90-е: Шоу должно продолжаться 14 (СИ)

  
90-е: Шоу должно продолжаться — 14
   
Глава 1
 
— Он что, бухой? — с непередаваемым выражением лица спросила Наташа.
— Кто? Банкин? — я бросил взгляд на «отца-основателя», смирно сидящего в инвалидном кресле. Ну да, взгляд слегка блуждает. — Вряд ли. Но насчет полностью ясного сознания я бы не был уверен. Все-таки, я его из психушки привез, фиг знает, чем его там лечат…
  
— Да нет же! — всплеснула руками Наташа. — Не Банкин! Никита!
Я посмотрел в ту сторону, куда Наташа показывала. На ступеньках перед гримеркой кучковались радийщики. Настена в ультракоротком блестящем платье пыталась поддержать в вертикальном состоянии шатающегося Никитоса.
— Ну точно… Блин, он дебил вообще⁈ — Наташа крепко зажмурилась и быстро села прямо на пол. — Велиал, держи меня! Или я ему сейчас нос сломаю.
— Сиди, я сам сломаю, — хмыкнул я и направился к радийщикам.
Чем ближе подходил, тем интереснее становилась «картинка». Настена держала Никиту за плечи и что-то пыталась ему втолковать. Голова Никиты безвольно моталась. Лицо… Нда, он не просто пьяненький, он вообще ни петь, ни свистеть. А остальные трое радийщиков, два парня и девчонка, шикали друг на друга, совали из рук в руки плоскую бутылку с прозрачной жидкостью. И когда все заметили меня, то всполошились, задергались. Бутылка выскользнула и вдребезги разбилась об пол.
— Ну? — сказал я, поймав растерянный взгляд Настены. Пара секунд осознания, и беспомощность на ее лице мгновенно сменилась строптивостью, глаза сверкнули.
— Ну и что? — она отпустила плечи Никитоса, и тот моментально начал заваливаться на бок. — Подумаешь, выпил глоточек для храбрости? А ты сразу пришел морали читать⁈ Между прочим, мы ваши информационные спонсоры! Будешь наезжать, я позову Силищева, и он поставит тебя на место!
— Агыр-быр-буррр! — веско проговорил с пола Никита.
Остальные радийщики пьяно захихикали. Один громко икнул и пискнул: «Ой, извините!»
— А зови своего Силищева, — предложил я.
— У нас в договоре четко прописано, что на сцене должны быть мы, понятно? — продолжала напрыгивать Настя. Она явно тоже была в подпитии, но на четкость речи это не влияло. — И если ты такой тупой, что не способен выполнить условия, то…
— Настена, шухер! — прошипел один из радийщиков. И они все трое снова прыснули.
— Никита! — воскликнула Настена, присела с ним рядом и принялась хлестать его по щекам. — Блин, ну хватит уже прикалываться!
— Что будем делать? — спросила Наташа ледяным тоном из-за моего плеча. — У нас семиминутная готовность. Ну ладно, можно на пятнадцать растянуть, не разбегутся. Ты знаешь какой-нибудь способ быстро привести его в чувство?
— Найди Костю, — сказал я негромко. — Только Варваре ничего не говори, что тут случилось, а то с ней истерика будет. Она и так вся на нервах.
— Ну что вы смотрите-то? — снова взорвалась Настена. Ее густо накрашенные глаза налились слезами.
— Настя, — я присел рядом. — Ты в сознании вообще?
— Придурок, — прошипела она.
— Настя, слушай меня внимательно, — сказал я, аккуратно взял ее за подбородок и повернул лицо к себе. — Мы с тобой профессионалы, так? Ты понимаешь, что напарник твой в дрова? Если он вот такой выйдет на сцену сейчас, то вы «Европу плюс» опозорите. И Силищев вам таких сказочных звиздюлей потом вставит, что до Москвы на пинках будете лететь.
— Да нормальный он, — неуверенно сказала Настена. — Прикалывается только…
— Ну да, — усмехнулся я и посмотрел на Никитоса. Тот пробормотал неразборчивое, повернулся на бок и попытался натянуть на себя подол ее платья вместо одеяла.
— Руки убал, блин! — фыркнула она.
— Настена! — я пощелкал пальцами у нее перед лицом. — Воспринимать готова?
— Отвали, — буркнула она. — Да, готова.
— Значит, сейчас у нас будет замена в поле, — сказал я. — Эти твои коллеги, как я понимаю, тоже не годятся. Кто притащил водку, потом пусть твой Силищев разбирается.
— Никита, просыпайся! — Настена снова затрясла своего безответственного напарника.
— Бурр-фр-гррр… — отозвался Никита, вяло отталкивая ее руки.
— Зашибись, блин, — Настя зло посмотрела на меня. — Все из-за тебя!
— Точняк, мой хитрый план, — фыркнул я. — Залил твоему Никитосу шары водярой, чтобы на сцену своего протеже двинуть.
Я оглянулся. Из гримерки вывалился Костя со слегка ошалелым видом. Следом за ним — Наташа. Фух. Ну хоть этот на месте.
— Костян, ответственное дело, — сказал я, быстро встал и хлопнул его по плечу. — Заменишь Никитоса.
— Когда? — дернулся Костя.
— Через четыре минуты, — сказал я, мельком глянув на часы. — Вот прямо сейчас. Хватай Настену в охапку, и дуйте на сцену.
— Да я же… У меня… — руки Кости нервно затряслись.
Не задумываясь, я отвесил Костяну увесистую затрещину.
— Ну как? Нормально? — уточнил я, заглядывая ему в глаза.
— А можешь еще мне двинуть? — тряхнув головой, попросил Костя.
Я выдал звонкого леща другой рукой.
— Уф… — Костя снова потряс головой, попрыгал и посмотрел на меня уже нормальным осмысленным взглядом. — Случилось что-то?
— Никита заболел, — сказал я, рывком поднимая Настену в вертикальное положение. — Готовы работать?
— Нет… — пискнула Настя. Потом посмотрела на Костю и кивнула. — Да.
— Тогда пошли, — я толкнул их обоих в спины, придавая стартовое ускорение. Костя приобнял девушку за талию, и они бегом помчали на исходную.
Я перевел дух и посмотрел на Наташу.
— А твои-то готовы? — спросил я.
Наташа закатила глаза и развела руками.
Из гримерки вынырнула Лариса, сжимающая в объятиях здоровенную папку. На ее лице, к счастью, никакой тревоги, растерянности или беспомощности. Одна сплошная уверенность и блеск энтузиазма в глазах.
— Первые пять групп на низком старте, — сообщила она. — На седьмой позиции замена, там клавишник в больницу попал, группа слетела.
— Это кто у нас такой везунчик? — спросил я.
— «Логарифмическая линейка», — заглянув в папку, сообщила Лариса.
— Бывает, — философски пожал плечами я. — На кого заменили?
— На «Пиночетов», — уже не заглядывая в папку, ответила Лариса. — Они очень просили, хотели отстреляться до девяти вечера, у них там потом еще какое-то мероприятие…
— Нормально, — кивнул я.
— С вами радио «Европа плюс», и это специальное включение с открытия рок-фестиваля «Рок-виски-браво»! — зазмурлыкал из колонок бархатный голос Настены. Никаких истерических ноток, паники или чего-то подобного. Молодец, девчонка.
— А Никиту Булочкина сегодня по техническим причинам заменяю я, — всключился Костя. Ну… Не стопроцентно уверенный голос, конечно, но не так плохо, как можно было представить.
— Натаха, давай на низкий старт, — скомандовал я. — Гони своих на исходную, я выкачу Банкина.
Наташа умчалась в гримерку. А я посмотрел на Ларису. Она подрагивала вся от напряжения, лицо чуточку восторженное, чуточку испуганное. Но она держалась, пожалуй что, лучше всех. Не успела приехать, и сразу же в бой. Молодец, девчонка!
Я потрепал ее по плечу ободряюще, подмигнул и подошел к Банкину.
— Му-зы-ка… — протяжно сказал он, мечтательно подняв глаза вверх.
— Ты о чем? — на всякий случай уточнил я. Вдруг в его голове какие-то голоса запели, и нужно будет, в случае чего, перехватывать управление прямо на сцене.
— Слышишь эти крики? — Банкин как будто вернулся в реальный мир и перевел взгляд на меня. Нормальный взгляд, во всяком случае, осмысленный. — А я думал, что никогда больше их не услышу.
Тут я понял, о чем он. О публике. Которая голосила, галдела и бесовалась в зале.
  
— Наш выход, Женя, — сказал я. — Ты готов?
— Я что-то с этой тележкой до конца не разобрался только… Ты не мог бы…
Из гримерки высыпали наташины актеры, и за кулисами тут же стало тесно. Лариса торопливо отскочила, уступая дорогу. Я подхватил инвалидное кресло за ручки, и мы всей гурьбой вывалились на сцену. Публика издала новый вопль пополам с аплодисментами. Прожектора обожгли ярким светом и жаром. Актеры рассыпались по сцене, занимая позиции.