Израильско-палестинский конфликт. Непримиримые версии истории
Эта книга встает в ряд других, которые и раньше пытались дать ответ на обманчиво простой вопрос: в чем на самом деле суть арабо-израильского конфликта? Отчасти из-за длительности и сложности конфликта, его составные элементы «непостоянны и не поддаются простому определению», как заметил Хаим Шакед, когда несколько десятилетий назад попытался перечислить основные характеристики этого конфликта [29]. Люди, поддерживающие ту или иную сторону, дают диаметрально противоположные ответы на этот основополагающий вопрос.
Но как беспристрастному исследователю или наблюдателю разобраться в том, что одни называют истиной, а другие пропагандой, в претензиях и встречных претензиях противоборствующих сторон, в конкурирующих нарративах израильских евреев и палестинских арабов? Именно с такими вызовами и трудностями сталкиваются люди, изучающие этот конфликт. В главе 2 я попытаюсь наметить несколько подходов, полезных для того, чтобы дать этому конфликту определение и понять некоторые его отличительные черты.
Глава 2. И тем не менее определение конфликта
Стороны конфликта — кто они?Один из способов очертить израильско-палестинский конфликт — поставить два параллельных, эмоционально нагруженных вопроса о его противоборствующих сторонах. 1. Являются ли евреи народом (нацией), имеющим право претендовать на национальное государство на территории, которую они называют Эрец-Исраэль (Земля Израиля), — или же это неполитическое, общемировое религиозное движение, не имеющее конкретных территориальных прав, претензий или устремлений? 2. Являются ли палестинцы народом с собственными национальными и политическими правами и устремлениями, или же они — часть арабского народа, которая не имеет законного права претендовать на отдельную государственность именно в Палестине?
Давайте начнем эту главу с того, что попытаемся дать определение терминам «еврей», «сионист», «израильтянин», «араб», «палестинец» и «мусульманин» и поместить их в контекст. Несмотря на то что любой группе принято позволять определять себя самостоятельно, другие люди — как внутри, так и вне определяемой группы — могут не соглашаться с таким определением и обычно так и поступают. В современных арабо-израильских и израильско-палестинских раздорах каждая из сторон и в самом деле находит причины не соглашаться с самоопределением другой, что придает важные особенности запутанной природе их конфликта.
Евреев можно определить как народ, состоящий из множества этнических, культурных и языковых групп, которые черпают общую идентичность
(а) из иудаизма — монотеистической религии, возводящей свое происхождение к библейской земле Израиля (которая, что мало кем оспаривается, географически соответствует современному государству Израиль и территориям под управлением Палестинской национальной администрации);
(б) биологического происхождения, то есть рождения от матери-еврейки;
(в) и/или сплачивающего социокультурного чувства общности исторических корней, традиций, обычаев, наследия и будущего.
Учитывая такую многокомпонентность, неудивительно, что никто, даже израильский Кнессет (парламент), не смог выработать общепринятого простого определения, кто является евреем. В конце 2016 г. в мире насчитывалось около 14,5 млн евреев, из которых 6,5 млн жили в Израиле, 5,7 млн — в США и чуть более 1 млн — в Европе [30].
Начиная с конца XIX в. все большее число евреев предпочитали определять себя как народ, чья идентичность — вдобавок к традиционным и личным духовным связям, а также чувству принадлежности к международному религиозному сообществу — включает в себя национально-политический и территориальный аспекты. Эти евреи стали участниками или сторонниками движения, известного как сионизм. Есть, конечно, евреи не сионисты и антисионисты, которые отвергают такое коллективное определение и считают себя частью исключительно религиозной группы. Однако число евреев не сионистов и антисионистов постепенно сократилось, особенно после прихода к власти Адольфа Гитлера в 1930-е гг.
Мусульмане, арабы и палестинцы, оглядываясь на долгие века гармоничного сосуществования с живущими среди них евреями, могут сказать, что евреи всегда были — и по-прежнему должны считаться — прежде всего религиозной группой, у которой не может быть политических целей и требований. В статье 20 Национальной хартии Организации освобождения Палестины официально декларируется:
Претензии на исторические или религиозные связи евреев с Палестиной несовместимы с фактами истории и истинным пониманием того, что представляет собой государственность. Иудаизм — религия, а не независимая национальность. Не составляют евреи и единой нации со своей собственной индивидуальностью, так как они — граждане государств, которым принадлежат [31].
Но подобные декларации или навязанные извне определения не могут отменить того факта — каким бы щекотливым и неудобным он ни был, — что многие евреи, как внутри, так и за пределами современного государства Израиль, действительно считают себя частью нации или народа, чье сердце (если не тело) в территориальном смысле принадлежит Эрец-Исраэль, Земле Израиля.
Мы используем термин «сионисты» для обозначения людей (в основном, но не только, евреев), которые поддерживают стремление евреев «вернуться в Сион» оттуда, где они оказались в рассеянии после римского завоевания Палестины. Это стремление, дремавшее веками, но поддерживаемое религиозными ритуалами, в середине и конце XIX в. начало находить свое политическое выражение. В последующие пять десятилетий объединенное сионистское движение использовало организационные структуры Всемирной сионистской организации (и ее дочерней организации, Еврейского агентства в Палестине) для продвижения идеи «собирания изгнанных», то есть миграции евреев в Палестину/Эрец-Исраэль. Эта миграция была частью масштабных усилий по построению инфраструктуры будущего «национального дома» на территории, которой в 1917 г. вместо турок-османов начали управлять британцы и которая подлежала разделу в соответствии с резолюцией ООН от 1947 г. Когда в середине мая 1948 г. британцы ушли из Палестины, вспыхнула война, в огне которой родилось государство Израиль, воплощение идей сионизма; в мае 1949 г. оно было принято в ООН. Граждане этого нового государства стали называться израильтянами — не путать с упоминаемыми в Библии израэлитами, или «детьми Израиля». К концу 2016 г. в Израиле проживало чуть более 8,6 млн человек, из которых 6,4 млн — евреи, а 1,8 млн — палестинские или арабские граждане государства Израиль.
Кто же такие арабы? Как уже говорилось в главе 1, арабов можно определить как этнонациональную группу с общими культурными и языковыми корнями, восходящими к древним племенам Аравийского полуострова (территория современных Саудовской Аравии, Йемена и стран Персидского залива). Сегодня в 22 странах Ближнего Востока и Северной Африки проживает более 420 млн арабов. Четыре из этих государств — Ливан, Сирия, Иордания и Египет — имеют с Израилем общую границу, поэтому их иногда называют «противостоящими государствами» в этом конфликте.
Отдельно от этих независимых арабских стран существует еще палестинский арабский народ, который (пока) не контролирует никакого международно признанного государства — хотя Палестина и является полноправным членом Лиги арабских государств. В 2016–2017 гг. по всему региону проживало более 9 млн палестинцев, в том числе:
(а) 1,9 млн в Газе (из них 1,3 млн официально зарегистрированы как беженцы);
(б) 2,9 млн на Западном берегу реки Иордан (из них 801 000 официально зарегистрированы как беженцы).
Вместе эти две группы составляют население Палестинской автономии, или Палестинской национальной администрации (ПНА), все еще не завершившей перехода от статуса оккупированных Израилем территорий к статусу международно признанного независимого государства, хотя на официальном сайте и в официальных публикациях она обозначена теперь как «Государство Палестина». Кроме того, к палестинцам относятся: