Истинный целитель (СИ)
Глава 10. Правда рано или поздно открывается
И снова Дамблдору не удалось удержать Снейпа в школе. Директор, конечно, старался, но демонстративно ухватившийся за левую руку Северус отверг все аргументы. И не важно, что метки уже давно не было. В конце концов, об этом знали только трое - сам зельевар, Лорд и тот, кто эту метку одним своим прикосновением отправил в небытие. Отделавшись от Дамблдора, Снейп сразу же помчался домой, надеясь, что Марволо уже там. Не ошибся.
Лорд приветствовал Северуса стаканом с виски, сидя в кресле у камина. Сейчас он выглядел совсем по-другому. Еще бы, разделение удалось. В магический мир пришел мужчина лет сорока с черными волосами до плеч и яркими синими глазами, в глубине которых то и дело вспыхивало багровое пламя.
- И? - впервые в жизни Снейп позволил всем своим маскам полностью слететь.
- Забавно было, - задумчиво произнес Марволо, отпив глоток. - Я с каждым разом удивляюсь этому ребенку все больше, а понимаю его все меньше.
- Что случилось на кладбище? - Северус и себе налил виски.
- Сначала все шло по плану. Создание прошлым летом из одного крестража гомункула-младенца оказалось очень хорошей идеей. Он оттянул часть дисбаланса на себя, позволив нам с Квиринусом просуществовать в более-менее комфортном состоянии до самого ритуала. Все могло быть совсем хорошо, если бы не Петтигрю. Вот ведь крыса, - мужчина скривился. - Я много людей видел, но подхалимство, люзоблюдство и все с этим связанное приняло в нем… какие-то гипертрофированные размеры. Проблема в том, что убрать его без последствий не получалось. Пришлось включить в работу. И он чуть все не испортил, когда Гарри вывалился на кладбище вместе с еще одним хогвартским чемпионом. Знаешь, Северус, все-таки вокруг меня очень мало умных и сообразительных людей. И почему слова «убрать, устранить» все воспринимают как синоним «убить»? Впрочем, я следил за ситуацией, так что смог отклонить луч этой крысы и просто оглушить мальчишку Диггори. Но идиот Петтигрю зачем-то привязал Гарри к надгробью. А мальчик… - тут Марволо хихикнул самым неподобающим образом. - Ты бы видел, Северус, с каким живым интересом этот ребенок следил за всем происходящим. Я его таким никогда не видел. В общем, зелье мы сварили, гомункула в котел сунули, я активировал заранее нарисованные руны. Все посвященные к счастью оказались на своих местах. Переселение в созданное тело было несколько болезненным, да и выглядел я сначала как недочеловек-ящер. То еще зрелище. Потом мы с Гарри устроили дуэль. Показательную, для прибывших Пожирателей. Метка-то активировалась, зараза. Да, таких больших и перепуганных глаз у Люциуса я еще не видел. Будь его воля, он бы подхватил подол мантии, сунул жену и сына под мышку и аппарировал подальше.
- Как вернулась внешность? - в Снейпе заговорил ученый.
- Через несколько дней и сама собой, - фыркнул Марволо. - Я так и не разобрался почему. Но состояние стабильное. Если хочешь, можешь попробовать все выяснить.
- Что насчет Поттера? - да уж, самая животрепещущая тема.
- А сам как думаешь? - хмыкнул Лорд. - Знаешь, что заявил этот странный донельзя ребенок, когда у него взяли кровь? «Как скучно!» Покидались с ним заклинаниями. Кстати, у нас похожие палочки. Эффект был незабываемый, - в голосе мужчины появился сарказм. - Поттеры-старшие в виде приведений, еще какие-то люди… А Гарри глазенками похлопал и говорит: «И все?!» Да так обиженно, что я едва не забыл о продолжении спектакля для непосвященных.
- Не уверен, но у Поттера, кажется, какое-то извращенное понятие о мире. Возможно, ваша первая встреча прошла для него не так уж бесследно, как все считают. И я говорю не о знаменитом шраме, - произнес Северус. - Да, мальчик хорошо учится, быстро запоминает, но если ему что-то не нравится или, по его мнению, не нужно, то он к этому уже не возвращается. Не захотел ходить на некоторые уроки и, даже несмотря на расписание, не пошел.
- Он видит только тех людей, которые интересуют его как пациенты, - вздохнул Марволо. - Но при этом не все удостаиваются внимания. Кому-то он не будет помогать вообще. И я не могу понять критериев его выбора. Ладно, ты, я, возможно Малфой. Но тот же Дамблдор? Сильный маг, и к нему прислушиваются. Он ведь делает все, чтобы найти подход к Поттеру. А толку? И кстати, могу точно сказать, метку Гарри воспринимает как болезнь.
- Я присутствовал при ряде попыток обработки мальчика, - хмыкнул Снейп. - Незабывае6мое зрелище. Чихать хотел этот ребенок на нашего самого светлого. Сидит, улыбается в потолок. Правда, я не уверен, что он просто его изучает. Не четыре же года. К тому же несколько раз после посещений Поттера у Дамблдора в кабинете был бедлам, да еще и защита чудила немного, словно в ней кто-то повозился.
- А вот теперь мы и подошли к самому интересному, - Лорд стал очень серьезным. - Я нашел всю возможную литературу по Истинным Целителям. Северус, этот ребенок должен видеть нити магии. Везде. И, думаю, именно это и привлекает его внимание к предметам и людям. Я тут просканировал кое-кого. Ситуация такая. У некоторых нити магии очень яркие, светящиеся. У большинства они тусклые, да и набором цветов не радуют. У кого-то вообще есть дыры. Скорее всего, Гарри обращает внимание на яркие нити. Лечить он может всех, но интерес проявляет лишь к некоторым, к очень ограниченному числу людей, в число которых входят его родственники, я, ты и еще несколько личностей. Остальные для него ничего не значат.
- Рейвенкловцы с момента появления Поттера в школе ни разу не обращались в больничное крыло…
- А зачем? Этот ребенок, проходя мимо, может всего лишь коснуться рукой, и болезни нет, малозначительной болезни, простуды какой-нибудь или царапины. А в серьезных случаях… Ты в курсе, что мадам Помфри водит его в Святого Мунго? Там теперь целая бригада колдомедиков работает только с ним. Одни помогают, другие следят за его состоянием. Слышал о МакКалистере? Его сын не встает. Не вставал. Два сеанса, всего два, и ребенок летает по коридорам клиники. Дункан МакКалистер на коленях стоял перед Гарри и ноги ему целовал. А дитятко наше не реагировало, словно ничего не происходило. И Северус, прошу, в этом учебном году будь предельно внимателен.
- Предполагаешь обострение?
- Гарри тридцать первого июля исполняется пятнадцать лет. Пик пробуждения Целителя. Он станет еще более… как бы это сказать, не от мира сего, - скривился Марволо. - Все же я склоняюсь к тому, что у мальчика некоторое расстройство, отсюда и его отстраненность, легкое помешательство. Его проверили в Мунго и ничего не нашли, вернее, ничего, что можно было бы классифицировать. Он не буйный, заторможенности развития нет. Итак, пятнадцать лет - пик раскрытия силы Целителя. И тут есть один момент. Убить он не может, но должен выпустить из себя агрессию. Кому-то в этом году сильно не повезет. Чем быстрее Гарри проявит себя, тем лучше. Иначе сила замкнется в нем, а лечение будет даваться очень тяжело. Мальчик должен научиться выводить болезнь не в себя, как он делает сейчас, это неправильно. Родственники хоть и разобрались в том, кто он, но им не дано знать все тонкости.
- Я прослежу, - кивнул Северус.
* * *
Лорд, можно сказать, поселился в доме Снейпа. Каждый вечер он возвращался туда, чтобы провести время с другом. Каким-то образом им удалось создать иллюзию того самого пугающего облика, который получился при возрождении, и теперь Марволо развлекался, пугая своих сторонников, а вечером жаловался на их бестолковость Северусу.
Ничего не стояло на месте и в обычном мире. Газеты поливали грязью Дамблдора и Поттера. Хотя сам Гарри ни разу не произнес ни слова о возрождении Темного лорда, эти заявления почему-то приписывали именно ему. Сам мальчик ни сном, ни духом об этом не знал. В это же время директор возродил старый орден для борьбы с Волдемортом. Штаб обосновался в доме Блека, который огрызался на всех и вся. Северус бывал на собраниях и постепенно начинал понимать, что бывший заключенный переживает за своего крестника, но, не зная, где он, сделать ничего не может. Потом случилось нападение двух дементоров на Литтл-Уининг. Под удар попало несколько магглов, причем в непосредственной близости от того дома, где должен был проживать Мальчик-который-выжил. Северус и Марволо призадумались над этим, когда в очередной раз сидели у камина за вечерним разговором. На ум приходило только министерство.