"Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Сделаю. — Отозвалась друг. — И оденься, Лейн.
— Я тебя смущаю? — фыркнул на его замечание.
— Ни капли, но твоя попытка запугать леди явно провалилась.
Была такая мысль, да. Юные леди вообще-то боятся обнаженных мужчин. А не изучают их тела. Нервничают, могут взболтнуть лишнего, смущаются, могут и в обморок упасть. Однако Аэлья не только не испугалась, но и попыталась вести беседу.
  
Удивительная выдержка или продуманность.
Такое впечатление, что мы все были обмануты. И историей леди Аэльи тер Глоуддак, и ее внешностью.
— Тебе ведь изначально показалось странным, что дочь первого великого рода отдали на воспитание нянькам и буквально отрезали от остальной семьи. Только мы девочку пожалели, решив, что ею просто решили откупиться.  — Отозвался Сириус. — Кто знает, что совершил ее отец, раз пошел на поводу у главы второго рода света. И уж тем более нам не известны все условия, которые тот выдвинул.
— Думаю, стоит встретиться с Арландом…
— Ты бы выяснил раньше, если бы не был занят леди Мариной.
— Или бы не выяснил, продолжая откладывать, ты же помнишь, что я все же был очарован леди Аэльей, несмотря на ее явное восхищение Адарлейном.
— Я помню твои мысли, — согласился Сириус. — Тогда ты считал, если расторгнуть помолвку не выйдет, то стоит попытаться присмотреться к леди и попробовать наладить с ней отношения.
— Тем не менее, я рад, что все вышло именно так, — я прошел в гардеробную, подумав о Марине. Ее появление в моей жизни — подарок. — Как бы там ни было, а дать леди Аэлье родовой знак для использования тайных ходов замка, мог только член семьи, и я предполагаю, что это или Адарлейн, или его мать.
— И даже идиот мог догадаться, что вектор подходит ко всем потайным ходам замка, а не только к тому месту, на который ей указали. — согласился со мной Сириус. — Триша передала информацию, лорд Мэнрайд желает тебя видеть после собрания и дает разрешение на любые действия.
  
Глава седьмая
 
— У меня больше ничего нет! — всхлипывала леди Аэлья, ерзая в кресле. — Клянусь, я все принесла!
Леди дернулась от боли и всхлипнула.
Магия так не думала, а потому печать запрета жалила девушку.
Я же силился не рассмеяться, глядя на то, что леди успела мне вернуть.
Во-первых, папок оказалось не две, а три. И, кажется, я понял, почему девушка так меня рассматривала. В последней, хранящейся у меня папке, Ашта придуривался и пририсовывал к разным частям тела то глаза, то уши, то лица некоторых преподавателей из академии в самых неожиданных местах.
Особенно досталось его наставнику по перемещениям в пространстве… Архмастер Аркад и так обладал выдающейся внешностью: крупный нос, который был очень похож на фасолину, маленькие, близкопосаженные к носу глаза, и редкие, жидкие усики…
Понятно, что все это было ребячеством, не достойным поведения лордов, но мы и не планировали показывать эти рисунки посторонним.
А у меня рука не поднялась выкинуть художества Ашты… Кто ж знал, что одна леди воспользуется моей доверчивостью и решит поживиться в моих покоях тем, что при других обстоятельствах я бы никогда не показал? Ей так точно.
Во-вторых, помимо папок с рисунками, леди Аэлья посчитала возможным взять из моих комнат рубашку, одну из тех, которые щедро расшиты драгоценными камнями и предназначены для официальных мероприятий, таких как свадьба и первая брачная ночь. Конкретно эта была предназначена для последнего. Я смотрел на рубашку и пытался понять, не оторвала ли леди парочку камней и если да, то каких именно? Артефактор во мне придирчиво изучал фронт работ и пока не нашел ни единого изъяна или несоответствия. Все камни были на месте, никаких замен или порчи материла. Вот и зачем ей понадобилась эта рубашка? Не думала же она, что, не найдя рубашку, я отменю или отсрочу свадьбу и брачную ночь.
Конечно, камни на рубашке особенные, заряженные на зачатие, однако сделать новую, особого труда не составит, пусть и потребуется несколько дней. Однако подготовка к церемонии заранее бы выявила отсутствие рубашки. Иными словами, воровать рубашку бессмысленно.
В-третьих, леди тер Глоуддак поживилась мелкими артефактами моего создания. Иногда для большей концентрации и мысленной деятельности, я делаю подобные полезные безделушки: для освещения в темноте, мини-светильники, поисковые маячки, массажеры для рук, в частности кистей. Их нельзя назвать дорогими, скорее мелочовкой, на которую способен любой студент первой ступени обучения. Может на то и был расчет, что я не обращу внимания на пропажу таких, по сути, для меня ничего не значащих вещей?
— Лорд Лейнард, пожалуйста. Остановите это, — взмолилась леди Аэлья. — Я больше ничего не бра… ай!
Леди выгнуло, видимо, магия хлестнула особо сильно. Сожалений по этому поводу я не испытывал. Невеста так и не поняла свою вину, ей просто хотелось прекратить действие печати.
— Вспомнила! — воскликнула она. — Я вспо-о-омнила.
Девушка натурально провыла и залилась слезами.
— Я не смогу отдать… Никак…
Я промолчал, ожидая продолжения. Что же такое она взяла, что не может вернуть? А раз не может, значит отдала кому-то?
Она снова дернулась от действия печати запрета.
— Я же его давно съела, — будто огрызаясь на печать, заявила она. — Как я могу отдать?
Я ничего не мог поделать со своим воображением тут же представив каким образом леди может вернуть украденное и съеденное. Даже два варианта и больше сдерживаться не смог, рассмеялся.
Сириус тоже посмеивался, вторя моим мыслям, подсовывая не самые приличные и малоприятные образы.
— Сириус, это уже не смешно, а отвратительно.
— Извини, не удержался.
— Что именно вы съели? — обратился уже к леди Аэлье, которая молча глотала слезы.
— П-печенье…
Надо же, я думал коробка просто не дошла ко мне, а точнее ее забрал отец и не признается, потому что в тот раз ему не досталось из-за ссоры с леди Руданой.
Тетушка иногда, а если честно, то очень редко баловала выпечкой. Но когда это происходило, заветные коробочки получали все члены семьи. Не знаю, где она брала рецепты кондитерских изделий, но ничего подобного никто из нас не ел ни в одной из рестораций Тантерайта.
Выходит, я зря обвинял отца в том, что он забрал причитающееся мне лакомство.
— Я разрешаю вам не возвращать съеденное печенье, — произнес я и отметил, что больше леди Аэлья действительно ничего не брала.
Ее тело перестало дрожать. А сама она облегченно выдохнула, что означало прекращение воздействия магии печати запрета.
— Я могу вернуться к себе? — спустя минуту, спросила она. — Я правда все отдала и обещаю, что больше не войду без вашего разрешения.
— И не получится, — кивнул ей, — я не отменю действие печати. И нет. Я вас не отпускаю. Вы приходили поговорить. Вот и поговорим.
— Простите, но мне бы хотелось привести себя в порядок. Это такое потрясение, ваша магия…И моя просьба совсем не стоит внимания…
— Я разве сказал, что хочу выслушать вашу просьбу? — я выгнул бровь.
Надо же какая твердолобая. Вообще отличное качество, но явно не в этой ситуации.
— Но… тогда о чем нам говорить? Я ведь уже извинилась…
— К примеру, для чего вы взяли эту рубашку? И советую не лгать, если не хотите вновь познать дивные ощущения от моей магии.
Леди залилась румянцем. Я лениво отметил, что он ей к лицу. Многие девицы, когда краснеют выглядят отвратительно, а вот леди тер Глоуддак шло и смущение, и розовые щеки. Впрочем, я давно научился не обращать внимания на внешние данные.
  
— Это случилось, когда выбирали дату свадьбы. Помните, сразу после помолвки все полагали, что она состоится сразу же?
— Ничего подобного не помню. Дата свадьбы не могла оговариваться, так как данно вы не выполнили.
— Мой отец убедил меня в обратном, и я… Так этого боялась, что, увидев ритуальную рубашку, решила, что ее пропажа поспособствует отсрочке этого дня…