Царь зверей. Том 1 (СИ)

Если кто-то раз-за разом убивает более сильных противников, значит он лишь притворяется слабым. Решив так, девушка безропотно приняла для себя условие что я заслуживаю звание равного, и хоть ей это категорически не нравилось, она была согласна мириться с таким положением вещей, по крайней мере пока мы не доберемся до верных её роду даосов.
— О Небо. Ты ещё с этой крысой поцелуйся. — сунув мне деревянный стакан с колодезной водой и пару фруктов, девушка вернулась к разбору добычи.
— Надеюсь мне не придется оживлять её как тебя. — усмехнувшись сказал я, и Ами непроизвольно дернулась, а следующий предмет в её руках попал совсем в другую кучку. Мне это было практически безразлично, а потому я занялся питомцем, выжав сок из ягоды похожей на сливу, и смешав мякоть с водой, превратив в кашицу. Крыс только приходил в себя, но и мне было не слишком хорошо.
Пребывание рядом с сердцем аномалии покрыло все мои внутренние органы толстым слоем шрамов, мешая их работе, обмену веществ и общему самочувствию, но постепенно рубцовая ткань рассасывалась и левый глаз уже стал видеть почти так же четко как правый. Ещё недельку отлежаться, и я вернусь в «норму».
Воспоминания, так внезапно накатившие на меня в аномалии, тоже постепенно стирались, становясь блеклыми. И это хорошо, ведь в первые часы я вздрагивал не понимая, где реальность, а где… апокалипсис. Перед глазами вновь предстал город в огне, по которому носились демонические твари и их обезумевшие хозяева.
Может ли быть такое что мой мир проиграл не даосам а демонам? Пусть восходящие и высокомерные уроды, готовые ради возвышения продать собственную мать и убить отца, но они всё же соблюдают какое-то подобие нормальной жизни. По крайней мере всё, что я видел до этого, говорило об этом.
Так может…
Я покачал головой, усмехнувшись собственным мыслям.
Убей демона, сожги сектанта, превзойди даоса. Они не заслуживают того, чтобы относится к ним как к людям. Даже Ами, обязанная мне жизнью, пересиливает себя, пытаясь вести себя нормально по отношению к слабому и беспомощному. А пока я с трудом мог даже передвигаться.
— Вот, выбирай! — неожиданно довольно проговорила девушка, показав на стол перед собой. Там лежало две кучки, одна из которых была явно больше другой. С правой стороны лежали почти все духовные монеты, какие-то травы, оружие, чуть светящиеся камни. С левой стороны лежало несколько тряпочек, наконечник копья, горстка монет…
— Ты не думаешь, что выбор немного неравнозначен? — спросил я у девушки, которая пыталась держать себя в руках.
— Пусть решит Небо! — вместо ответа сказала девушка, и я рассмеялся, покачав головой.
— Интересно, кого ты пытаешься обмануть. Меня, себя или так часто упоминаемое тобой небо. — спросил я, заставив девушку вздрогнуть и по-новому посмотреть на лежащие перед ней кучки. — Ладно, пусть будет, по-твоему, я возьму левую. А остальное пусть останется на совести делящего.
— Ты точно ничего не помнишь? — закусив губу спросила девушка, и, когда я кивнул, тяжело вздохнула, подняв двумя пальцами тряпочку, оказавшуюся мешочком. — Это пространственный кисет демонов, который дороже всех монет, что лежат в правой куче. Да что там, он ценнее вообще всего, что тут лежит.
— Значит ты хотела, чтобы я выбрал там, где больше? — улыбнувшись спросил я.
— Я оставила это Небу. — нахмурившись пробормотала девушка. — Так или иначе — это артефакт, слабый и небольшой, но ты бы не смог его носить долго, без последствий для себя. Он питается твоей силой. Поэтому я и положила в эту кучку несколько монет которыми он может питаться.
— Или потому, что отдай мне остальные монеты ты бы до города не дотянула. — парировал я, и девушка вновь скривилась. — Похоже я угадал, ну да ладно, рассказывай дальше, ни за что не поверю, что нет какого-то подвоха.
— Он есть. — легко согласилась Ами. — Нам повезло, что он сделан из материалов первого пояса и не выжигает всё вокруг. Пока кисет не привязан к тебе, его может открывать кто угодно. Так что он скорее приманка для воров и бандитов, что захотят забрать такую ценность у слабака.
 
— И как же они её увидят? Особенно если я буду носить его где-нибудь под мышкой, рядом с другими кошельками? — уточнил я, принимая от девушки кошель. От него неприятно покалывало пальцы, но ощущение прошло, стоило закинуть внутрь несколько монет. А когда я засунул внутрь руку, чтобы достать монеты, понял, что у меня не выходит. — Не понял. Я же только что их…
— Привязка. — повторила довольно девушка. — Пока артефакт не считает тебя владельцем, его нужно подпитывать своей силой, а ещё лучше — сходить к артефактору и осуществить нормальную привязку. Парой капель крови тут не отделаешься.
С этими словами девушка забрала у меня из рук кошель. На несколько секунд прикрыла глаза, а затем сунула в узкое горлышко меч. Ножны, в несколько раз больше кошелька, исчезли внутри, будто и не было. Затем туда же отправилось копье, и вся груда вещей. В конце, с улыбкой, Ами протянула кошелек мне.
— Вот. Не тащить же всё в рюкзаке, когда есть кисет? — довольная своей идеей проговорила девушка, на что я лишь покачал головой. — Что опять не так?
— Представь, что два путника идут с пустыми руками, без заплечных мешков, без котомок. Или узлов за спиной. — проговорил я, показывая руками примерные размеры. — У тебя не возникнет естественный вопрос куда они все вещи дели?
— Может они из пригорода идут? — нахмурившись проговорила девушка, не желающая признавать, что не думала об этом.
— И стража и карманники всех примелькавшихся знают в лицо, так что сойти за своих не выйдет. — заметил я. — Но ты можешь об этом не беспокоиться, тащить что-то тяжелое на себе не нужно, можно сумку набить тряпками.
— Да какая разница, что о нас подумает стража? Наоборот, чем быстрее нас пропустят во дворец. — девушка запнулась под моим насмешливым взглядом, и быстро отвернувшись засовывать чужую одежду в мешок. — Не говори ничего, я сама поняла.
— Это хорошо. Жаль, что без намеков не обошлось. — ответил я, переложив заснувшего, но все ещё вздрагивающего хомяка на чистую тряпицу. Организм зверька совсем пошел в разлад, отвык действовать самостоятельно, но быстро приходил в норму. По крайней мере его уже перестало рвать. В принципе я был готов к такой реакции, хоть она и не доставляла мне удовольствия.
— Что ты будешь делать если он просто сдохнет? — спросила девушка, указав глазами на хомяка под моей ладонью.
— Похороню его, закопав в нормальную земле. — пожав плечами ответил я. — Иногда стоит подарить существу хоть секунду свободы, после тысячелетий заточения. Но не думаю, что он умрет скоро. Или вообще умрет. После всего произошедшего я бы жадно хватал каждый вздох, наслаждаясь вкусами и запахами.
— Что-то по нему не особенно похоже, что он радуется, скорее испускает дух. — скептически заметила Ами.
— А это уже не твоя проблема. — ответил я, погладив мыша между ушами и тот тихонько пискнул во сне.
Для того чтобы отлежаться, мне потребовалось три дня. Тут скорее дело было даже не в повреждениях, а в рубцах и шрамах. Они разглаживались, становилось легче дышать, двигаться, просто — жить. Но проще не значит лучше. Я чувствовал, как все успехи которых я начал достигать, улетучиваются.
Нормальное состояние для моего тела — абсолютно здоровый задохлик, без разума, висящий в хирургической жидкости и всегда готовый к извлечению из себя донорских органов, чтобы вырастить новые. Даже интересно, если отрезать голову, но при этом подавать питательное вещество, вырастет голова из тела, или тело из головы? Или всё же ничего не вырастет? Проверять как-то не тянет.
— А твой зверек оживился. — заметила девушка, давно уже желавшая отправится в путь, искала любой повод, чтобы напомнить об этом. Но хомяку и в самом деле стало полегче. Он уже начал ползать, с удовольствием жевал семечки и фрукты, но я пока опасался давать ему много. Зато стало понятно, что животинка очень умная, и её даже дрессировать не надо. Модификации для управления подземным комплексом сказывались. А может просто очень долгая жизнь, которую он начал жить заново.