Эргоном: Последний ассасин (СИ)

— Странно, что его лекарь не исцелил. Травма-то ерундовая.
— Лекарь есть не у каждого рода. Это птицы редкие. Ради растяжения или ушиба никто одалживать не будет.
Ах, вот оно что. Будем иметь в виду.
— Понятно, — сказал я. — И что, серьёзно у них?
— У Лукьянова с Лидой? А кто их знает? С прошлого года встречаются. Только вряд ли поженятся.
— Почему?
Парень пожал плечами.
— Да нет их родам особого смысла объединяться. Я думаю, Лиду выдадут за кого-нибудь из Серого или Жёлтого клана. А вообще, мне без разницы. Ты-то зачем спрашиваешь? Хочешь к ней подкатить?
— Нет. Я просто так. К слову пришлось.
— Это правильно. Лучше к ней не лезть. Андрей от этого прямо бешеный делается. Один парень тут попытался с ней подружиться, так он его чуть не отметелил.
— Не Зилов случайно? — спросил я, едва вспомнив фамилию красноволосого, которого парень нашей «звезды» зажимал на лестнице.
— Ага, он самый. Юрка. Тот теперь даже близко не подходит.
Ох, и тяжко придётся фиолетовому. Потому что я-то очень даже близко планирую подойти. Настолько, чтобы достать до Лидиного папаши.
— Значит, оставишь монологи? — спросил «Ромео». — Слово?
— Не обещаю, что они будут звучать один в один, но да, в любви признаешься в лучшем виде. Зрительницам понравится.
Парень удовлетворённо просиял.
— Вот спасибо! А то я уж волноваться начал. Говорят, ты там прямо всё переделываешь.
— Врут. Но кое-что меняю, конечно. Сегодня вот хочу поработать над ролью Джульетты. Юлии, то есть.
Наверняка он передаст это партнёрше. Не знаю даже, кем надо быть, чтоб удержаться и не прийти узнать, чем мои планы грозят главной женской роли.
И, конечно, Молчанова не выдержала. Думаю, она и раньше прибежала бы, если б не выпендривалась. А так подошла на пятой перемене. В компании двух подружек. Самых преданных, видимо. Которые не разболтают, потому что побоятся оказаться отлучёнными от лучезарной особы.
— Привет, — кивнула Лида, глядя на меня одновременно с тревогой и досадой на себя за то, что вообще припёрлась что-то выспрашивать. Да, нелегко, наверное, ей было. Такая внутренняя борьба! — Тебя же Коля зовут, верно?
— Николай, да, — ответил я и спокойно уставился ей в глаза, ожидая продолжения.
Пусть осознает, что перед ней не просто новичок, который младше её на год, а барон Скуратов. Сама-то она всего лишь княжна. Глава клана её отец или нет, по сравнению со мной она стоит на аристократической лестнице гораздо ниже.
— Хм… Я слышала, ты здорово переделываешь пьесу. Ну, чтобы осовременить.
— Ага. Есть такое. Как раз сегодня над твоей ролью планирую поработать.
Девушка нахмурилась.
— И что ты…эм-м… собираешься с ней сделать?
— Ничего кардинального, наверное. Но пара идей есть.
— Когда мы увидим готовый текст? Мне нужно роль учить.
— Думаю, скоро. А что, у тебя есть пожелания по роли? Я могу их учесть.
Молчанова заметно воодушевилась.
— Вообще-то, если честно, есть. Я подумала, что, раз ты всё равно переделываешь, то можно кое-что добавить.
— С удовольствием обсудил бы это. Когда у тебя будет время. Уверен, ты отлично понимаешь, что хочет увидеть зритель.
Вот так, пусть почувствует себя звездой.
Лида просияла, хоть и постаралась это скрыть. Получилось у неё плохо, ясное дело. Самомнение просто так не спрячешь.
Она важно кивнула.
— Почему бы тебе не заехать ко мне домой на днях? — предложила она. — Например, завтра часов в пять. Я как раз буду свободна.
Ясно: хочет успеть накидать ещё идей.
— Дай подумать, — я закатил глаза к потолку, словно прикидывая, насколько плотный у меня график. — Хм, нет, не получится. Буду работать над ролью священника. Но послезавтра, наверное, смогу.
— Во сколько? — жадно спросила девушка.
— Часа в четыре. Пойдёт?
— Ладно. Только не забудь и не опаздывай.
Оставив за собой последнее слово, Молчанова удалилась в сопровождении подружек. Которые, кстати, в продолжении разговора не проронили ни слова, но буквально пожирали меня глазами.
После уроков я действительно работал над пьесой, но занимался далеко не только этим. Во-первых, расспросил Павла о кодовых замках, которые стояли на фамильных сейфах и, в том числе, на архивах. Оказалось, что подбирать комбинацию нельзя: устройства снабжались механизмом уничтожения содержимого на случай попытки взлома. Хорошо, что я не стал пытаться крутить колёсики прежде, чем поговорил с княжичем!
 
Кроме того, я прокатился по магазинам Камнегорска. Пришлось потратить часа три, чтобы купить всё, что требовалось для исполнения плана по устранению главы Фиолетового клана.
Основными факторами тут были следующие: во-первых, у Фиолетовых не было своего лекаря. Это я узнал из недавнего разговора с исполнителем роли Ромео. Во-вторых, яд должен подействовать максимально быстро, чтобы князю не успели вызвать целителя из другого клана. В-третьих, на меня подозрение пасть не должно в любом случае.
Конечно, не факт, что мне удастся осуществить всё сразу, в тот же день, как я попаду в дом Молчановых. По идее, сначала надо бы провести разведку территории. Но вдруг выдастся удачная возможность? Лучше быть к ней готовым.
Так что вечер я посвятил приготовлению яда. Благо, у Шуваловых имелась химическая лаборатория. Уж не знаю, зачем она им нужна. Наверное, кто-то из семьи балуется реактивами.
Доступ туда я получил легко, заявив, что мне нужно сделать задание к уроку химии. Отвергнув Анину помощь и выслушав предостережение не творить фигни с опасными веществами, засел в лаборатории и приступил к делу. Благо, в моём арсенале знаний хранились рецепты о дюжине ядов и противоядий, которые можно приготовить из средств, доступных в обычных магазинах. Главное — знать, как добыть из них требуемые компоненты.
Закончил я около десяти вечера. Перелив состав в стеклянную колбу, плотно закупорил её притёртой пробкой, обернул войлоком и упаковал в металлический тубус, легко помещавшийся что в карман, что в рукав.
Если всё пройдёт, как нужно, князю Молчанову осталось недолго.
  
Глава 22
 
На следующий день было четыре урока, а потом нас погнали в актовый зал слушать лекцию по психологии. Показывали слайды, раздали тесты и велели честно отвечать на все вопросы. Я расставил половину галочек и поднял руку, чтобы отпроситься в туалет. 
В коридорах было пусто, шагу гулко разносились по ним, отражаясь от стен и потолка. Погода выдалась дождливая, и окна заливали извивающиеся струи воды. Время от времени доносился раскатистый удар грома. Даже молния пару раз сверкнула. 
Дежурные гасили в конце перемен свет, так что я шёл в сером сумраке. Свернув угол, пересёк рекреацию и открыл дверь туалета. Мне показалось, что позади раздались торопливые, едва слышные шаги. Остановившись, я замер, прислушиваясь. Просто по привычке. Однако вскоре звук стих. Кто-то остановился в коридоре, прямо за углом. Вот это уже немного странно. Отпустив ручку двери, я сделал пару бесшумных шагов назад и прижался к стене. Прошло секунд двадцать. Хм… Не мог же человек просто исчезнуть. Зачем он стоит за углом? Чего ждёт? Моего возвращения? Похоже на засаду. Может, Лукьянов видел, как я вышел из актового зала и решил меня подкараулить? Наверняка у него накопились претензии к барону Скуратову, сначала чуть не сломавшему ему руку, затем отобравшему должность драматургу, а теперь ещё и приглашённого домой к его девушке. Я бы на его месте рвал и метал. Уверен, что и фиолетового обуревают не самые благостные чувства по отношению ко мне. 
Беззвучно улыбнувшись, я подкрался к углу и, присев, выглянул из-за него. 
Никого!
Пустой коридор тянулся вдаль, теряясь в серых сумерках. На полу светлели пересечённые рамами квадраты окон. Вспыхнула молния, озарив на секунду всё пространство этажа. Пусто…
Но я точно слышал шаги, причём совсем близко. Человек не мог испариться. У меня профессиональный тонкий слух. Я не сомневался, что кто-то прячется прямо за углом. Как же так?