечу и вполголоса переговаривались. Сильные, уверенные в себе. Похожие, словно братья и одновременно разные как огонь и лёд, сумерки и рассвет, шторм и затишье. Мой муж был подобен суровому северному морю – бушующий, переменчивый, непреклонный. Император рядом с ним казался монолитной горой, несгибаемый и основательный. И да, студентки, точно подметили. Императрицы рядом с ним не наблюдалось.
Словно ощутив, что я с любопытством разглядываю их со второго этажа, Коннор вскинул голову, безошибочно определяя меня среди пестрой толпы. Бледно-синие драконьи глаза блеснули голодом. Метка истинности на запястье кольнула теплом, по коже покатился приятный озноб.
Я отчего-то смутилась.
Передернула плечами и, смахнув жаркое наваждение, наведенное чарами Истинного, поспешила в деканат. Вот же… искуситель! До бала оставались считанные часы, а еще столько всего надо успеть.
Часы до вечера пролетели незаметно. Я пообедала в столовой вместе с Эрин и Ларком и их наставниками, потом завершила работу и, погасив лампы в большей части лазарета, потянулась к пакетам с одеждой. Чтобы не бегать туда-сюда по пронизывающему до костей ветру, содержимое гардероба захватила с собой.