Какао, Клаусы и контракты (ЛП)

— Я не разрушаю чужие отношения, — слова вырвались торопливо, унижение жгло сильнее жара. — Боже, это такой пиздец. Я — сплошной пиздец. Мне нужно уйти, мне нужно...
— Сильви, стоп.
Голос Таймура разрезал мою панику — твёрдый, но не жестокий, с такой глубинной вибрацией, что я замерла на месте.
— Ты не разлучница.
— Но вы же...
— Связанные партнёры, да, — подтвердил он, медленно приближаясь ко мне, как к напуганному зверю. Что… справедливо. — Уже много лет.
  
Когда он подошёл ближе, его запах окутал меня — дикие тундровые цветы и влажная земля после дождя, смешанные с пряной гвоздикой. Тот же запах, что был в постели Кэная. Чёрт возьми.
— Тогда почему Кэнай... — я беспомощно махнула рукой в сторону комнаты, где мы только что занимались очень громким и, судя по всему, магическим сексом.
— Потому что у оленей-оборотней другие модели отношений, чем у людей, — тихо сказал Кэнай, встав рядом с Таймуром. — Большинство человеческих отношений — это пары. Наши… не всегда такие. Особенно когда появляется омега.
— Мы стадные существа, Сильви, — пояснил Таймур. — Наши связи отражают это. Союз двух альф — не редкость, но он не предполагает исключительности. Это основа, способная принять омегу — и других партнёров, если это правильно.
— Других партнёров, — слабо повторила я.
Кэнай осторожно шагнул ко мне.
— Когда я был с тобой, я не предавал Таймура. Я… приглашал тебя в то, что у нас уже есть. Если ты этого хочешь. Если ты... — он тяжело сглотнул. — Если ты не убежишь от нас.
Ноги у меня задрожали.
— Потому что вы хотите, чтобы я стала вашей парой?
Кэнай подошёл и взял меня за руку.
— Это не вопрос желания, Сильви. С того момента, как я встретил тебя, твоя душа позвала мою.
Он притянул меня к себе, и я тут же уткнулась носом в его шею, вдыхая его запах — свежий, успокаивающий.
— Чем я пахну для тебя?
— Домом, — слова вырвались прежде, чем я успела их остановить, и грудь Кэная отозвалась низким, довольным урчанием.
— Потому что твоя душа уже знает правду — что ей суждено быть связанной с моей. С Т...
Я вырвалась из его объятий.
— Мне нужно сесть, — слабо сказала я.
  
Глава 10
 
Кэнай подвёл меня к огромному креслу у камина, а Таймур исчез на кухне и вскоре вернулся со стаканом воды, который я с благодарностью приняла. Руки у меня всё ещё дрожали.
— Это… слишком много сразу, — призналась я, сделав глоток. — Я имею в виду, я просто… мы просто… а теперь ты говоришь, что хочешь быть со мной?
— Сильви, как я уже сказал, дело не в желании.
Я посмотрела ему в глаза — и не увидела там лжи. Господи, да я и с обычными отношениями не справляюсь. Как я вообще должна разобраться с этим?
Похоже, Таймур и Кэнай заметили панику в моём взгляде — они переглянулись.
— Возможно, — осторожно сказал Таймур, — мне стоит дать тебе немного пространства. Это слишком много и слишком быстро.
— Тай… — начал Кэнай.
— Нет, он прав, — я подтянула плед себе на колени. — Мне нужно подумать. Мне нужно… — новая волна жара прокатилась по телу, перехватывая дыхание. — Ладно, может, сейчас я и не могу думать, но мне нужно… я не знаю, что мне нужно.
Таймур сжал плечо Кэная.
— Я проверю периметр, нужно убедиться, что здесь безопасно. Не спешите. — Он посмотрел на меня своими тёмными, знающими глазами. — Если это хоть что-то значит, Сильви — ты не разрушительница чужих отношений. Ты именно там, где должна быть.
И он ушёл, оставив меня наедине с Кэнаем и потрескивающим огнём.
Тишина между нами тянулась, нарушаемая лишь треском и шипением пламени. Я поджала ноги под себя, пытаясь собрать мысли в кучу.
— Прости, — наконец сказал Кэнай. — Мне следовало всё объяснить раньше, до того как мы…
— Я не оставила тебе особого выбора.
Он вздрогнул.
— Ты никогда раньше не переживала течку. Ты человек — тебе вообще не должно было с этим сталкиваться. Я не виню тебя за то, что ты немного вышла из-под контроля.
Я не смогла сдержать слёзы. Так вот каково это — течка? Как будто овуляция и месячные происходят одновременно, да ещё и в аду. Почему я не могу перестать плакать?
— Контроль — это всё, что у меня когда-либо было, — прошептала я. — Делать так, чтобы всё вокруг было правильно. Но с тех пор как я встретила тебя, всё вышло из-под контроля.
Кэнай опустился передо мной на колени и мягко вытер слёзы, обхватив моё лицо большими пальцами.
— Да. Я знаю, это должно быть ошеломляюще, — он улыбнулся той самой улыбкой, от которой я таяла ещё сильнее. — Но ты не одна. Я тоже никогда не испытывал такого влечения к человеку, и всё в вашем виде сбивает меня с толку.
Его глаза загорелись, улыбка стала кривой — он явно пытался меня развеселить.
Почти получилось.
— Так ты считаешь… то, что произошло — это хорошо?
Его улыбка сменилась хмурым выражением.
— Я никогда не хотел, чтобы это случилось с тобой. Чтобы тебе было больно или ты подверглась опасности. Но я не могу отрицать, что это вынудило меня действовать так, как я, возможно, колебался бы раньше. И у меня нет сожалений о том, что произошло между нами. О том, что я чувствую.
— Как ты можешь говорить это так легко? Ты же почти меня не знаешь.
Кэнай долго молчал, затем опустил голову, и его рога поймали отблеск огня.
— Я должен быть честен с тобой, Сильви. Я… изучал тебя ещё до того, как мы встретились.
Он поднял на меня такие большие, печальные глаза, что у меня даже не осталось сил разозлиться.
— Это не то, что ты думаешь. Боги, всё, что я рассказал тебе сегодня, наверняка заставляет тебя думать… но правда в том, что дело было только в твоей профессии. Пожалуйста, выслушай меня.
Я плотнее закуталась в плед, но кивнула.
— Думаю, ты уже поняла, с какими трудностями мы сталкиваемся. Мы пытаемся добиться лучших условий работы на Северном полюсе. Но правда в том, что эта борьба длится десятилетиями, и мы так и не продвинулись вперёд. В магическом мире нет никого, кто был бы готов пойти против Северного полюса. Они слишком могущественны — самая крупная и влиятельная магическая структура из всех существующих.
Кэнай резко фыркнул.
— Старый Йольнир всегда был хитрой сволочью. И он понял, что, чтобы сохранить своё магическое превосходство в меняющемся мире, ему нужно встроиться в человеческий. Люди — источник всей магии, даже если сами не могут ею пользоваться. Их эмоции, их чувства, их… — Кэнай на мгновение замолчал. — Их способность любить так глубоко. Именно это питает магию. А ты и сама знаешь: Рождество — это время, переполненное самыми разными эмоциями. Он подпитывает их своим мифом — и тем самым контролирует поток большей части магии.
— То есть он злодей, — сказала я. Это был не вопрос.
— Он бизнесмен.
— Я именно это и сказала. — Я рискнула подарить Кэнаю слабую улыбку. — Эксплуатация, замаскированная под необходимость и традицию, — пробормотала я, и мой юридический мозг наконец-то начал включаться. — Никогда бы не подумала, что Санта — это Джефф Безос от праздников.
— Именно. — Его глаза загорелись. — Потому что как ты будешь организовываться против самого Рождества? Против магической сущности, которая буквально делает праздник возможным?
Он осторожно уложил голову мне на колени, следя, чтобы не зацепиться рогами. Моя рука сама собой начала гладить его мягкие волосы. Это ощущалось так естественно — быть рядом, касаться его. Будто мы делали это уже тысячу раз.
— Мы были в отчаянии, и… ну, отчаянные времена требуют отчаянных мер. Если никто в нашем мире не был готов пойти против него, я решил, что, возможно, кто-то из человеческого мира сможет. Я начал искать юристов, которые могли бы нам помочь. А потом нашёл тебя — точнее, твою юридическую практику, твою репутацию человека, который берётся за безнадёжные дела и выигрывает. Я следил за твоей карьерой несколько месяцев.