Тайна из ларца

Она успела прийти домой чуть раньше своего компаньона и встретила Маркиза на пороге. На лице у нее была маска трагической скорби.
– Леня, – проговорила она расстроенным голосом. – Я должна с тобой очень серьезно поговорить.
– А это не может подождать? – страдальчески поморщился Маркиз. – Дело в том, что я думаю…
– Вот именно! Ты всегда думаешь, и всегда не о том! Ты должен подумать о здоровье ребенка!
  
– Ребенка? – испуганно переспросил Леня. – Какого ребенка? О ком ты говоришь?
– Как о ком? Разумеется, о Пу И!
– А что с ним не так? По-моему, он очень неплохо себя чувствует! Вон, мои тапочки опять куда-то утащил…
– Как ты можешь говорить о тапочках в такой момент!
– Да что, в конце концов, случилось?
– У меня открылись глаза! Мы преступно относимся к его здоровью! Мы совершенно неправильно его кормим!
– Ну, не знаю… ты ведь сама говорила, что этот корм рекомендовал очень хороший ветеринар.
– Но когда это было! С тех пор прогресс движется вперед семимильными шагами, а мы все еще топчемся на месте, живем представлениями вчерашнего дня!
– И очень неплохо живем… – машинально пробормотал Леня.
– Не говори ерунду! Ты не можешь так думать! Все уважающие себя владельцы собак покупают своим любимцам корм, содержащий этот… как его…
– Ну вот, ты даже не знаешь, чего хочешь!
– Я знаю! Корм для современной собаки непременно должен содержать марципан!
– Ты уверена? – с опаской переспросил Леня. – Ты ничего не путаешь? Именно марципан?
– Это ты вечно все путаешь! – отмахнулась от него Лола. – Сейчас я найду этот журнал…
Она перебрала журналы на этажерке и, вытащив снизу какое-то глянцевое издание, раскрыла его на середине.
– Вот, вот здесь, видишь, написано: корм для современной собаки должен содержать молибден!
– А ты говорила – марципан…
– Не цепляйся к словам! Молибден или марципан – какая разница! – Лола откашлялась и проговорила с пафосом, как будто находилась на сцене:
– У современных собак из-за плохой экологии развивается дефицит молибдена, и это приводит к серьезным заболеваниям вего… вега… вегетативной системы и даже – представляешь себе! – к утрате волосяного покрова! Пу И облысеет – а тебе и дела нет!
– Ну, пока не похоже, чтобы он лысел… – примирительно проговорил Маркиз, почесывая за ухом песика, который явился поприветствовать Маркиза, но тапочки не вернул.
– Когда это произойдет – будет поздно! Гораздо легче предотвратить болезнь, чем вылечить!
– Короче, чего ты от меня хочешь? – Леня понял, что от Лолки сегодня не отвертеться.
– Ты должен съездить в магазин, где продается корм, содержащий этот самый молибден! Это единственный магазин в городе, находится он в переулке Десятого Февраля…
– Что? – переспросил Леня. – Нет такого переулка!
– Да что ты такое говоришь? – Лола снова раскрыла глянцевый журнал. – Вечно ты споришь! Вот же, тут написано черным по желтому – переулок Девятого Января…
– А ты что сказала? – машинально проворчал Леня. – Ты сказала – Десятого…
– Опять ты цепляешься к словам! Какая разница – девятое или десятое…
– Постой! – насторожился Леня. – Как ты сказала? Переулок Девятого Января?
– Ну да!
– А где этот переулок расположен?
– Да где-то на Петроградской стороне…
– Вот оно что! – воскликнул Леня. – Вот в чем дело! Он звонил из этого самого переулка!
– Кто?
– Вербицкий… не сбивай меня с мысли! У тебя есть крупномасштабная карта города?
– Леня, какой ты дикий и отсталый! Ты же не в каменном веке живешь! Любая карта есть в Интернете!
– Да, действительно… – Леня включил компьютер, в то же время рассуждая вслух: – Вербицкий звонил своей секретарше, но не сказал ей ничего стоящего, только спросил, когда у нее день рождения. Притом что он это прекрасно знал…
– А что, у них был роман? – тут же оживилась Лола. – Так может, это она его прикончила – из ревности? Или жена, тоже из ревности? Убили и закопали, а ты будешь его годами искать… ты же знаешь, что для убийства бывают только три причины, и ревность – одна из них…
– Да не было никакого романа! – рассердился Маркиз. – И вообще он не женат! Какой-то неуловимый мужчина, никто про него ничего толком не знает! Секретарша сказала, что он звонил с Петроградской стороны и спрашивал, когда у нее день рождения. Она ему сказала, что девятого января…
– А какого года? – тут же поинтересовалась Лола.
– Да не знаю я! – рассердился Леня. – Ну на вид ей лет сорок… ну, плюс-минус два года…
– Ах вот как… – многозначительно протянула Лола, но Маркиз не обратил ни малейшего внимания на ее тон.
На экране компьютера появилась крупномасштабная карта Петербурга. Маркиз выделил на ней Петроградскую сторону и радостно воскликнул:
– Вот он, переулок Девятого Января! Расположен между улицей Подрезова и Бармалеевой! И отсюда совсем близко до Петропавловской крепости!
– Бармалеева улица? – удивленно переспросила Лола. – Она что, названа в честь разбойника Бармалея?
– Да нет, Лолка, наоборот, Корней Чуковский назвал своего разбойника Бармалеем, когда увидел название этой улицы. А Бармалеева улица там была задолго до того. Там и не такие названия есть – Полозова, Подрезова, Подковырова…
– По-моему, ты меня разыгрываешь! – Лола покачала головой. – И вообще, что это тебя так заинтересовали улицы Петроградской стороны? Ты что, хочешь переквалифицироваться в экскурсоводы? Что, наши дела настолько плохи?
– Лолка, дело в том, что Олег Вербицкий, которого нам нужно найти, в последний день, когда выходил на связь, звонил своей секретарше Виктории Андреевне с Петроградской стороны, она это поняла по выстрелу пушки. Ну, знаешь, той самой, которая стреляет каждый день в полдень. И он спросил, когда у нее день рождения. А день рождения у нее как раз девятого января. И Вербицкий это точно знал, потому что всегда поздравлял ее.
– Ты это уже говорил… – пробормотала Лола, и тут глаза ее буквально вылезли из орбит.
Но Леня смотрел в это время на карту, так что ничего не заметил и продолжал:
– Выходит, он специально задал этот вопрос, чтобы оставить зашифрованное сообщение. А именно, сообщить, где он находится… Что такое, что ты так вылупилась?
Лола попыталась что-то сказать, но не смогла, только открыла широко рот. Зато глаза вернулись на прежнее место.
– Ну вот, – с досадой бросил Леня, – теперь другая беда. Закрой рот, ворона влетит!
Его грубость можно было объяснить только крайним возбуждением. В самом деле, он наконец-то напал на какой-то след, а эта тетеха Лолка вздумала тут выпендриваться! К его чести, Маркиз сумел обуздать едва не сорвавшееся с языка неприличное слово, взял себя в руки и спросил как можно ласковее:
– Лола, что случилось? Тебе плохо?
Лола захлопнула рот и с трудом сглотнула.
– Ну вот! – обрадовался Леня. – Теперь к делу!
– Что? – выдохнула Лола. – Что ты сказал?
– Я сказал: дел много, некогда с тобой возиться! – рявкнул потерявший терпение Маркиз.
– Нет, до этого, как ты ее назвал?
– Ну… Виктория Андреевна… а что? – тут Леня все понял и втянул голову в плечи, потому что сообразил, что сейчас налетит на него небольшой такой тайфунчик с женским именем Лола.
Лола не торопилась. Куда спешить, когда этот ужасный тип сидит перед ней с повинной головой, и она может сделать с ним все, что захочет. Нет, Лола будет все делать медленно, как говорит ее черноморская тетя Каля, – с чувством, с толком, с расстановкой.
Лола сложила руки на груди, как Наполеон перед битвой и отошла в сторону. Не потому, что боялась Леньки, этого растленного типа, а потому что ей хотелось поглядеть на него издали. Вид у Леньки был побитый, так что Лола от души насладилась этим зрелищем.
  
– Значит, вот как, – начала она, – значит, эта самая баба заморочила тебе голову насчет несуществующего камня, так? Отвечай, когда тебя спрашивают!