Знаменосец забытого бога (СИ)

Десятый отряд, когда Тимур пришёл их искать в третий корпус, нашелся на улице неподалёку. Очень шумная организационная часть проходила на спортивном городке, полном всяких лесенок-лазилок. Пионеры частично видели, частично висели, что не мешало им генерировать звуки высокой тональности и интенсивности. Один из пацанов явно пародировал летучих мышей, поскольку висел вниз головой. А может, он и ультразвук издавал, просто ухо Тимура не воспринимало этот диапазон. Различить человеческую осмысленную речь без подготовки было сложно, у Чиркова такой подготовки не имелось. В отличие от Веры Ивановны, которая что-то разбирала в этом гвалте, во всяком случае она им отвечала. Хотя с котами тоже разговаривают, или хозяева своих питомцев тоже понимают?
  
Кое-как Тимур разобрался с темой бардака, оказалось, что идёт обсуждение названия отряда, к которому должен прилагаться еще и девиз. Приличное, но не избитое, озорное, но чтоб не забанили в чате, запоминающееся и крутое название, а к нему короткий ёмкий содержательный смешной угарный запоминающийся девиз. Тимур ничего не упустил в списке требований?
Вера Ивановна почти не влезала в обсуждение, у неё была заготовка названия отряда и девиза, но их время еще не наступило. Пускай дети помучаются, поймут, что всё не так просто, тем легче им будет принять предложенное воспитателем как своё. Она была опытным педагогом. А потом кандидат в вожатые сказал своё слово:
— Народ, тихо все!
— Ой, а кто это!
— Дети, знакомьтесь, это ваш вожатый Тимур.
— А мы его команда?
— Чур я хулиган Квакин!
— Рты закрыли, сказал! — Детишки офигели и от неожиданности закрыли рты.
— Предлагаю название отряда: разведчики. Вот теперь можно высказываться!
— Да! Фигня какая-то! Здорово, будем разведчиками! — Крики снова включили на максимальную громкость.
— А девиз какой? Девиз нужен! — В этот раз кричать не потребовалось, Тимур просто поднял руку ладонью вперед, и все заткнулись.
— Враг в лесу нас видит редко, потому что мы разведка!
Еще пять минут криков и обсуждений закончились принятием предложенного варианта. Разведчиками в итоге захотели быть все, даже девочки. А речовка показалась достаточно простой и запоминающейся. Такую в самый раз орать на построении перед флагом лагеря.
Вопросов по личности вожатого не возникло, какого поставили, такой и пускай, взрослым виднее. И вообще, рослый и уверенный в себе парень в светлой рубашке и темных брюках с комсомольским значком и пионерским галстуком у детей никак не выбивался из образа вожатого. А то, что он может прикрикнуть или заставить всех замолчать одним жестом — так комсомолец же, вожатых такому учат. Воспитательнице даже стало интересно, где такому учат. А еще она вспомнила слова Тимура про дрессировку. В самом деле было похоже, что он привык общаться с крупными собаками служебных пород, отсюда и привычка повелевать. А как еще объяснить тот пассаж? И с девизом вышло здорово, с ходу подключился, сразу дал нормальный вариант. Может, в самом деле от него будет польза? В любом случае тащить отряд на себе двадцать четыре часа в сутки слишком тяжело.
Тимур прикидывал свои обязанности на завтра: умывание на нём, выгонять на зарядку ребятню ему, гонять, чтоб заправили постели и навели порядок в палатах — всё к нему. Короче, вечный сержант дежурный по роте, если память не изменяет с кем-нибудь. А ведь это мысль, просто отыгрывать сержанта, благо в своей жизни он сталкивался коротенько с такой породой людей. Три месяца сборов, проживание в казарме, «замком» учебного взвода тогда поставили парня из их числа, но он был отслуживший два года сержант запаса. Давно это было, но кое-что в памяти осталось.
А еще были закидоны командира пейнтбольной команды. Выслуживший положенное вояка в офисе был незаметен, а на полигоне преображался. Он держал всю команду в слегка приподнятом настроении, не перегибая палку, но при этом давая прочихаться гражданским салабонам, даже тем, у кого погоны в военнике нарисованы. Кстати, команда неплохо выступала, некоторых противников буквально рвали на британский флаг, особенно коллег-конкурентов по бизнесу.
Если изображать этих двух персонажей и строить детишек как салаг в учебке, то всё получится, решил для себя Тимур. И еще — можно же не просто их «строить», можно давать кое-какие азы военной подготовки. Дилетантство, мелочь, но на фоне курса начальной военной подготовки и игры в кастрированную «Зарницу» и такое станет шоком. Детям что надо? Чтоб эффект новизны, чтоб относились как ко взрослым, чтоб авторитарный стиль и ништяки изредка. С последним пока мыслей нет, но время такое, что даже поляна с ягодами будет расценена как маленькое чудо. А земляничную поляну они вместе найдут, лишь бы не потеряться в процессе. «Стравберри филдс форева!»
На вечернем построении, первом построении лагерной смены дети смотрели на своих сверстников из других отрядов не как на отдельных людей, а как на группы-конкуренты. Все знали, что непременно будет соревнование за право поднять флаг, будут спортивные состязания и конкурсы, еще что-то. Соревновательный дух в советском обществе впитывается если не с молоком матери, то точно с кашей и киселем в детском саду. Кто избёг детсада, тот нахватался его в младших классах. Докажи, что твой класс самый лучший, самый дружный, самый умный или ещё какой-нибудь самый!
Вот и сейчас шло необъявленное соревнование между отрядами по чёткости занятия своего места на линейке, лихости рапортов председателей отрядов, слаженности первых выкриков отрядного девиза. Первый отряд, самый старший, самый пофигистичный и даже немного циничный в своем понимании обстановки не волновался абсолютно. Им было плевать, какое они займут место в чём угодно. Они самые старшие, самые сильные, самые умные, кто бы что не решил при подведении итогов. У них на вечерней линейке был другой интерес — разглядеть, в какой отряд попал их бывший товарищ, борзый и резкий как понос, Тимур.
— Да где он, не вижу! — Шипел кто-то из второго ряда. — Пацаны, кто-то видит?
— В десятом отряде точно нет!
— Да вы дураки что ли, кто его в десятый засунет, там мелочь одна!
— А где тогда?
— Кажись, вон он!
— Где⁈
— Точно он! В сторонке стоит, вместе с вожатыми.
— А чего Тимур там делает?
— Сказали же тебе, стоит.
— Да нет! Чего он с вожатыми стоит?
— Падлой буду, его отчислили. Стоит, чтоб не потерялся, пока машина за ним не придёт, будет тут под надзором ходить. А потом его под конвоем в Москву отправят. Я такое видел в прошлом году в одном лагере.
— Да. повезло пацанчику!
— Повезло? Он сам всё для этого сделал, это не везение, а точный расчёт.
— Да чего повезло-то? Чего там делать, в пустой Москве, когда все по лагерям разъехались?
— А иностранцы чо, не люди? Он теперь шмоток импортных нафарцует, жевачку будет ходить выпрашивать, её потом тоже можно хорошо толкнуть. В Москве сейчас самое раздолье для таких продуманных.
Тимур, стоя в сторонке среди вожатых и воспитателей, внезапно поймал себя на том, что ждет, когда очередь дойдет до его отряда, что немного волнуется. Как выступят ЕГО ребята? Хотя, чего там выступать — прокричали и всё. И насчет его ребят — они не его дети, а просто его подопечные. А даже если и облажаются, ничего же страшного не произойдет, так что нет повода для волнения. Когда кричалку исполнил десятый отряд, он не удержался и сказал вслух: «Мои молодцы!» Реально получилось получше, чем у многих.
— Ты у десятого отряда вожатый? Первый раз?
— А что, так заметно?
— Ага. Да тушуйся, это нормально. У всех был первый раз, все боялись облажаться. Тамара. — И стоящая рядом вожатая подала руку.
  
— Тимур. — Он аккуратно пожал протянутую девичью ладошку.
— Меня Коль Колич сватал на десятый, я еле отбился. — Неожиданно начал выдавать расклад крупный парень. — Смотрю, он нашёл смертника.
— Почему смертника, нормальные же ребята.
— Кто, пятые классы? А, ты ж первоход. Самые отъявленные нарушители всегда в этом возрасте. Самые неуёмные, непослушные, шило в заду — это всё они. Взрослых слушать не хотят, а своего ума еще не нажили, вот и приключаются всегда с ними истории. Дети вырастают, а десятый отряд всегда в одной поре. Я не про номер отряда, я про возраст.