Нелюбимая жена ректора академии (СИ)

И все равно по коже пополз мягкий обжигающе тягучий поток первого резерва.
С шумным вдохом отпрянула от присыпанного снегом стекла и, обойдя Блума, вернулась к столу, чтобы заняться сбором пустых тарелок. Это отвлекло от пронзительных цепких драконьих глаз. Помогло выбросить засевший в разуме колючей занозой облик Торнота, застывшего посреди пустынной вечерней улицы с поднятой головой.
  
– Уже поздно, магистр. А до дома не близко. Тебе пора.
Наглый стихийник растянул губы в улыбке.
– Не попросишь, чтобы я остался ночевать?
– Не сегодня, - поморщилась. – Мне нужно время всё обдумать.
– Алис, не забывай про наш уговор.
– Я не забываю. В Академии будем играть любящих заботливых родителей.
– Только в Академии?
Я подняла глаза, упираясь в холеную физиономию красавца-мага. Его взгляд манил и притягивал.
– Спокойной ночи, магистр.
Блум еще минуту перекатывался с носок на пятки, недовольно поигрывая пальцами по крепкому бицепсу. Понятия не имею, чего он хотел этим добиться… Очаровать? Упрекнуть? Воззвать к совести? 
Нет у меня совести!
– Выход там.
Потомственный аристократ хмуро кивнул, припечатал, что зайдет завтра за нами с детьми в половине девятого утра и ушел.
Я наконец почувствовала долгожданное облегчение.
Настойчивые маги, один гадкий дракон, «опустошенные» студенты – как-то слишком много для одной скрывающей свою личность и прежнюю земную жизнь попаданки.
Взгляд невольно зацепился за зажегшийся свет в окнах жилого дома прямо напротив. Там мелькнул узнаваемый плечистый силуэт, а следом тонкий хрупкий с золотистыми волосами.
Богиня.
Коннор с любовницей по иронии судьбы сняли квартиру рядом со мной. Наши окна буквально выходят друг на друга. И если бы не широкая проезжая часть, разделявшая жилые дома, я бы легко рассмотрела – чем они сейчас заняты в спальне.
В крови жгучим маревом всколыхнулись обида и гнев.
Дракон это нарочно? Чтобы позлить свою бывшую, с которой даже не соизволил развестись?
Тарелки со злости рухнули в раковину и зазвенели.
Решив, что на сегодня неожиданных встреч и внезапных открытий – достаточно, я отправилась в детскую комнату. Ночник на столике разливал по стенам и потолку приглушенное тускло-желтое сияние. Близнецы крепко спали в своих кроватях. Я подоткнула одеяло у Ларка, поцеловала сына в лоб. Отошла к кроватке Эрин, чмокнула в носик и укрыла свою крошку теплее – она всегда скидывает одеяло по ночам – полюбовалась спящим в ее ногах фамильяром.
Неясная смутная тревога скребла на подсознательном уровне.
Я точно помню хлопок.
Помню, как на одно мгновение магический фон второго этажа резко переменился и начал фонить опасной магией.
Охваченная яростным желанием докопаться до правды, вернулась в гостиную, разожгла все лампы и прошлась взад-вперед, кое-как выплетая универсальное заклинание обнаружения. С пальцев сорвались белесые нити, закрутились в нестройную формулу.
Заклинанию обнаружения меня обучил предыдущий глава Академии.
Тогда я только начала преподавать и постоянно подменяла врача в лазарете, у которого почти каждый месяц случались всякие форс-мажоры. То матушка заболеет, надо ехать. То сестра свяжется не с тем кавалером, необходимо скорее спасать ее девичью честь. То поместье по наследству вот-вот отойдет к сводному брату, якобы из-за ошибки в завещании, скорее – бежать подавать в судебную службу апелляцию.
Я крутилась как белка в колесе.
А уж запомнить названия бессчетного количества баночек с порошками, целебными снадобьями, лекарственными настойками, средства от всевозможных болезней было непосильным трудом.
Пожилой участливый ректор меня тогда пожалел и показал простое заклинание обнаружения. Мол, один взмах руки и ты точно знаешь, какой препарат или зелье перед тобой.
– Богиня, - ахнув, я резко вынырнула из вполне приятных воспоминаний и огромными испуганными глазами уставилась на реплику портала посреди уютной гостиной. 
Сердце пропустило удар.
Портал был!
Мне не почудилось.
Я обошла тускло мерцающий след по кругу, стараясь сохранять ледяное спокойствие.
Неизвестный открыл его прямо тут, в моей квартире! Но то ли что-то пошло не так, то ли по счастливому стечению обстоятельств – близнецы в этот момент бросились за фамильяром и скрылись в шкафу – портал «выждал» ровно десять секунд и после схлопнулся.
* * *
– Дорогой, я замерзла. Хватит работать, Академия от тебя не убежит, - нежные руки обвились вокруг шеи Коннора, заставив оторваться от чтения финансовой отчетности за последние шесть месяцев, а точнее вырваться из мыслей о бывшей жене. – Идем в кровать?
Теплое женское дыхание с мятной ноткой обожгло правое ухо.
Дракон поморщился.
– Я занят, Мелия.
Дочь советника надула губки.
– В последнее время ты постоянно занят, Коннор. И на меня внимания не обращаешь.
– Я предлагал тебе остаться в родительском доме, а не ехать со мной в суровый северный край, - холодно и раздраженно напомнил мужчина. – Ты отказалась.
– Конечно, отказалась. Стоит отпустить тебя в академию одного, вокруг совьётся гнездо развязных студенток, которые будут метить в твою постель. Знаю я всё. Сама недавно получила диплом. Нет уж. Ты – мой. И кстати Ваша светлость, я давно жду от вас предложения руки и сердца.
– Мелия, у меня нет желания начинать давний спор. Иди в спальню, - словно не слыша возмущений хорошенькой спутницы, Коннор отложил бумаги и поднялся.
– Ну и демоны с тобой, - буркнув, леди обиженно убежала в соседнюю комнату.
Торнот помассировал переносицу.
Первый резерв с самого утра сходит с ума. С того момента, когда он и Алисия столкнулись у замерзшего фонтана в заснеженном дворике. Магия бесится в венах, жжет изнутри. И вопреки здравому смыслу тянется к ней и близнецам.
Эрин. Ларк.
Почему она не сообщила о детях?
В конце концов, они всё еще муж и жена.
Дракон, встав у окна, усмехнулся. Напротив тремя черными провалами темнели оконные проемы Ее квартиры.
Отвергнутая леди Торнот времени даром не теряла: нашла престижную работу, завела любовника, родила ему детей. И живёт так, будто никогда не была замужем за представителем императорской семьи.
Алисия.
Ее испуганный взор, когда тем утром метка истинности на запястье пропала, несмотря на все магические артефакторы подавления и даже зелья забвения, по-прежнему преследует его навязчивым сном.
Алисия засела в сердце раскаленной занозой.
Доводит звериную ипостась до изнеможения, рвёт ему жилы, причиняет бесконечное беспокойство.
– Я не при чем. Метка… Я не знаю, почему она пропала, клянусь, моей вины в этом нет, - сжавший в комок в то хмурое утро, Алисия обнимала себя за плечи и, не смея подняться из кресла, переводила огромные зеленые глаза с него на свекровь и пыталась найти исчезновению знака истинности логическое объяснение.
Мать была непреклонна.
Обманщица. Шарлатанка. Интриганка, обманом привлекшая звериную ипостась лорда земель.
– Брось эту лживую гадину в темницу, сын, - процедила сквозь зубы леди Торнот старшая.
На самом деле она не была ему матерью. Мачеха. Отец женился на ней, когда Коннору стукнуло двенадцать лет. Тем не менее, упрекнуть женщину в неисполнении материнских обязанностей было нельзя. Леди воспитывала пасынка как умела. И тогда, в то утро, она рьяно отстаивала запятнанную репутацию младшей правящей ветви.
– Брось ее в темницу! Ты женился на Истинной не для того, чтобы исполнять желания или любить. Она должна родить тебе наследника, сын. Ты прекрасно знаешь разницу между детьми, рожденными от обычных женщин и Истинных. Знаешь, какую власть нашей семье подарит такой наследник. Но она… - мачеха ткнула в ошеломленно замершую Алисию, - обманщица. В ней больше нет необходимости. Избавься от этой женщины.
  
Сжав кулак, Коннор саданул по стене. С такой силой, что в камне осталась неглубокая вмятина.