Тень Великого Древа (СИ)

- Итак, сир Джоакин?.. – спросил граф, обернувшись к воину.
Путевец поискал подходящие слова, но умных не нашел. Сбили его с мысли: сначала красавица-вдова, потом крохобор Перкинс… Джоакин решил вывалить, как есть.
- Милорд, я поступил плохо. Я пытал Аланис, угрожал срезать кожу, воткнул нож ей в лицо. Чувствую себя зверем. Милорд, накажите меня! Иначе не смогу вам служить.
Брови графа удивленно взлетели:
- Отчего не сможешь?
- Вина сводит меня с ума. Вы боретесь за святое дело, а я – грешник. Недостоин быть под вашим флагом.
Граф огладил подбородок, задумчиво прошелся по комнате.
- Непростой вопрос ты ставишь. Помнится, Аланис убила меня. И не меня одного, а еще и великого приарха. Я назначил суровую кару. По моему приказу ее подвергли ряду… хм… неприятных процедур. А теперь ты говоришь мне, что мучить Аланис – это грех. Выходит, я тоже, как ты выразился, грешник?
Джоакин мотнул головой:
- Никак нет, милорд! Вы – правитель здешних земель, стало быть, верховный судья. За вами полное право казнить и миловать. Ваше решение – все равно, что слово Праотца! Но я – обычный солдат - не имел права терзать ее. Такие, как я, заслуживают наказания.
- Такие, как ты – это значит, храбрые и верные бойцы, готовые на все ради сеньора? Мне думалось, такой солдат – подарок командиру.
- Не переубеждайте меня! – по-мальчишески выпалил Джо. – Я виноват. Накажите – или прогоните из войска!
Шейланд почесал бровь.
- Ладно, если настаиваешь... Выпрыгни в окно.
Джоакин вздрогнул.
- Милорд, четвертый этаж! Вероятно, я разобьюсь насмерть!
- Полагаю, так и будет.
- Считаете, я заслуживаю казни?
- Парень, это ты так считаешь. Ты же решил вместо меня. Сказал: требую наказания, и все. Раз требуешь – открой окно и прыгни.
Джоакин поглядел в стекло. Было высоко. Даже гребни защитных стен – ниже подоконника.
- Милорд…
- Не мямли! Я приказываю: подойди к окну, подними стекло.
Джо сделал. Фрамуга издала замогильный скрип, в комнату ворвался сырой ветер.
- Встань на подоконник.
- Но милорд…
- Встань, тьма тебя сожри!
Джоакин поднялся туда. В голове лупилось: так нечестно! Наказание – да, но не смерть же! Аланис утром еще была жива. Поди, до сих пор дышит, а я должен разбиться!
Граф отчеканил:
- Теперь прими решение: в какую сторону прыгать? Если наружу – получишь искупление, как мечтал, и, скорей всего, сдохнешь. А если внутрь – закроешь пасть на замок и будешь слушать, что говорит сюзерен!
Джоакин почти не колебался. Нельзя умереть раньше агатовской твари, это слишком несправедливо! Он спрыгнул на пол и вытянулся в струнку:
- Жду приказов, милорд.
- Благодарю, что соизволил выслушать. Коль скоро я здесь верховный судья, вот мое суждение. Хороший солдат – клинок господина. Ты видел, чтобы меч испытывал муки совести?
- Нет, милорд.
- Слыхал, как боевой топор хнычет: «Я виноват, накажите меня»?
- Нет, милорд.
- Оружию не положена ни совесть, ни вина. Оружие не размышляет о морали. Оно только исполняет волю лорда.
- Так точно, милорд.
- Если меч был выкован из плохой стали и сломался в бою – вот единственная его вина. Но ты прочен и остер, и разишь наповал. Желаешь моего приговора? Он выписан. Возьми.
Джо подошел на деревянных ногах, взял из рук графа свиток, сломал печать.
В глазах поплыло, когда увидел герб: сердце, пронзенное мечом. Герб, который он сам себе придумал! Ниже, не позволяя ошибиться, стояло имя: Джоакин Ив Ханна с Печального Холма. Еще ниже: вверяется ленное владение… присваивается рыцарский титул… за самоотверженную службу, достойную высших похвал…
- Милорд… - пролепетал Джо, - вы правда думаете… ну… я достоин?
- Ты готов бить моих врагов?
- Да, милорд!
- Пойдешь со мной в Первую Зиму?
- Да, милорд!
- В столицу? На край земли?
- Так точно, милорд!
- Тогда принеси присягу, доблестный сир Джоакин!
Он прошептал, почти как леди Лаура:
- Милорд, позвольте вас обнять…
  
Стрела - 4.5
  
Сентябр ь 1775г. от Сошествия 
Графство Мельницы 
Сооружение напоминало скалу, вырванную из Кристальных гор и брошенную посреди степи. Могучая угловатая башня имела больше сотни футов высоты. С трех сторон ее подпирали контрфорсы – крутые и обветренные, словно утесы над морем. Башня опиралась на фундамент таких размеров, что внутрь него поместилась бы деревня. Фундамент, в свою очередь, стоял на вершине холма. По склонам его сбегали вниз дороги, вымощенные тем же камнем, из какого сложена башня, потому холм тоже казался частью исполинского здания. Размерами и величием строение годилось на герцогский замок или искровый цех. Впрочем, одна деталь выдавала истинное назначение постройки. Шесть лопастей – каждая длиною с мачту галеона – совершали вращательное движение. Океанский бриз отдавал им столько своей силы, что терял скорость и оседал прохладным туманом. Тени от лопастей пробегали по земле лоскутами тьмы и сменялись сполохами света – будто сутки здесь длятся всего несколько вдохов.
Здание было мельницей.
- Ради Праматерей, ну и громадина! – выронил Гордон Сью.
- Это Дженна, вторая среди Мать-мельниц, - сказал Шрам, который бывал здесь раньше. – Арина еще крупнее, но не работает. А Милана на десять футов ниже.
Леди Нексия ахнула от восторга, провожая глазами величественный взмах лопастей.
- Хотите нарисовать ее?
- Хочу подняться наверх! Смотрите: там есть площадка!
Действительно, голову Дженны венчала корона из каменных зубцов, между которых поблескивали искорки – шлемы дозорных.
- Она охраняется, - отметил Фитцджеральд. – Держу пари: в фундамент встроены арсенал и казарма.
Шрам подтвердил:
- Дженна служит пограничным дозором графства. Но если хочешь подняться – плати глорию и входи. Солдаты только рады: прибыль от зевак удваивает их жалование.
А Эрвин добавил:
- Полагаю, даже платить не придется. Пару лет назад герцог Десмонд помог графству Мельницы в войне против Рантигара. Мы очутились в той части Степи, где кайров любят и ценят.
Нексия покачала головой:
- Простите, добрый воин, как нам поможет слава лорда Десмонда? Среди нас нет ни его родичей, ни вассалов…
Она невзначай коснулась плаща на плечах Эрвина – самого обычного, без единого знака отличия. Герцог нахмурился, когда вспомнил.
Эту идею подала Нексия: в землях Мельниц соблюдать маскировку. Пауль знает, что герцог Ориджин выжил, но не может знать – где он. Слежки за отрядом не было, шаваны крепко усвоили урок. С точки зрения логики, Пауль должен ждать Эрвина на Дымной Дали или в Альмере, или в Шейланде, но никак не на западном побережье. Тогда зачем выдавать истинный состав отряда? Леди Нексия Флейм едет в Фейрис в качестве посла герцогства Надежда, а северяне – просто ее эскорт. Пускай они будут не кайрами Ориджина, а вассалами Снежного Графа. Когда старший Лиллидей был убит, они примкнули к войску Надежды и нанялись сопроводить леди Нексию на запад.
Согласно легенде, Эрвин спрятал герцогский вымпел и переоделся в форму рядового бойца. Лейтенант Фитцджеральд условно принял его в свою роту. А кайр Джемис в одежде с гербами Лиллидеев стал командиром всего отряда и, как таковой, ехал во главе колонны.
- Ах, да, - согласился Эрвин. – Я так предан делу Ориджинов, что порой представляю себя одним из них.
- Не забывайтесь, кайр. Для вашего возраста у вас слишком смелые мечты.
- Дерзость украшает воина. Миледи, я хочу сопроводить вас на вершину мельницы.
- Благодарю за честь, но первенство принадлежит командиру отряда.
Джемис приосанился:
- С радостью составлю вам компанию. Прошу!
Он махнул нагайкой в сторону Дженны и хлестнул коня. Нексия пустила вскачь свою лошадь. Красавица и рыцарь, игреневая кобыла и гнедой конь помчали бок о бок, а рядом серой тенью понесся пес.