"Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Все в этом мире кого-то используют, дорогая. Мне нужно пережить чистку в рядах «Сестринства». Очень вовремя Первый Советник решил против тебя заговор сплести. С его помощью я и выпутаюсь. И остальные сестры тоже, те, кто знают, ради чего мы все это делаем. Орландо не упоминал имен членов «Зари»? — невзначай спросила Сюзанна.
— Нет. Ни одного.
— Умный дженериец, — с уважением кивнула Сюзанна и выпила. — Информационный вакуум создан. Потоки информации остановлены. Полагаю, бои у Мельтора были последним крупным сражением в истории этой войны. Думай о мире, о том, ради чего мы все это делаем.
— Для того, чтобы ты создала новый союз планет и вместе с сестрами его возглавила? — Аудроне рассмеялась.
— Я подарю Вселенной мир.
— «Заря» тоже хочет облагородить всех миром.
— Либо мы, либо они, — Сюзанна протянула стакан и чокнулась с Аудроне. — Победит сильнейший!
— Нальешь еще? — попросила Аудроне.
— Ты допей то, что в стакане.
Аудроне залпом осушила его и протянула «матери». Та забрала его и налила атероля на два пальца.
— Как мои близняшки поживают? — Аудроне поджала губы.
— Осталось трое.
— Как это… трое…
— С тобой — четверо, — Сюзанна вложила стакан в руку «дочери». — Самоубийства. Наблюдатели считают, что они вступили в сговор друг с другом. Не мне их осуждать. Жизнь в таких условиях сводит с ума. Ты оказалась более хитрой и проворной. Поэтому ты, мой номер Шестнадцать, здесь, а они там. Радуйся! Такими темпами они поубивают себя сами, и парадокс будет разрешен. Ты останешься одна, моя милая Десница.
— Поскорей бы уже все это закончилось, — охмелевшая Аудроне опять приложилась к спиртному.
— Финал близок. Осталось немного. Расскажи лучше, как твой дженериец в постели? — Сюзанна отставила пустой стакан в сторону.
— Скоро сама узнаешь. Или не узнаешь, — хмыкнула Аудроне.
— Обряд испытания воли придумала не я, дорогая, а Лала Ли. Орвин его не прошел. Джеф в твоей реальности тоже не прошел. К сожалению, моя настоящая дочь как всегда сдалась и отказалась от рисков, но ты другая. Похожа на нее, но все-таки не она. Не пройди ты процедуру армирования тканей — не попала бы сюда. А моя дочь побоялась боли. Поэтому она мертва.
— Дело не в обряде «Сестринства», — ответила Аудроне. — А в том, что ты с особым удовольствием устраиваешь это испытание лично для меня. Лала Ли прекрасно об этом знала и не перечила тебе, потому что верила: лучшая ученица приведет этот мир к успеху.
— Лала Ли не вмешивалась, потому что желала тебе счастья. Как и я. Обряд придуман специально. Мы — сестры — никогда не позволим своим дочерям связывать судьбу с теми, кто не может удержать член в штанах. Это — самое серьезное испытание воли для мужчины. И только достойные наших дочерей могут его преодолеть. Афина Джонс случайно выступила в роли искусительницы, и Киаран справился, хотя, был на грани провала, если честно. Судя по видео, которое я видела, не будь он модельером — точно бы вставил член ей в рот.
Аудроне поморщилась.
— Мой тест посерьезнее жалких приставаний какой-то потаскухи, — продолжала вещать мать. — Не важно, пройдет его Киаран или нет. Вы все равно поженитесь. Но ты, моя дорогая, будешь знать точно, кто делит с тобой постель: кобель или мужчина.
— Я — не одна из сестер, — Аудроне допила атероль и с грохотом поставила стакан на стол. — Но личную жизнь ты мне все равно испоганила!
— Я? — Сюзанна удивленно указала на себя рукой. — Орвин так быстро штаны снял, что я даже сама удивилась! Представляешь, как бы часто он их снимал на стороне? И это говно ты любила? Я тебя умоляю! — «мать» махнула рукой.
— Дело в том, что я убила твоего мужа — кобеля, которого любила ты. Морального урода, который измывался над женщинами, и над тобой тоже. Я избавила мир от него. А ты не смогла мне этого простить. И в «Сестринство» Лала Ли ты вступила после его смерти. Да, успеха добилась, но и меня решила наказывать всю оставшуюся жизнь. Не я сделала из тебя проститутку, «мама». Ты стала ей сама.
— Я не проститутка! — взбеленилась «мать». — Да как ты смеешь!
— Нет, «мама». «Сестры» — все проститутки. И каждая об этом знает. Поэтому существует «священный», — Аудроне показала пальцами кавычки и скривилась, — обряд испытания воли, который, в принципе, ни один мужик пройти не в состоянии. Я знаю ваш жалкий секрет успеха. И понимаю, почему после этого многие «дочери» становятся «сестрами». Вы подталкиваете их к выбору и создаете новое поколение шпионок. Тебя считают эксцентричной эротоманкой? — Аудроне встала и пошатнулась от выпитого. — Это потому, что ты дотрахалась до звания адмирала флота. А будь ты в гареме Императора, драли бы тебя, как всех остальных, и за глаза называли «подстилкой». У «Сестринства» власть? — Аудроне, шатаясь, шла к двери. — Пока у вас ничего нет, кроме меня — Десницы, дочери сразу двух проституток, одна из которых основала гарем, а другая сделала карьеру во флоте.
— Дорогая, по-моему ты перебрала с атеролем! — крикнула в спину Сюзанна.
— Мне можно! Я ведь звездная дочь всего флота! — захохотала Аудроне и покинула каюту матери.
* * *Аудроне медленно плыла по коридору. Периодически ее заносило, и тогда она прижималась к стене, чтобы сохранить равновесие.
Конвоир, которого отправила за ней «мамуля», чтобы дочь не заблудилась по пути из жилого блока «А» в «F», держался в стороне и иногда докучал подсказками о том, куда ей дальше двигаться. Пешком шла долго. Где-то с час.
Увидев знакомый номер жилого блока на стене, Аудроне поняла, что почти добралась до каюты. Она помахала провожавшему, сообщая, что в его услугах больше не нуждается, и открыла дверь.
Любимый уже вернулся. Он лежал на кровати и холодил ее разгоряченное спиртным тело своим прекрасным морозным взглядом.
Аудроне больно ударилась плечом о дверной косяк и завалилась на шкафчики. Кажется, жених выматерился. Он спрыгнул с кровати и остановился перед ней, грозно сложив руки на груди.
— Вы в своем уме, Мэль?
Его голос показался Аудроне слишком громким, и она поморщилась.
— Подайте рапорт, капитан Рурк, — она попыталась его обогнуть, но он загородил проход.
— Где вы были? — голос стал еще жестче.
— У «мамы».
— Закусить она вам не предложила?
— Нет, — Аудроне оттолкнула Киаран в сторону.
Он от подобного просто обомлел.
Аудроне доковыляла до кровати и рухнула на постель прямо в ботинках. Подоткнула подушку под голову и закрыла глаза.
— Ложитесь спать, — услышала она голос Киарана.
Кажется, он сказал это всем.
Мир кружился вокруг и танцевал хороводы. «Мама» была права: Аудроне снова вошла в штопор, чтобы в последний момент либо разбиться на смерть, либо выйти из крутого виража и жить дальше. Конечно же, она справится с очередным периодом жалости к себе и протянет руки к штурвалу, чтобы совершить маневр и обмануть всех, даже саму себя. Правда, чем ближе к финалу, тем тяжелее. Раньше можно было дня три-четыре посидеть на стакане, чтобы побаловать мозги туманом забвения, а сейчас похоже облегчения не светит.
Аудроне хотела бы отключиться, но воспоминания не вовремя напомнили о себе. В тот день она прошла развилку, которую не предсказала. О которой ничего не знала. И только оглядываясь назад, она понимала, что именно тот выбор был одним из роковых в ее жизни. Жалела ли она о нем? Нет, никогда.
Сюзанна передала ей сообщение: «Лала Ли в заложниках. У них есть данные по эксперименту. Если не начнешь сотрудничать — меня и Лала Ли убьют». Аудроне прекрасно понимала, что старый телеграфный код, который та отбивала по столешнице, распознают и те, кто за ними наблюдал. Но имело значение время. Аудроне синхронно расшифровала послание в уме, а дознаватели должны были потратить на поиск таблиц и сверку с ними минимум минут тридцать.
Сюзанна ушла, а Аудроне вывели из допросной. Ее провожали новым маршрутом. Свернули не направо, как обычно, а налево. И в тех коридорах она никогда прежде не была. Кандалы позвякивали при каждом шаге, словно колокольчики под порывами ветра, а ошейник давил на ключицы, которые стали выпирать.