Эргоном: Последний ассасин (СИ)

— Меня, кстати, пригласили на День Рождения.
— Дай угадаю! — усмехнулась княжна. — Неужели Женька подсуетилась?
— Она самая. Сказала, ты тоже идёшь.
— Ага. Мы ж подруги.
— А ты? — обратился я к Павлу.
— Не, это не моя тусовка.
Прозвенел звонок, и мы распрощались. Сворачивая за поворот, я увидел высокого парня с фиолетовыми волосами. Он нависал над красноволосым приятелем Павла и что-то ему втолковывал сквозь зубы. Заметив нас, замолчал.
— Всё в порядке, Миш? — спросил я.
— Тебе какое дело, мелкий? — процедил фиолетовый. — Шагай, куда шёл. Или проблем захотел?
— Всё… э-э… нормально, — проговорил, запинаясь, красный. — Мы просто разговариваем.
— Давайте, валите! — зло сказал фиолетовый. — Не мешайте общаться.
— Уже звонок был, — заметил я. — Пора на урок.
— Слышь, ты, придурок! — взвился фиолетовый. — Плохо слышишь?! Тебе по-другому объяснить? — он попытался меня оттолкнуть, но я чисто машинально перехватил его руку и резко вывернул запястье.
Не так, чтобы сломать, но вполне ощутимо. Парень взвыл.
— Полегче, приятель! — сказал я тихо. — Из-за тебя мы все опоздаем на урок.
Фиолетовый разразился ругательствами.
— Да ты хоть знаешь, на кого наехал, урод?!
— А ты в курсе, кто я? — спросил я, слегка увеличив давление на сустав.
Фиолетовый сдавленно пискнул.
— Мне насрать! — прошипел он. — Тебе кранты! Я — второй сын барона Лукьянова!
— А я — шестой барон Скуратов. Говорит тебе это о чём-нибудь?
Парень замер, бледнея прямо на глазах. Судорожно сглотнул. Кажется, можно отпускать. Я разжал пальцы, и он медленно распрямился, потирая запястье. Сделал шаг назад.
— Хочешь что-то сказать? — поинтересовался я.
Ох, а ведь говорили мне, чтоб ни во что не ввязывался. Но, кажется, фиолетовый был далёк от того, чтобы бросать вызов. Ах, да, я же считаюсь ассасином! Вот, в чём дело…
— Тебе это даром не пройдёт! — прошипел парень и, развернувшись, поспешил прочь.
Я повернулся к красноволосому. Кажется, его звали Юрой.
— Ты прости, если помешал. Просто мне показалось, тебе не помешает помощь.
— Зря ты так с ним, — проговорил тот, глядя фиолетовому вслед. — Этот урод не забудет. Но спасибо, что вмешались.
Я хотел спросить, что у них случилось, но передумал: в конце концов, это не моё дело. Захочет — сам расскажет.
Что ж, похоже, я заслужил пару очков в клане красных, но потерял целую кучу в стане фиолетовых. Надеюсь, придурку не придёт в голову мстить. Потому что ему это обязательно выйдет боком, а мне потом расхлёбывать.
  
Глава 17
 
Перед последним уроком Артём потащил меня к стенду с объявлениями — искать информацию о кружках и дополнительных занятиях. Я поразился тому, сколько развлечений предлагала Преображенская школа ученикам. Тут были не только спортивные секции, но и творческие, причём самые разные. Даже кружок оригами и икебаны. Я не собирался посещать никакой, а вот Артём изучал объявления внимательно.
— Раньше я ходил на моделирование, — сказал он. — Но сейчас поднадоело. Хочу что-нибудь спортивное. Вот, например, рукопашный бой. Броски и захваты. Как думаешь, может, пойдём?
— Не, это без меня. Мне и уроков вполне хватает.
— Уверен?
— Абсолютно.
— Жаль. Так, что тут ещё? О, театральная студия! В детстве я ходил. Но как-то не пошло. В основном, деревья играл, — усмехнулся Артём. — Тоже не интересует?
— Точно нет. Сцена не для меня.
Я привык оставаться незаметным. Теряться в толпе, не выделяться. Быть человеком, чьи черты лица стираются из памяти уже через минуту. Хотя приходилось, конечно, и актёрствовать. Но по делу, исключительно по делу. Ведь не бросаться в глаза означает вписываться в обстановку. А это означает выдавать себя за кого-то другого. Нет, усы и бороду приходилось приклеивать нечасто, но бывало и такое.
Тут к нам подошёл Кирилл. Кивнул Артёму.
— Есть планы на после школы? — спросил он. — Выбрали уже себе кружок?
— В процессе, — ответил я.
— Мне вот приглянулся ножевой бой. У меня по нему есть небольшое провисание.
 
— Я подумываю о рукопашке, — помолчав, сказал Артём. Его компания серого смущала, но он решил всё-таки этого не показывать. Возможно, потому что я вёл себя с Кириллом приветливо. — Но не уверен. Ножевой бой тоже хорошо. Может, на него пойду.
— А ты что выбрал? — спросил меня Кирилл.
— Ничего. Не хочу никуда ходить. Вот было бы фехтование, тогда да.
— Неужели у тебя с ним проблемы? — удивился серый. — Я слушал, в вашем роду лучшие мастера меча.
— Были. Теперь учить меня некому.
— Чёрт, точно! Прости…
— Да ладно. Всё, парни, давайте договоримся: больше никаких сочувствий и смущений из-за того, что я остался один! Лады?
— Конечно, как скажешь, — кивнул Артём.
— Я только «за», — пожал плечами Кирилл.
После шестого урока парни отправились записываться на ножевой бой, а я вышел на улицу и осмотрелся. Несколько групп школьников стояли перед зданием. В одной был фиолетовый. Его окружали человек пять парней и три девчонки. Один из них заметил меня и что-то сказал. Фиолетовый обернулся. Лицо его стало каменным, губы сжались в тонкую ниточку. Ненависть. Так-так, ладно, поглядим, во что она выльется. На меня уставились и остальные. Я отвернулся. Справа тусовалась стайка девушек, которыми верховодила Женя. Её жёлтые волосы смотрелись огромным одуваном. Не сразу я разглядел в её компании Аню. Направился к ним.
— Привет! — выпалила Жёня. — Как тебе первый день? Девчонки, я пригласила Колю к себе на днюху!
Раздались одобрительные возгласы. Недовольной выглядела только синеволосая Лера. Да, она тоже была здесь.
— Паша сейчас выйдет, — сказала Аня. — И поедем домой. Вам что-нибудь задали?
— Так, по мелочи, — ответил я.
Блин, ещё ж уроки делать придётся! Если так пойдёт, я обижусь на Косца за то, что не дал мне спокойно помереть!
Княжич не заставил себя ждать. Появился через несколько минут. Распрощавшись с Аниными подружками, мы направились к школьным воротам.
— Записался в какой-нибудь кружок? — спросил Павел.
— Неа. Надо ещё присмотреться.
— Гляди, как бы места не расхватали.
Вот уж что я точно переживу.
Машина дожидалась нас у ворот.
— Слышал, ты повздорил с Андреем Лукьяновым, — проговорил Павел, когда мы сели, и автомобиль тронулся. — Это правда?
— Парень с фиолетовыми волосами?
— Ага. Второй сын барона.
— Было дело. Не сошлись во взглядах на этику.
Княжич усмехнулся.
— Ты смотри, поосторожней с ним. Редкостная сволочь, между нами говоря.
— Учту.
— А что конкретно случилось? — спросила Аня. Тон у неё был обеспокоенный. — Я впервые об этом слышу, — она укоризненно взглянула на брата.
— Он из твоего класса? — спросил я Павла.
— Нет, из параллельного. Так что у вас произошло?
— Не уверен, что могу говорить.
Юрий, наверное, не поблагодарил бы меня, начни я трепать языком.
— Вроде как, ты заступился за Зилова, — сказал Павел, дав понять, что не такой уж наш инцидент и секрет.
— Это он тебе рассказал?
— Нет, конечно. Ребята видели вас. Ты действительно чуть не сломал Лукьянову руку?
— Ну, это преувеличение. Так, слегка приструнил. Он был грубоват.
Княжич понимающе кивнул.
— Меня это не удивляет. Но ты всё-таки не нарывайся. У них вся семейка такая… гнилая. Может папашу своего на тебя натравить. А ты один, не забывай.
— Он не один, — вставила Аня. — У него есть клан. И мы, если уж на то пошло.
Павел кивнул.
— И клану не нужны проблемы с фиолетовыми.
— Постараюсь не усугублять, — сказал я. — А вот за Лукьянова отвечать не могу.
Минуту помолчали. Потом Аня спросила:
— Ты пойдёшь на Женин День рождения?
— Думаю, да. Я обещал. А что?
— Нет, ничего. Надо подумать насчёт подарка.
— Как раз собирался тебя спросить, что ей лучше подарить?