Истинная из другого мира (СИ)

Ещё мучило осознание того, что лес находился на территории эльфов. Неужели всё-таки Террион был не другом, а врагом? Что я вообще, собственно, о нем знала? Кроме исторических записей и хвалебных од папеньки и прислуги, пожалуй, ничего дельного.
На следующий день я отправилась к Лилианне. Как раз шла по коридору к её комнате, когда впереди открылся портал, и оттуда вышел серьезный и хмурый Правитель. Я сбилась с шага и в первое мгновение подумала, что чем-то огорчила его.
Он подошёл ближе, оглянулся по сторонам и сказал:
— У меня всего пять минут, — с этими словами Артурион взял меня на руки и понёс к ближайшей колонне.
Он спрятал меня за ней, поставив на ноги. Я оказалась прижата спиной к холодному мрамору. Его Величество навис надо мной, убрав прядь волос за ушко, наклонился и поцеловал. Так чувственно и страстно, прикусывая и посасывая мои губы. Отвечая, я старалась показать, как соскучилась по нему не меньше. Всё-таки реальные поцелуи и ментальные, что были во сне, — были абсолютно разными. Когда он оторвался от моих губ, я разочарованно застонала. Мне было мало. По его глазам было видно, что ему тоже не хватало близости. Это как маленький глоток воды, когда тебя мучает дикая жажда.
— Мне, правда, надо идти. Видела бы ты, как я покинул собрание Совета, — он лукаво улыбнулся. — Дамир, конечно, прикроет, но там действительно важный вопрос.
Я кивнула, а сама не могла от него взгляд оторвать. Глаза его горели, волосы я ему снова хорошенько растрепала, и теперь выглядел он умильно. По его виду было очень даже понятно, чем он сейчас занимался.
Артурион открыл портал за своей спиной и, продолжая смотреть на меня, сделал шаг назад. А я стояла и пыталась вспомнить, куда шла… Зачем… В какую сторону…
  
Выхода нет…
 
Лилианна перенесла нас на дикий пляж у озера, мы загорали и купались в свое удовольствие. Она была задумчива и неразговорчива, я тоже окунулась в свои мысли. Вроде были вместе, но при этом очень далеко друг от друга.
— Лили, а возможно ли расторгнуть договор, заключенный на крови? — задала я давно волнующий меня вопрос.
— Ты как маленькая, Лиз. Конечно можно. При условии кончины одного из подписавших, — не открывая глаз, ответила она.
— А самоубийство?
Я помнила, что Шарк говорил, что это не поможет, но хотелось найти лазейку, везде ведь есть свои изъяны и недостатки.
— Нет, — принцесса поднялась на локтях и посмотрела на меня. — Только физиологическая причина, либо случайная смерть. В подворотне, например, или целились не в тебя, но задели, — она внимательно меня изучала. — Ты договор что ли с кем-то подписать хочешь?
— Вчера книжку интересную нашла, там героиня подписала такой договор, а потом пожалела. Как расторгнуть, не знала, — я откровенно врала. А что ещё оставалось? Не говорить же прямо, что меня вынудили ее брата прикончить.
— А-а, дашь потом почитать? — расслабилась она, вновь ложась на спину и прикрывая глаза — Зря она, конечно, это сделала. Теперь пока не исполнит условия, не освободится. Там ещё и дополнительные наказания предусмотрены за самовольство. Но это же художественная литература, может, чего и придумают.
Я снова погрузилась в свои мысли.
Физиологическая смерть. Я, как назло, хорошо себя чувствовала. Крыша только поехала, но от этого ещё не умирали. Шарк тоже вряд ли скоро нас покинет. Чтоб его простатит замучил! Со случайной кончиной уже интереснее, у меня на эту роль есть Дамир. Этот с удовольствием мне голову открутит. Но если серьезно… Я могу попытаться первой принять удар, за Артура. Если у меня возникнет такая возможность. Тогда моим родным ничего не будет угрожать.
Рядом уже третий раз вздохнула Лилианна. Я повернула голову. Она хмурила лоб.
— Да что у тебя случилось? — не выдержала я.
Она открыла глаза, села, но продолжала молчать. Было видно, что у нее идет внутренняя борьба: поделиться со мной или нет. Я терпеливо ждала.
— Я очень сильно люблю брата. Он для меня всё. С детства я была его маленькой принцессой. Папа же всегда был занят, толком и не помню моментов с ним. Зато всё моё детство связано с Артурионом. Мама полностью была растворена в папе. Когда он погиб, она очень закрылась, отдалилась. Но расколол нашу семью именно мирный договор и дружба брата с Террионом. Мама посчитала это предательством со стороны Артуриона — дружить с убийцей отца, — принцесса замолчала, подбирая слова. — Я до мелочей помню день, когда в нашем доме появился Дамир. Моё сердце и душа стали принадлежать ему. Они оба стали для меня неразделимы. Брат и любимый мужчина.
 
Я молча слушала и не знала, что сказать. Лили говорила с волнением и путано. — У меня даже страх появился, что что-то может их поссорить и развести в разные стороны. На моей памяти они ни разу всерьез не ругались. Поэтому когда появилась Кларисса и стала делать попытки превратить в реальность мой страх, я её возненавидела.
Последние слова она сказала, явно стыдясь.
— Но он же сделал правильный выбор в итоге, — пыталась я поддержать принцессу, не понимая, к чему она ведёт.
— Сегодня они первый раз поссорились. Так кричали друг на друга! Я была в коридоре и думала, у меня сердце от страха остановится, — со слезами в голосе проговорила принцесса.
Теперь я поняла, о чем она. Тяжело не догадаться, кто стал причиной их раздора.
— Дамир недоволен выбором Артуриона? — не стала я ходить вокруг да около.
— Я не понимаю, почему ты ему не нравишься, — ответила она, пряча глаза.
— Он против и нашего с тобой общения? — я и так знала ответ.
— Он просто тебя не знает! Если бы он пообщался с тобой… Брат сегодня правильно сказал, что Дамиру везде враги мерещатся.
"Ты даже не представляешь, как он прав", — отчаянно хотелось мне сказать в ответ. К счастью, а может и нет, Дамира никто не слушал. Даже несмотря на его недоверие и попытки распутывать клубок интриг. Может, он успеет, пока не поздно? Поразительно, но я хотела, чтобы Дамир раскрыл меня. Разрушил все планы Шарка.
— Может, он и прав? Порой может предать самый близкий.
— Ты любишь брата, я это вижу. А он тебя. Разве можно передать любимого человека? — искренне удивилась она.
— Нет. Но ситуации разные бывают. Это от тебя может и не зависеть.
— Всё зависит только от нас самих, — ответила она наивно. — Пошли купаться. Я не хотела рассказывать, но, думаю, ты должна об этом знать.
Она встала и пошла к озеру. Нет, они с братом оба непробиваемые. Сразу видно — родственники.
Утро следующего дня началось со стука в дверь. После моего разрешения в комнату залетела Адель, глаза её горели, а на лице была счастливая улыбка.
— Госпожа! У нас гости.
— Кто на этот раз? — спросила я, прикрывая зевок ладонью.
— Сам Его величество, Артурион III, — с придыханием выдала девушка.
  
Очень странное предложение
 
Я подскочила на кровати. Он тут, он внизу!
— Скажи, я сейчас спущусь.
Она вышла, а я пулей побежала приводить себя в порядок. Как я ни старалась, быстро не получалось. Наоборот, все валилось из рук, никак не могла выбрать, что надеть. В итоге натянула длинное платье в кремовом оттенке. Лиф на бретелях был декорирован аппликациями из объемных цветов с жемчугом и переплетающихся ветвей, спускающихся ниже талии. Юбка из многослойного фатина расширялась от талии. Посмотрев в зеркало, осталась довольна увиденным. «Отец» и Артурион сидели в гостиной. Я зашла и, присев в реверансе, сказала:
— Рада видеть вас в добром здравии, Ваше Королевское величество.
Кивнув мне, Артурион ответил:
— И я вас приветствую, Эльза-дель-Торрес, — при этом глаза его смеялись. Его забавляла ситуация. Мы как будто играли в малознакомых людей, когда смотреть можно, а руками трогать нельзя.
— Я оставлю вас, — Лунгарио встал и вышел, даже не посмотрев на меня.
Как только за «отцом» закрылась дверь, Артурион встал и подошёл ко мне. Я была в предвкушении поцелуя, но он лишь задумчиво сканировал меня взглядом. Не нарушая тишину, я тоже смотрела на него, но потихоньку начинала нервничать. Он вел себя необычно.