Эргоном: Последний ассасин (СИ)

Библиотека с оранжереей были местом, где я проводил много времени. Иногда даже по ночам засиживался, изучая и восстанавливая наследие рода Скуратовых. Так что создать подходящий для убийства Салтыкова яд труда не составило. Он действовал быстро, не имел вкуса и легко разлагался даже в трупе, почти не оставляя следов. А если даже подозрения и возникнут, мне-то что? Я буду ни при чём.
Подготовить всё следовало заранее — ещё до возвращения фиолетового в школу. Для этого я заготовил несколько легковоспламеняющихся шашек.
В фойе имелся пункт охраны с большим экраном, на котором в мультирежиме демонстрировались изображения с разных камер видеонаблюдения. Проведя несколько перемен на соседней скамейке, где я делал вид, что читаю, мне удалось выяснить слепые зоны. Отпросившись с урока алгебры в туалет, я прошёлся по ним, не забыв посетить и туалеты. Примерно через десять минут, когда я уже сидел в классе, старательно решая задачи, оставленные шашки начали срабатывать. Я добился этого с помощью химических реакций, протекавших в спиралевидных стеклянных трубках, дававших запас времени до воспламенения.
Сработала пожарная сигнализация. Очень быстро стало ясно, что тревога не учебная, и преподаватели организовали эвакуацию. Двери кабинетов по инструкции оставались открытыми: чтобы облегчить доступ пожарных в помещения и не создавать опасной обратной тяги.
Планируя акцию, я рассудил, что Салтыкова после драки увезли прямо в больницу, а значит, вещички его остались в школе. Куда их могли деть? Только оставить в кабинете его классного руководителя. Туда мне и нужно было попасть.
Незаметно отделившись от толпы, валившей к эвакуационным выходам, я поспешил к нужному кабинету. Дверь, естественно, была нараспашку. За стеллажом обнаружился рюкзак. Вытащив из него дневник, я убедился, что принадлежит он Салтыкову. Отлично!
В пенале обнаружились обгрызенные ручки. У кого-то распространённая среди учеников привычка. Хе-хе!
Чтобы нанести на ручки и карандаши яд, понадобилось всего несколько секунд. Вернув всё на место, я вышел из кабинета и тут услышал за углом, где находился один из очагов возгорания, громкие голоса. Судя по диалогу, учителя собрали нескольких учеников, владевших Даром воды, и вместе с ними тушили огонь. Ну, Бог в помощь. Пожарные всё равно приедут: на все шашки фиолетовых не хватит.
Я скользнул на лестницу, но выходить на улицу не спешил. Нужно ещё поработать над видеозаписями.
Охранника в фойе не было — эвакуировался вместе со всеми. Это правильно: инструкциям нужно следовать.
Я понимал, что времени у меня мало. Скоро учителя, занявшиеся пожаром, вместе с учащимися поймут, что занятые бесполезным делом, и спустятся сюда. К счастью, что-что, а удалять записи я умел. Покончив с этим за несколько минут, я вышел из школы и присоединился к кучке школьников, стоявших на крыльце. Кажется, никто даже не заметил, что я только появился. А если даже и заметил — плевать. Может, тревога застала меня на толчке.
Через некоторое время ко мне подошёл классный руководитель.
— Вы здесь! Где вы были? Я вас обыскался! Вы что, не слышали пожарную сигнализацию?!
— Хм… Прошу прощения, Юрий Анатольевич, в туалете застрял.
— Ладно, слава Богу, вы нашлись! В следующий раз… Неважно! Присоединитесь к классу. Мы вон там стоим.
Я направился к остальным.
— Ты где был?! — набросился Артём. — Что так долго?
— Да, Коля, мы уж думали, ты попал в огонь, — присоединился Кирилл. — Говорят, туалеты загорелись.
— Как это вообще могло случиться? — «удивился» я.
— Похоже, диверсия! Или кто-то похулиганил.
В этот момент на дороге появилась пожарная машина. Нас разогнали, чтобы дать ей подъехать ближе. Вокруг царило оживление: детям было любопытно поглядеть на работу пожарных. И ещё всех интересовало, сгорит ли школа. Что на сегодня занятия окончились, уже всем было понятно.
Вскоре нас распустили. С пожаром справились довольно быстро — не прошло и получаса. Мы забрали вещи и разъехались по домам.
Я отправился в удел. Предстояло принимать вассалов и заниматься прочими делами. К Шуваловым вернулся уже после ужина и засел за уроки. К сожалению, их никто не отменял.
 
Около девяти по комнате разлился уже знакомый холод. Чёрт! Осмотревшись, я увидел появившегося из стены Косца. Вид у него был недовольный.
— Ты тянешь время? — сходу попёр он на меня. — Я, конечно, обмолвился, что спешки нет, но ты вообще хоть что-то предпринимаешь?
— Само собой. Собираю информацию. Думаешь, так просто устранить цель, которую тщательно охраняют?
— Ты ассасин!
— И поэтому действую обдуманно. Что ты беспокоишься? В первый раз я тебя не подвёл, и теперь всё будет нормально. Трудно добывать сведения, если ты барон и на голове у тебя травка растёт, знаешь ли!
— Активируйся! — мрачно буркнул бог смерти. — Или тебе нужно сроки установить, чтобы простимулировать?
— Не надо. Торопить художника — последнее дело.
— Художник! Твори быстрее. Я не собираюсь ждать вечно!
Попятившись, Косец исчез в стене.
Блин!
Время я не тянул. Добраться до брата Кирилла действительно было нелегко. Я пытался придумать план, но пока всё, что приходило в голову, имело серьёзные изъяны. А так работать нельзя. Нужно быть уверенным. Потому что в любой момент что-то может пойти не так. И если план фиговый изначально, то риски возрастают в разы.
Появление бога смерти выбило меня из колеи. Я еле докропал кое-как домашку и отправился в спортзал снять напряжение. Поработал на тренажёрах, потом пробежался вокруг дворца. Приняв душ, спустился на кухню, где сердобольная кухарка Шуваловых покормила меня остатками ужина. Напившись кофе, я отправился спать. Вырубился быстро — приучил себя не тратить время попусту ещё в молодости. Киллер должен быть свеж и полон сил, знаете ли. Людей убивать — это вам не на входе со сканвордом дремать.
  
Глава 42
 
Вернувшись на следующий день из школы, я отправился на кухню, чтобы выклянчить у поварихи что-нибудь вкусненькое, но застал там вместо неё Машу и княгиню. Они на пару колдовали у плиты. Пахло потрясающе — жареным мясом с приправами.
— О, Коля! — обрадовалась девчушка, увидев меня. На ней был белый фартук с красными цветами, зелёные волосы собраны в хвост и завязаны пушистой резинкой. — Ты сегодня припозднился. А мы вот решили с мамой вдвоём приготовить к ужину отбивные.
— Аромат божественный, — проговорил я, садясь за стол. — Александра Кирилловна, добрый день.
— Давно не виделись, барон, — улыбнулась женщина. — Слышала, ты развил бурную деятельность в своём уделе. Не терпится от нас съехать?
— Не совсем так. Просто нужно возрождать род.
— Без жён это будет затруднительно. Род — это, прежде всего, Скуратовы.
— Ну, жениться-то мне пока рано.
Я решил не вступать в дискуссию на тему «Как наплодить детишек». Тем более, княгиня права: сколько вассалов ни прими, нужны те, кто будет владеть Даром крови. Так что о потомстве подумать придётся.
— Коля на мне женится, — заявила Маша, вооружаясь щипцами, чтобы перевернуть шипящие на сковороде куски свинины. — Другой такой красавицы ему не найти. Верно говорю?
— Не навязывайся, — с усмешкой сказала княгиня. — Барон сам решит, на ком жениться.
Маша фыркнула.
— У него есть глаза! Значит, он увидит, что я — лучшая кандидатура. Не уверена, что смогу делить мужа с другими, правда. Но это ведь и не обязательно. Вы вот с папой вдвоём живёте же.
— Барон, не обращайте внимания, — сказала княгиня. — Она просто ребёнок.
— Ненадолго! — заявила Маша. — Хочешь апельсиновый сок? Перед тобой стоит кувшин. Свежевыжатый. Где стаканы, ты знаешь.
— Хочу, — я подошёл к шкафу, достал высокий стакан с золотой монограммой Шуваловых и наполнил его соком. Отхлебнул. Прекрасно! Даже удивительно, что в этом мире можно раздобыть апельсины. В городе они, во всяком случае, не растут. Разве что в каких-нибудь оранжереях? — Я хотел спросить кое о чём.