"Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Данфейт посмотрела на свое отражение в зеркале и улыбнулась. Интересно, насколько год обучения изменил внешний облик ее сестры? Если так же, как и ее саму, то она была бы просто счастлива.
Спустившись вниз ровно в пять утра, она поприветствовала Учителя и принялась быстро есть кашу, сваренную заботливой Ирией специально для нее. Данфейт торопилась, ведь когда Учитель коснется своим прибором стола, ее трапеза будет окончена. Таковы правила дома Ри Сиа. Странно, она привыкла к ним. Единственное, за что она теперь постоянно получала наказания, была ее старая добрая привычка нецензурно выражаться. Искоренить ее оказалось намного более трудной задачей, чем она думала. Выпаливая в сердцах очередную верткую приправленную фразу, Дани неминуемо попадала впросак. Учитель тут же назначал очередное наказание, исполнить которое каждый раз становилось все труднее и труднее. Сто отжиманий по сравнению с недельной голодовкой — просто детский лепет.
  
Физическая подготовка давалась Дани намного проще, нежели занятия по "Теории Мироздания" и "Силовых полей". До сих пор она не смогла прочесть ни одной чужой мысли и не сумела переместить ни одного предмета в пространстве. Проще говоря, кроме выставления блокировки собственного сознания, которую учитель раскалывал уже через две минуты, Данфейт на этом поприще не достигла ничего.
Учитель называл это состояние "сомноленцией сознания", а проще говоря "спячкой". Что мешало Данфейт проснуться оставалось не понятным. Согласно теории "Первоестественности", которую предложил в свое время Ри Сиа, каждый человек во Вселенной обладает определенными сверхественными способностями. Одни люди преодолевают "сомноленцию сознания" спонтанно, а другим требуются годы обучения и тренировок. Дани, конечно же, вместе с большей частью человечества принадлежала ко второй группе людей. Однажды, она даже пошутила, что относится к новой, третьей группе "невезучих", которым в этой жизни уже ничто не поможет. Учитель не понял ее юмора, за что Данфейт поплатилась. Сутки без воды охладили ее пыл, и шуточек на тему ее обучения она больше не отпускала.
— Ты сегодня не разговорчива, — заметил Учитель, кладя приборы на стол.
Дани тут же отодвинула тарелку с недоеденной кашей и откинулась на спинку стула. Безусловно, она бы с удовольствием доела кашу, приготовленную Ирией, но Учитель закончил трапезу, а значит, и Аркаин тоже.
— Я думаю о том, куда мы с Вами отправимся. Вы сказали, что познакомите меня с коренными?
— Да. Путь до поселения займет часов десять. Ты проведешь там две недели, а затем самостоятельно вернешься сюда.
— Зачем мне оставаться с ними?
— Ты сама ответишь мне на этот вопрос. Но не сейчас.
Мийя хоть и была пригодной для жизни луной, но источников воды на этой планете было крайне мало. Скалы и пустыня, — вот и все достопримечательности этого отдаленного приюта немногочисленных югуан, перебравшихся сюда столетия назад и освоивших эти земли. Именно этих людей называли "коренными" или "мийянами". Чуть позже, а точнее всего несколько десятилетий назад, одна из влиятельных югуанских корпораций рассмотрела вопрос о строительстве на Мийе термоядерных электростанций. Тогда же и началась борьба местного населения за право остаться хозяевами собственной земли. Деньги не помогли влиятельным людям избавиться от местных, и за дело взялись наемники. Они организовали несколько баз недалеко от мест поселений мийян и постепенно воды на всех начало не хватать. Немногочисленные мийяне оказались один на один со своей проблемой, и закон в этой ситуации был не в силах им помочь.
Время шло, но ни голод, ни жажда не заставили этих людей покинуть свой родной дом. Скрытая война продолжалась здесь вот уже в течение нескольких лет. Мийяне периодически опустошали запасники воды чужаков, а те, в свою очередь, уничтожали скудный урожай коренных жителей.
Преодолев путь в сотни километров по пустыне на квадрациклах, Данфейт, впервые в жизни, попала в деревню тех, о ком раньше только слышала. Небольшой оазис посреди бескрайних песков с несколькими десятками шатров, наполовину погруженных в землю, — вот и все, что увидела Данфейт.
Как только их приближение было замечено, навстречу высыпали дети в грязной одежде из льна и, протягивая свои чумазые ручки, тут же начали попрошайничать. Ни конфеты им были нужны, ни сувениры, они молили о воде, которая в период засухи в этом месте ценилась дороже всего.
Данфейт остановилась первой и повернулась к багажному отсеку, чтобы достать один из контейнеров с питьевой водой, когда услышала громкий возглас Учителя:
— Не смей!!!
— Но, они же…
— В первую очередь вода нужна тебе самой. Во-вторых, если ты и можешь отдать им один из контейнеров, лучше передать его в руки старших, чтобы они распредели запас поровну.
Тем временем к квадрациклу Данфейт подошла женщина, на вид лет сорока, и, похлопав в ладоши, быстро разогнала толпу вопрошающих детей. Как ни странно, но маленькие оборванцы тут же разбрелись по сторонам. Ни протестов, ни слез, будто воспринимали все как данность, как закон, которому не имеют право не подчиниться.
— Добро пожаловать! — поздоровалась женщина и протянула руку Данфейт. — Меня зовут Морайя.
— Данфейт, — ответила Дани и пожала запыленную ладонь.
— Устала, наверное, с дороги. Спускайся, я проведу тебя в дом.
Данфейт искоса посмотрела на Учителя и, заметив одобрительный кивок, последовала за Морайей.
Эта женщина, одетая в лохмотья из льна, обутая в кожаные тапочки, задники которых давно были изношенны, шествовала впереди Данфейт, будто королева. Ее золотистые волосы, осветленные слоем пыли, были собраны в жгут на затылке, и Дани невольно заметила, как сильно напряжены мышцы ее шеи.
Морайя остановилась возле шатра и, приподняв занавеску, пропустила Данфейт вперед. Здесь было прохладно, хотя в дальнем углу жилища горел самый настоящий огонь. Данфейт присмотрелась к нему и поняла, что этот очаг представляем собой кучку углей на тяжелой чугунной подставке. Вверх от очага вздымалась труба, и дым покидал жилище именно через нее… Земляной пол был устлан протертыми коврами, на которых кое-где были видны латки. Широкий топчан, низкий стол в центре шатра и сундуки по периметру. Женщина прошла к очагу и вложила в него нечто, очень напомнившее Данфейт навоз… Естественно, ведь чем еще могли топить эти люди?
Морайя присела на один из сундуков.
— Проходи, не стесняйся, — сказала женщина и улыбнулась Данфейт.
Дани присела на пол перед пустым столом и посмотрела на Учителя, что остался стоять у входа в шатер.
— Где Дали?
— У Роби.
— Покажи моему аркаину все, что посчитаешь нужным, и через две недели отправь ее домой.
— Конечно, — кивнула женщина и снова улыбнулась.
И тогда, впервые за тот год, что она знала Учителя, она увидела, как он улыбается в ответ. Лицо зрячего преобразилось, стало более мягким и утратило черты той высокомерности, что постоянно угадывала в нем Данфейт.
— Может, ты меня проводишь к Роби?
— Провожу, — усмехнулась женщина и посмотрела на Данфейт.
— У тебя наверняка с собой есть какие-то вещи. Ты пока можешь принести их сюда.
— Хорошо, — ответила Дани и вышла из шатра.
Морайя отсутствовала полтора часа. То ли все это время она "провожала" Учителя, то ли у женщины нашлись более важные занятия, но у Данфейт возникло ощущение, что она совсем забыла про свою незваную гостью. Когда терпение Данфейт, наконец, иссякло, девушка вышла на улицу и уверенным шагом направилась к своему квадрациклу. Во рту пересохло и она собиралась попить воды, но когда увидела, что за ней, держась на дистанции в несколько метров, плетутся все те же дети — попрошайки, поняла, что ее намерениям пришел конец. Она резко обернулась, и малыши, как по команде, сделали шаг назад.
  
— Вы говорите на югуанском? — произнесла Дани и улыбнулась.