Шелковый рай (СИ)
От страха за чужую жизнь фраза прозвучала так, словно у меня ничего не болит. Кьелл усмехнулся:
— Теперь это… не важно… я мечтал… стать твоим… но понимаю… мне нет места… в твоей жизни…
Резко отвернулся в сторону Кристиан. Но я успела заметить жалость на его лице. В поле зрения появились Мирайя и Лежиная. Первая смотрела хмуро. Вторая — с настороженным любопытством. Словно кумушка-сплетница, а не член Совета.
Решение созрело внезапно. Я дотянулась и взяла в свои руки холодеющую ладонь Кьелла:
— Я, Энжелин Дэвис эр Дори, беру тебя, Кьелл, своим третьим мужем в присутствии членов Совета и других свидетелей. Как и положено законом Эренсии.
В голубых глазах парня вспыхнуло радостное недоверие. А потом на обескровленных, почти прозрачных губах расцвела самая настоящая улыбка счастья:
— Моя госпожа… я весь твой…
Кьелл не смог закончить фразу. Внезапно его тело сотряс жуткий кашель. На губах выступила алая пена. А потом сведенное судорогой тело дернулось и застыло. Только голубые глаза невидяще смотрели в небо.
Долгое звенящее мгновение над нами висела ничем не прерываемая тишина. А потом меня осторожно обняли руки Марка:
— Ты молодец, Лина, все правильно сделала. Он мечтал стать твоим мужем, зная, что этого никогда не будет, и надеялся хотя бы попасть к тебе в гарем. Ты осуществила его самую заветную мечту. Кьелл умер счастливым.
Хмыкнула и присела рядом Мирайя. Осторожно закрыла навеки ослепшие голубые глаза.
— Нда… Наворотили дел твои соотечественники.
Я сморгнула с глаз набежавшую влагу. Душу разрывало на части от боли.
— Жалеешь, что я вообще прилетела на Эренсию?
Мирайя скривилась:
— Не говори ерунды! Это же не ты уничтожила целый род, не ты наворотила бед на планете. Дать бы тебе подзатыльник, чтобы думала в следующий раз, что болтаешь, да ты его попросту не выдержишь. — Мирайя вздохнула. — Мда… Прости, Лина, но женщину я в любом случае не отпущу. За все, что она натворила, ей дорога одна — в каменоломни. Отрабатывать ущерб, что она причинила планете.
Я осторожно пожала плечами:
— Хоть обоих на ремни порежь и на тросы пусти. Мне все равно.
Мирайя снова вздохнула:
— Обоих не выйдет. Мужчина, по сути, чист. Я могу его помариновать за попытку убийства, но, когда правительство Земли потребует его выдать, мне придется его отдать. Аргументировать каторгу нечем. Максимум, могу выставить протест.
Я скривилась:
— Да кто его там будет искать! У него же ума хватило улететь с Земли тайком ото всех. Да и родственников, как я понимаю, там не осталось. Дядя мертв, мать тут, рядом с ним. Так что можешь пускать его на ремни.
— Хмм… — Мирайя задумчиво потерла подбородок.
В этот момент подоспели медики. Разговор пришлось прервать. Меня, наскоро осмотрев на предмет ран, сунули в какое-то пыточное приспособление и споро потащили в медицинский мобиль. Марк снова забрал мой комм и связался с Алиарной. Кристиан просто шел рядом со мной. И тут завопила Лежиная:
— Стойте! Пару секунд, пожалуйста! Я кое-что спрошу у Энжелин!
Все замерли. Какой бы вздорной не была толстуха, но она являлась действующим членом Совета. От такой просто так не отмахнешься.
Лежиная торопливо приблизилась ко мне и пытливо заглянула мне в лицо:
— Лина, я правильно поняла, что этого парня никто на Земле искать не будет?
Я пожала плечами:
— Даже если и будут, то точно не тут. Он же шифровался, чтобы никто не узнал и не догадался, что он отправился на Эренсию добывать себе богатство. Жаль, что его никак нельзя наказать за всю его дурость.
Лежиная хищно усмехнулась в ответ на мои слова:
— Можно. Я правильно понимаю, что он— твой бывший жених?
Я кивнула, не понимая куда клонит толстуха.
— Подари мне его!
Ее глаза блеснули жутким, фанатичным блеском. Меня передернуло. Я открыла рот возразить, что Дин мне не принадлежит, чтобы его дарить. И закрыла. Что-то внутри меня противилось такому ответу. Что-то требовало отмщения. За смерть Кьелла, так и не увидевшего в жизни счастья. За мою разрушенную судьбу. За весь тот ужас, что я пережила по милости этой криминальной семейки. И я решилась:
— Забирай. Но обещай, что жизнь у него будет не лучше, чем на каторге!
Лежиная расплылась в отвратительной улыбке и проворковала:
— О! Спасибо! Не думала, что ты так легко согласишься. Признаться, готова была даже доплатить. И не волнуйся, мало ему не покажется. Я ему устрою каторгу! Сексуальную.
Эпилог
Год спустя…
— Лина!!! — От неожиданности я едва не выронила кронштейн с комплектами белья для первой части показа. — Ты что делаешь?! Тебе же нельзя! Дай, я сам!
Невольно я закатила глаза и огрызнулась:
— Марк, я беременная, а не больная! Килограмм веса мне никак не повредит! Прекрати кудахтать надо мной, пока я не разозлилась!
— А если я не буду кудахтать, как ты выражаешься, то ты угробишь и ребенка, и себя! — Марк выдернул у меня из рук злосчастный контейнер. — Куда ты его хочешь пристроить?
Я скривилась:
— Да никуда. Просто хочу поменять местами, потому что какой-то идиот вывесил наперед те комплекты, что пойдут в последнем, третьем отделении шоу.
Марк аккуратно поменял местами кронштейны и еще раз сверился с планом. Теперь все было на месте. Я огляделась. Все было вроде бы готово. Скоро должны появиться манекенщицы, и огромный маховик под названием «Открытие горнолыжного курорта» придет в движение.
Мы с Сашером затеяли грандиозное, невиданное по нашим временам шоу: к открытию курорта на Сагурии были приурочены выступления самых известных артистов, световые и звуковые шоу, показы новейших, премьерных кинолент, бесплатные часы на трассах и многое другое. Но изюминкой обещал стать модный показ. Я сегодня запускала новую линейку белья из редкого эренсийского шелка.
Давным-давно демонстрация новых моделей одежды осуществлялась при помощи голограмм. Те кутюрье, которые хотели выделиться, выпускали на подиум дроидов. Я же решила по старинке продемонстрировать новую коллекцию белья из эренсийского шелка на настоящих, живых манекенщицах.
— Лина, а ты уверена, что это хорошая идея?
Марк был бледен до синевы. Но глаза его горели угольями от нервного возбуждения. За последний месяц он похудел до состояния «скелет обыкновенный», но повлиять на него могла только я. К сожалению, я работала, как одержимая с ним на пару. Пока не приходил Кристиан и не отбирал у меня терминал.
Удивляться нашему помешательству не приходилось. Для меня было важно основательно и солидно представить общественности новые модели белья потому, что успех этой линейки обещал сделать из «Шелкового рая» гиганта межпланетного рынка, и поставить нас вне конкуренции над всеми остальными производителями. Потому что только мы могли дать общественности невесомые, изящные, дышавшие и в тоже время по-королевски роскошные предметы, могущие любую, даже самую обычную женщину, превратить в богиню и само средоточие соблазна и шарма.
Помещение постепенно заполнялось манекенщицами и обслуживающим показ персоналом. Девушки с опаской косились в мою сторону, зная, что я являюсь владелицей бренда. И заинтересованно стреляли глазками в сторону Марка.
Мне сложно было обвинять их в интересе к ухоженному длинноволосому блондину с сосредоточенным взглядом серо-зеленых глаз. Но собственнический червячок меня все равно грыз, нашептывая в ухо: «Это только твое!» И только я знала, что Марк на грани паники. Для остальных он внешне был собран, спокоен и деловит.
— Лина, мне кажется, мы зря в первых рядах выпускаем пеньюары. Я думаю…
Я перехватила его ледяные ладони и, никого не стесняясь, закрыла мужу рот поцелуем. Марк дрогнул. А я отстранилась с усмешкой и посоветовала:
— Выдохни и подумай, что интереснее: медленно раздевать женщину или так же медленно одевать?
Марк на мгновение подвис, а потом усмехнулся: