Ловушка для горничной

– Зачем ты так? Приятно, когда управляющему не плевать на здоровье подчинённых. Да и доктор не помешает, – наивно рассуждает Дарина, ставит поднос с едой и чаем на стол. Снова поднимаюсь на подушках, принимая полусидячее положение, раскрываюсь – мне снова жарко.
– А Андрей Сергеевич у нас не заботливый добродетель, он пытается косяки замазать и яйца свои ко мне снова подкатить, – отмахиваюсь я, чтобы Дарина не очаровывалась.
  
– Правда? – распахивает глаза, прикрывая рот рукой. – У тебя парень есть, да? Или не нравится мужчина? Вроде статный, привлекательный.
– Это только внешний лоск, Дарина. Не ведись. Внутри он не такой красивый.
– Да?
– Потом как-нибудь расскажу.
На самом деле не расскажу. Мне всегда парадоксально стыдно за то, что со мной делают мужчины. Словно я виновата. Да и не нужно этой маленькой, наивной девочке знать жёсткую правду. Может, бог ее милует, и она никогда не снимет розовые очки…
 
Глава 3
 
Василиса
Болею третий день. Уже намного лучше, но Люба еще не допускает меня к работе. В общем, распоряжается не она, а управляющий. Но Люба в этом доме – серый кардинал, по бытовым вопросам решает все она.
Андрей все-таки вызвал мне врача, как грозился. Ко мне приезжал терапевт. Ничего нового она не сказала, про ангину знаю все, и как лечить ее – тоже. Но я не стала прогонять доктора, она не виновата в том, что ее вызвал ненавистный мне человек.
Если честно, я устала лежать и слоняться по комнате. Вечера скрашивает Даринка, что-то рассказывая. Она такая забавная, искренняя и простая. Листаю очередную книгу в планшете. Нет, женских романов я не читаю. Не грежу принцами и большой любовью. Это не любовные романы – это фантастика. То, чего в жизни нет. Предпочитаю детективы, триллеры, мистику, хоррор или что-то психологическое. То, от чего приходят в восторг мои тараканы.
Вздрагиваю, когда дверь в домик резко распахивается. Марк.
Марк – сын хозяина дома. Мы общаемся. Нет, не дружим, конечно. С этим гадёнышем трудно дружить. Он высокомерен, наглый, развязный, настоящий зажравшийся мажор. Но обаятельный и прикольный, когда хочет. В свое время он тоже меня доставал, как и всех в этом доме. Но я смогла поставить его на место. Думала, меня уволят тогда за такое обращение с его сиятельством Марком Демьяновичем. Но нет, этому гаденышу зашло моё хамство. Зацепило. Он тоже мужчина, но с ним мне просто. Марк молод, еще пацан, по сути, младше меня на три года, и я воспринимаю его по-другому. Главный фактор – то, что он не лезет мне в трусы, и это огромный плюс в его карму.
– Привет, болезненная, – ухмыляется он, проходя в комнату и рассматривая медикаменты на тумбе.
– О боже, сам Марк решил опуститься до моего уровня и навестить, – закатываю глаза. Мы так общаемся. Игриво кусаясь. Нам по приколу.
– Пришел посмотреть, не померла ли, – опирается бедрами на наш стол, складывая руки на груди. Хорош, зараза. Гены у него шикарные, спортивное телосложение. Это с виду он придурок и засранец. На самом деле у него черный пояс по дзюдо. Мог бы стать хорошим спортсменом, но лень-матушка и разгульная жизнь мажора его испортили.
– Забота в стиле Марка, – усмехаюсь я. – Спасибо, пока жива, – развожу руками.
– Да какая там забота, – строит из себя «плохого мальчика». – Задрала эта безрукая новенькая.
– Дарина?
– Да плевать мне, как ее зовут. Она тупая, как пробка, и безрукая – чуть достоинства меня ни лишила, горячим кофе облила.
– Ой, было бы чего лишать, – стебусь я.
– Не веришь – могу показать, – начинает расстёгивать ремень на брюках.
– Ой, верю я, верю, прекрати! – смеюсь, закрывая лицо руками. Ведь гад покажет же. – А ты там обижаешь Дарину, да? – прищуриваюсь.
– Да она уже богом обиженная, – отмахивается.
– Прекращай. Нормальная она. Просто еще не привыкла.
– В общем, ты давай не валяйся здесь, выходи на работу, мне скучно. Я тут небольшую вечеринку устраиваю. Может, присоединишься? Побухаем – твою болезнь как рукой снимет.
– Упаси меня боже бухать с твоими друзьями. Они еще хуже, чем ты.
– Есть такое. Ну давай, не болей, – разворачивается, уходит. В дверях останавливается. – Передумаешь – присоединяйся. С девочкой познакомлю. Раз тебя мальчики не вставляют, – ухмыляется гад.
Да, как-то в шутку я ляпнула, что мужики меня не привлекают. Он теперь стебется. И ведь правду сказала. Мужчины вычеркнуты из моей жизни. Хорошо бы стать лесбиянкой. Но вот проблема в том, что это тоже не мое.
Закрываю книгу, нахожу себе сериал, чтобы скоротать вечер. Даринки долго нет. Хотя должна была уже закончить работу. Через несколько часов она влетает в домик. Растрёпанная вся, форма разорвана. Глаза огромные, испуганные.
– Ты чего?! – соскакиваю с кровати. – Что случилось?
– Я… Я… Я…
И все. Дальше истерика. Она рыдает, заикаясь и объясняя, что вечеринка у гаденыша Марка «удалась». Нет, это не он ее тронул. Его друг, но с подачи Марка. Пытаюсь успокоить Дарину. Люба прибегает с успокоительными. Отпаиваем ее, приводим в порядок, утешая как можем, укладывая в кровать.
А меня саму всю трясет. Хочется бежать в комнату Марка и расцарапать его лицо. Еще одна мразь растет. Но все бесполезно – он пьян в стельку.
Утром приезжает хозяин и вызывает Марка, Василису и охранника, который вступился за Дарину и предотвратил издевательство над девочкой.
(Кому интересна история Дарины и хозяина дома Демьяна, приглашаю в историю «Горничная для тирана»).
Все получают по заслугам. Марк – взбучку от отца, Дарина – компенсацию со счета Марка, охранник – премию. И все бы ничего. Только я никак не могу успокоиться. Мне кажется, Дарину уже не так трясёт, как меня от злости и ярости. Я все это проходила, и мне жутко оттого, что кто-то мог пережить то же самое. Я глубоко разочарована в Марке. Даже несмотря на то, что он не трогал и пальцем Дарину, Марк мог все предотвратить, но не стал…
Люба допускает меня к работе, позволяя Дарине передохнуть. Первым делом иду в спальню Марка. Шумно распахиваю дверь, подхожу к кровати и пинаю ее со всей силы. Козлина спит в одних трусах, развалившись на кровати. Шлюх тебе, что ли, не хватает, урод! Вот из-за таких козлов девочки потом становятся больными на всю голову, как я.
Марк не просыпается, еще пару раз от души пинаю кровать. Марк открывает глаза, щурится.
– Вася, ты ох*ела?!
– Да я вообще в шоке! Ты что натворил?! – шиплю, как кошка.
– Ой, скройся! – отмахивается от меня, переворачиваясь на живот. – Казнь уже состоялась, надо было присутствовать, – бурчит он, пряча голову под подушкой. Хватаю подушку, откидывая ее на пол.
– Я полагала, что в тебе есть правильное нутро. А ты такая же мразь, как все. Очень разочарована в тебе!
– Ох, бля, разочарована она. Сейчас утоплюсь в местном пруду с горя. Скройся, и так голова трещит.
– Прекрати! Ты зачем тронул девочку?! – еще раз пинаю кровать. Мне плевать, что он сын хозяина. Мне сейчас на все плевать. Я в ярости.
Еще раз пинаю кровать.
– Вася, мать твою! – ловит меня за ногу, сжимает. – Не трогал я ее! Ты всех убогих опекаешь?
– Ты позволил, чтобы ее тронули! Ты не мужик! Ты… – задыхаюсь.
– Да не помню я ни хрена! Не вопи. Принеси лучше воды со льдом.
– Щас прям разбежалась! Тебя для меня больше нет!
– А ты че такая борзая? Вылететь с работы захотела? – отпускает мою ногу, снова переворачивается на спину, смотря на меня красными глазами.
– Ну попробуй вышвырнуть меня, – ухмыляюсь, точно зная, что Демьян Ростиславович не уволит. Да и не расскажет Марк ничего. Он с отцом не в лучших отношениях.
– Пипец, Вася, и так тошно. Ну клянусь, не помню. Травка была зачётная. Меня уже поругали и в угол поставили. Все. С*ебись.
– Мало тебе, козлу, – еще раз пинаю его кровать, разворачиваюсь, чтобы уйти, но сталкиваюсь в дверях с Андреем. Хмурит свои густые брови. Хочу его обойти, но он хватает меня за предплечье и оттаскивает вглубь коридора.