Израильско-палестинский конфликт. Непримиримые версии истории

Помимо неясности относительно точных границ один из наиболее острых вопросов между сторонами звучит как «Чья это земля (обетованная)?» — и этот спор неизбежно возвращает нас в древнюю историю. В главе 3 я предложу этот вопрос в качестве первого из одиннадцати основных противоречий, которые в совокупности формируют несовпадающие исторические нарративы арабов, палестинцев, евреев и израильтян. С ним тесно связан вопрос «Чья это земля (фактически)?». Если судить по непрерывности проживания и статусу большинства, то в 1880-х гг., когда сюда прибыли первые группы сионистских первопроходцев и поселенцев, коренным населением Палестины в подавляющем большинстве были мусульмане и христиане. На картах того времени спорная территория обозначалась как районы, принадлежащие Османской империи [38]. Ничего не поменялось и в 1917 г., когда сюда пришли британцы, немедленно обнародовавшие декларацию Бальфура с обещанием помочь «созданию в Палестине национального очага для еврейского народа». Такое нововведение неизбежно должно было повлечь за собой предоставление особых привилегий меньшинству населения страны, что сделало декларацию Бальфура во многих отношениях исторической и посеяло семена будущего конфликта (см. главу 4).
  
Карта 2.1. Подмандатная Палестина, 1923 г.
Когда британцы тридцатью годами позднее объявили о своем намерении отказаться от мандата, новорожденная Организация Объединенных Наций приняла доклад Специального комитета по Палестине (UNSCOP) о разделе страны на арабское и еврейское государства с международным анклавом вокруг Иерусалима. Палестинские арабы и лидеры арабских государств отвергли этот план не только потому, что их не устраивали границы, предложенные для будущего арабского государства, но также и потому, что они не признавали полномочий ООН принять решение, которое шло вразрез с желаниями большинства населения страны. В 1947 г. начался вооруженный конфликт, переросший в войну, по окончании которой в 1949 г. на карте появилось независимое государство Израиль; оставшиеся части бывшей подмандатной Палестины были аннексированы Трансиорданией (Западный берег) или отданы под управление Египта (сектор Газа) (см.  карту 6.2).
Если говорить о двух народах, претендующих на право национального самоопределения на одной и той же территории, то мы видим, что к 1949 г. один из этих народов (с тех пор называемый израильтянами) достиг своей цели и основал национальное государство. Вопрос, который остается нерешенным и сегодня: добьется ли другой народ, палестинцы, суверенитета над выделенными ему частями территории (или над всей этой территорией), которую они считают своей законной родиной.
2. Демография, cкупка земельных участков и миграция [39]
Демография, cкупка земельных участков [40] и миграция неразрывно связаны тут между собой. Территориальный суверенитет и установление границ между современными национальными государствами основываются на принципе уважения воли большинства национальных, этнических, языковых и/или религиозных групп, которые населяют ту или иную территорию. В случае тех провинций Османской империи, которые впоследствии стали британской подмандатной Палестиной, на протяжении большей части недавней истории — вплоть до 1948 г. — на этой территории безусловно преобладало арабо-мусульманское большинство.
Еврейская иммиграция, скупка земельных участков и основание поселений были сутью деятельности «практического сионизма», который стремился изменить фактическое положение дел, создав критическую массу еврейского населения, обрабатывающего свою землю, как условие для образования еврейского государства на территориях, определяемых присутствием евреев и плотностью их расселения. Теоретически формирование еврейского большинства путем постепенной, но стабильной миграции (на иврите она известна как алия — слово, в котором есть оттенок значения «подъема» или «восхождения») и скупка земельных участков должны были привести к возникновению радикально новых демографических, социальных, экономических и территориальных условий на местах — предпосылок к созданию еврейского государства.
Поначалу мало кто из сионистов или британских наблюдателей предвидел непреодолимые трудности, связанные с возможными возражениями палестинских арабов, которые, согласно этому плану, должны были превратиться из большинства в меньшинство населения по мере того, как страна будет продвигаться к моменту, когда в ней станут преобладать евреи. На Версальской мирной конференции в феврале 1919 г. доктор Хаим Вейцман говорил госсекретарю США, что сионисты хотят создать в Палестине органы управления, «которые вырастали бы из естественных условий страны — всегда защищая при этом интересы нееврейского населения, — в надежде, что благодаря еврейской иммиграции Палестина в конце концов станет такой же еврейской, как Англия — английская» [41].
Приток еврейских иммигрантов в Палестину в одни годы был небольшим, в другие — более значительным (см. таблицу 2.1). После того как в 1933, 1934 и 1935 гг. резко выросла иммиграция из Германии, палестинцы стали опасаться, что скоро наступит день, когда недавно прибывшие евреи превзойдут их по численности. И хотя сионисты действительно ставили перед собой такую цель, интересно отметить, что примерно в это же время лишь немногие из идеологов сионизма сомневались в жизнеспособности плана постепенного и мирного увеличения численности еврейского населения за счет иммиграции в Палестину. Один из них, лидер сионистов-лейбористов доктор Хаим Арлозоров, пессимистично заключал, что цель превратить арабское большинство в меньшинство может оказаться вообще недостижимой постепенными методами без применения силы [42]. В 1930-е гг. еще несколько человек неохотно пришли к выводу, что мечта сионистов о создании еврейского государства в регионе может оказаться неосуществимой; эти деятели искали решения в таких формулах, как двунациональное государство, кантонизация или федеративное устройство [43].
Таблица 2.1. Еврейская иммиграция в Палестину в отдельные годы по данным британской администрации подмандатных территорий
Источник: Palestine Blue Book (London: HMSO, annual); Survey of Palestine, I: 185, III: 17. Приведенные цифры относятся к зарегистрированной легальной иммиграции. Британские оценки нелегальной еврейской иммиграции составляют 30 000–40 000 до апреля 1939 г. и еще 30 000–35 000 в период с апреля 1939 г. по декабрь 1946-го.
a Согласно различным израильским источникам, показатель для 1946 г. равняется 17 760 или 18 760, а для 1947 г. — 21 542 или 22 098.
  
В таблице 2.2 приведены ежегодные данные о зарегистрированной еврейской иммиграции и ее влиянии на баланс арабского и еврейского населения в период, предшествующий созданию израильского государства. К 1947 г. в стране насчитывалось от 600 000 до 650 000 евреев, что в десять раз превышало численность еврейского населения Палестины в период до начала Первой мировой войны. Теперь ишув составлял критическую массу, которую уже невозможно было игнорировать. Но когда ООН взялась за разработку плана для оспариваемых территорий, арабы, численность которых за те же три десятилетия сильно (хоть и не так резко, как в случае евреев) выросла, удвоившись и достигнув 1,3 млн, по-прежнему составляли большинство в две трети населения. Когда война 1948–1949 гг. завершилась созданием государства Израиль, «демографическая битва» продолжилась в новых формах.