Израильско-палестинский конфликт. Непримиримые версии истории
Нил Каплан
ИЗРАИЛЬСКО-ПАЛЕСТИНСКИЙ КОНФЛИКТ
Непримиримые версии истории
Глубокий и сбалансированный анализ от признанного эксперта: неполемический взгляд на израильско-палестинский конфликт
Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 г.)
Переводчик: Галина Бородина
Научный редактор: Дмитрий Марьясис
Редактор: Пётр Фаворов
Издатель: Павел Подкосов
Руководитель проекта: Анна Тарасова
Художественное оформление и макет: Юрий Буга
Корректоры: Ольга Петрова, Елена Рудницкая, Ольга Смирнова
Верстка: Андрей Ларионов
В оформлении обложки использованы иллюстрации Cristina Gottardi/Unsplash и Shutterstock
© John Wiley & Sons, Inc., 2020
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина нон-фикшн», 2025
© Электронное издание. ООО «Альпина Диджитал», 2025
* * *С глубокой скорбью я посвящаю свою книгу многим жертвам этого и других конфликтов
Список карт
1.1 — Палестина теряет территории
1.2 — Уменьшающийся дом еврейского народа: Палестина в 1922 и 1948 гг., Израиль в 1948 г.
1.3 — Еврейские поселения в Палестине, 1855–1914 гг.
1.4 — Первая сионистская колония в Палестине, 1878 г.
2.1 — Подмандатная Палестина, 1923 г.
5.1 — План раздела Палестины, предложенный комиссией Пиля, июль 1937 г.
6.1 — План раздела Палестины, одобренный ООН, 1947 г.
6.2 — Израиль и его соседи, 1949–1967 гг.
7.1 — Израиль и оккупированные территории, 1967 г.
11.1 — Блоки поселений и обмен территориями, предложенный на переговорах в Аннаполисе в 2008 г.
Предисловие к первому изданию
Война, вспыхнувшая на Ближнем Востоке в июне 1967 г., заставила меня, тогда старшекурсника, выбиравшего для себя тему будущей диссертации, впервые осознать всю сложность арабо-израильского конфликта. Первой моей реакцией стало желание отыскать решение проблемы, естественным образом вытекающее из опыта моей собственной страны. Канада праздновала тогда свой столетний юбилей, и там шли оживленные публичные дебаты о том, как англичане и французы могут, как и прежде, гармонично сосуществовать в рамках единой федерации. Но год исследовательской работы и учебы в Лондоне неожиданно пробудил во мне интерес к историческим истокам и траектории развития арабо-израильского конфликта, полностью переключив мое внимание с будущего на прошлое.
С тех пор я посвящаю свои научные, литературные и преподавательские усилия почти исключительно истории, дипломатии и психологии этого конфликта. Больше всего мне нравилось копаться в архивах в поисках первоисточников и писать статьи и монографии для научной аудитории — в итоге, несмотря на отсутствие формального исторического образования, я сформировался как историк. В то же время я проникся глубоким интересом к социально-психологическим аспектам этого длительного конфликта и осознал их огромное значение.
Мало что в этом споре и в отношении к нему обеих сторон можно назвать простым и понятным, и потому так трудно коротко и ясно суммировать его события и задействованные в нем факторы, не игнорируя при этом их многогранности. Эта книга, написанная для серии «Оспаривая прошлое» (Contesting the Past) издательства Wiley-Blackwell, родилась из прочитанных мною в различных университетах лекций, дополненных некоторыми критическими размышлениями о том, как этот конфликт описывается в академической и популярной литературе. Она должна занять свое место в ряду нескольких уже изданных исторических обзоров, но не ограничивается простым пересказом событий, фокусируясь, кроме того, на тех фундаментальных расхождениях, которые, как мне представляется, заводят в тупик как конфликтующие стороны, так и историков конфликта.
Одна из трудностей, с которыми я столкнулся, работая над этой книгой, состояла в том, что при изложении истории конфликта мне было непросто выбрать подходящий уровень детализации. Основной текст я решил посвятить общему обзору событий, время от времени отсылающему читателя к порой пространным примечаниям, где приводятся дополнительные нюансы и противоположные интерпретации; к ним можно обращаться или не обращаться в зависимости от желания или потребности узнать больше.
И наконец, несколько слов о восприятии и пристрастности. Одна из опасностей, подстерегающая любого, пишущего на эту тему, состоит в том, что всегда найдется человек, который сочтет то или иное слово или фразу чрезмерным упрощением или искажением событий или мотивации действующих лиц. Я делал все возможное, чтобы предвосхитить такую реакцию, тщательно подбирая выражения с учетом всех смысловых и эмоциональных оттенков. Я надеюсь, что читатели оценят мои усилия, направленные на то, чтобы обеспечить каждой из оспариваемых версий истории этого конфликта право на справедливое рассмотрение наравне с другими.
Я благодарен коллегам и друзьям, которые по доброте душевной помогали мне, отвечая на вопросы и критикуя черновики отдельных глав. Кто-то из них наверняка не согласится с какими-то аспектами моего описания истории или историков, поэтому я избавлю их от неловкости и не стану перечислять здесь их имена, а вместо того выскажу свою благодарность в частном порядке. Добрее всех ко мне была моя жена Мара, которая оказывала мне столь необходимую эмоциональную поддержку, в ущерб себе обеспечивая автору этих строк наилучшие условия для занявшей немалый срок работы над книгой.
Предисловие ко второму изданию
В новом издании мною предпринята попытка, во-первых, включить в изложение ряд важных событий, случившихся за те десять лет, что прошли с публикации первого издания. С этой целью заключительная глава части II была заменена двумя новыми.
Во-вторых, общественные науки в эти годы не стояли на месте, да и объем популярной литературы, посвященной конфликту, тоже продолжает расти. Поэтому я соответственно расширил список источников в конце книги, включив в него избранные новые публикации.
Я с удовольствием отмечаю, что две центральные концепции или закономерности, намеченные мною в первом издании, были подхвачены и получили дальнейшее развитие в трудах других авторов: это, во-первых, акцент на восприятии себя как жертвы, свойственном обеим противоборствующим сторонам, а во-вторых, анализ конфликта как основанного на соперничающих нарративах. Популярность последнего подхода нашла отражение в целом ряде новых исследований [1], а также в международных образовательных инициативах, о чем будет сказано в главе 13.
