Красивый. Наглый. Бессердечный - 2 (СИ)

Устало потираю свободной рукой висок. Почему у нас с Киром не всё, как у людей? Всё через какое-то корявое место, которое и называть-то нельзя!
- Данил! – слышу на фоне голос матери. – С кем ты? Это она? Ну-ка дай мне трубку!
- Света, перестань...
- Совсем обнаглела, со своим хахалем еще и свою обузу на нас складывать! Если бы эта старуха у нас умерла?
- Ничего не случилось ведь. Парень с ней уехал, не начинай!
  
Нажимаю отбой и невидяще смотрю в одну точку. Мама умеет испортить настроение даже на расстоянии. Я понимаю, она думала, что я её не слышу, но от этого не менее больно. Дожила до того, что с ненавидимым мной прежде Данилом мне проще общаться.
В какой она больнице? Не успела спросить у отчима... А перезванивать сейчас – плохая идея.
Сама найду!
Быстро открываю шкаф, щелкаю плечиками с одеждой и переодеваюсь в джинсы с футболкой.
Несусь вниз, нужно ещё вызвать такси. Только куда? Целый автопарк под окнами, а я так и не научилась водить! Бездарно тратила время... Опять становится стыдно за себя, но сейчас не время предаваться сожалениям.
Выбегаю на дорогу, чтобы вышло быстрее. На ходу открываю приложение для вызова такси.
- Арина!
Оборачиваюсь. Упершись взглядом в телефон, не замечаю, что у ворот стоит машина Льва. Он сам, открыв водительскую дверь смотрит на меня с изумлением.
– Что с тобой? Чем-то помочь?
- Да, пожалуйста, - лепечу. – Мне нужно в больницу. Только я не знаю в какую...
 Глава 39. 
 Остерегайся тех, чья ярость холодна, как лёд. Они не прощают — они рассчитывают
Арина
- Не паникуй, найдём. – Выслушав мой сбивчивый рассказ, Лев произносит фразу с той ледяной уверенностью, которая мне всегда в нём нравилась.
Спокойствие Льва, которым он всегда будто нашпигован, передаётся и мне. Бегать, как безголовая курица, конечно, глупо. Я прямо нуждалась в чётком контроле и холодном человеке рядом.
Лев выворачивает на трассу. Машина послушно вливается в поток.
– Пока едем, открывай контакты и обзванивай, спрашивай, поступала ли Ромашина...
Машинально киваю, доставая телефон.
- Она не Ромашина. Чёрт, фамилию не знаю ведь. – Бормочу еле слышно.
- Оу, - удивлённое. – Фамилию бабушки не знаешь?
- Она не моя, - замолкаю и невидяще смотрю в экран смартфона.
Как ему сказать-то? В суете не подумала о том, что на самом деле я некрасиво поступаю с человеком. Он ухаживал за мной, надеялся на что-то, а я... Заставляю его везти себя к своему любовнику. Дичь какая-то!
Нервно потираю экран смартфона о джинсы, будто это поможет мне собраться с мыслями.
- Лев, в общем... Это бабушка моего брата, который Кирилл... Он мне не брат, и так вышло, что... В общем, он в больнице со своей бабушкой, а я должна быть рядом...
Окончательно путаюсь в своих речевых конструкциях. Они звучат фальшиво и глупо. Лев молчит, и эта тишина давит сильнее любых слов.
Набираю воздух в лёгкие и произношу уверенно и резко, будто прыгаю в холодную воду.
- Мы с Киром вместе теперь. Прости.
- Чего? – от неожиданности Лев выкручивает руль, и где-то сзади раздаётся визг тормозов и громкий взбешённый сигнал.
- Лев, ты очень хороший и обязательно встретишь...
- Ты охренела?
От неожиданности захлопываю рот и испуганно моргаю. Это что-то новенькое. Лев всегда такой воспитанный и тактичный.
- Блядь!
Никогда я не слышала, чтобы он орал и матерился. Никогда!
Я пытаюсь сказать что-то, что смягчит удар, но Лев уже бьёт кулаком по рулю, резко прижимаясь к обочине. Пыль поднимается облаком, оседая на стёклах.
Звук включенной аварийки тикает, как бомба с часовым механизмом. Я сижу ни жива, ни мертва. Боюсь сказать хоть слово. Я таким его никогда не видела.
Лев, наклонив голову, зло ерошит волосы и поворачивается ко мне.
- Ну-ка повтори, что ты сказала?
- Мы с Киром... – блею робко.
- Сука! – обрывает меня и опять обхватывает голову.
Ошалело смотрю на него. Ну да, можно расстроиться, но не так же! От его отчаяния чувствую себя виноватой, будто жестоко обманула человека. Безжалостно растоптала его мечты в клочья. Я ведь дала ему повод надеяться на что-то. Мы даже целовались.
- Прости...
- Заткнись, дура! – наставляет на меня палец. Я вижу, как трепещут от гнева ноздри. - Ты хоть понимаешь, что ты творишь? Ты с моей жизнью играешь!
- Я не думала, что тебе это доставит такую боль.
Прикрыв глаза с шумом выдыхает, чтобы успокоиться.
- Прости, детка... Прости. – Хватает меня за руку. – Я переживаю за тебя. Это же блажь какая-то. То он тебе брат, то не брат... Ты сама говорила, что он бабник и непоследовательный.
Мучительно пытаюсь вспомнить, когда я обсуждала со Львом моральные качества своих якобы родственников и не могу.
- Я не...
- Мы же с тобой идеальная пара, понимаешь? Я тебя давно заприметил, обхаживал. Думал, вот она – настоящая, скромная, идеальная...
- Лев, так вышло. Я не могу себе приказать. – Силюсь выдернуть руку из его цепких пальцев, но он прикладывает мою ладонь к губам.
- Арина, ты должна быть моей. Я не смогу без тебя! – Шепчет горько.
У меня внутри все переворачивается от жалости. Какая же я дрянь! Мерзкая, пакостная эгоистка. Использовала парня, чтобы прикрыть дыру в груди, через которую со свистом уходил воздух. А, как только он стал мне не нужен, тут же дала от ворот поворот. А он всегда был рядом, всегда помогал. Даже сейчас везёт в больницу, хотя не должен этого делать.
- Лев, мне так жаль. - На глаза наворачиваются слёзы. – А я не смогу без него...
Лев отрывается от моей ладони и смотрит меня с таким выражением, будто я только что ударила его ножом в спину. Отпускает мою руку.
- Было у вас с ним что-то… пока ты мне улыбалась? - голос у него низкий, хриплый, будто сдавленный.
Я медленно киваю.
- Да…
Тишина.
Лев замирает на секунду, его пальцы сжимаются на руле так, что костяшки белеют. Он резко выдыхает, будто пытаясь сдержать вспышку ярости, включает поворотник, снова выезжая на трассу.
Резко жмёт на газ.
- Хорошо. Отлично. Замечательно, - произносит неестественно ровно, - Это хорошо, что мы едем в больницу. Ему пригодится!
Я нервно сглатываю.
- Лев… Я хочу выйти. Я вызову такси.
Он бросает на меня взгляд, и в его глазах — не боль, не злость.
Расчёт.
- А как же? Я ведь столько сил в тебя вложил. Столько времени. А он просто взял и… перехватил! — его губы искривляются в подобие улыбки. — Звони давай! У нас больниц не так много!
Я сжимаю телефон в руках, сердце колотится. Лучше бы Лев высадил меня на обочине.
- Звони, - повторяет с угрозой, кивая на мой телефон. - Мы же не хотим задерживаться, правда? Я жду не дождусь, когда поболтаю с твоим якобы братом! Есть к нему одно дельце...
Молчу, чувствуя, как холодеет внутри. Что он имеет в виду?
Машина резко виляет, обгоняя грузовик. Я вжимаюсь в сиденье. Лев больше не кричит, не ругается — он опасно спокоен.
Отличный подарок я сделаю Киру, измотанному переживаниями и больницами, когда выйду из машины в сопровождении здорового кабана, прячущего под маской хладнокровия бешеную ярость.
 Глава 40. 
 Любовь — это когда 'вместе' звучит громче, чем 'я'.
Кир
Долбаный телефон!
В сердцах колочу ни в чём неповинной трубкой о сиденье. Забыть зарядник – это надо же умудриться! В больнице каждый звук кажется громким, будто пропущенным через усилитель. Устыдившись своего порыва, прячу порядком потрёпанный телефон в карман.
Кто виноват? Я виноват!
  
Не просыпайся, девочка моя. Еще минут пятнадцать, и я рвану домой. К тебе.
Почему нельзя раздвоиться? Сейчас бы я отдал пол жизни за собственного клона. Один бы дежурил в больнице, второй мирно сопел, уткнувшись в золотистые локоны. Или варил бы кофе.