50 оттенков свободы

Я смеюсь. Кейт никогда не преминет указать на очевидное. Она заключает меня в объятия — те самые, фирменные — от Кэтрин Кавана.
— Все будет хорошо. А если с твоей головы упадет хотя бы волосок, ему придется отвечать передо мной. — Она отстраняется и улыбается кому-то, кто стоит у меня за спиной.
— Привет, малышка. — Кристиан обнимает меня сзади, целует в висок. — Здравствуй, Кейт. — Его отношение к ней не смягчилось, хотя и прошло уже шесть недель.
— Привет, Кристиан. Пойду поищу твоего шафера, а то он совсем про меня забыл.
Кейт улыбается нам обоим и направляется к Элиоту, выпивающему в компании ее брата Итана и нашего друга Хосе.
— Пора, — негромко говорит Кристиан.
— Уже? Для меня это первая вечеринка уже не помню с каких пор, и я вовсе не прочь побыть немного в центре внимания. — Я поворачиваюсь и смотрю на него.
— Ты это заслужила. Выглядишь потрясающе.
— Ты тоже.
Он улыбается, смотрит на меня сверху и как будто прожигает взглядом.
— Чудесное платье. И тебе идет.
— Вот это, старенькое? — Я смущенно краснею и приглаживаю тонкое кружево простенького, незамысловатого свадебного платья, скроенного матерью Кейт. Мне оно сразу понравилось — кружевное, скромное и в то же время смелое.
Он наклоняется и целует меня.
— Идем. Не хочу больше делить тебя со всеми этими людьми.
— А мы можем уйти с собственной свадьбы?
— Детка, это же наша вечеринка, и мы можем делать, что хотим. Мы уже разрезали торт, и теперь мне бы хотелось умыкнуть тебя для личного пользования.
Я смеюсь.
— Для этого у вас, мистер Грей, вся жизнь впереди.
— Рад слышать, миссис Грей.
— А, вот вы где! Воркуете как голубки.
Только этого не хватало. Нас нашла бабушка Грея.
— Кристиан, дорогой, потанцуешь с бабушкой?
Кристиан слегка поджимает губы.
— Конечно.
— А ты, прекрасная Анастейша, иди порадуй старика — потанцуй с Тео.
— С Тео?
— С дедушкой Тревельяном.
— Да, можешь называть меня бабушкой. И вот что: вам стоит серьезно поработать. Мне нужны правнуки, а долго я не протяну.
Она одаряет нас притворной улыбкой. Кристиан смотрит на нее с ужасом.
— Идем, бабушка, — говорит он и, взяв старушку за руку, торопливо уводит на танцпол, но на ходу оглядывается и, скорчив недовольную гримасу, закатывает глаза. — Попозже, детка.
Я иду к дедушке Тревельяну, но натыкаюсь на Хосе.
— Просить еще один танец не стану. Я и так уже практически монополизировал тебя. Рад, что ты счастлива, но… я серьезно, Ана. Понадоблюсь — буду рядом.
— Спасибо, Хосе. Ты — настоящий друг.
— Я серьезно, — с неподдельной искренностью говорит он.
— Знаю. Спасибо, Хосе. А теперь извини, пожалуйста, но… у меня свидание.
Он смотрит на меня непонимающе.
— С дедушкой Кристиана, — поясняю я.
Хосе улыбается.
— Удачи, Ана. Удачи во всем.
— Спасибо.
Старик неизменно мил. После танца с ним я стою у застекленной двери. Солнце медленно опускается над Сиэтлом, бросая на залив ярко-оранжевые и синие тени.
— Идем. — В голосе Кристиана — нетерпение.
— Мне надо переодеться. — Я хватаю его за руку, хочу затянуть через дверь в комнату и пойти наверх вместе. Он непонимающе хмурится и мягко тянет меня к себе.
— Думала, ты поможешь мне снять платье, — объясняю я.
Его глаза вспыхивают.
— Правильно. — Кристиан чувственно ухмыляется. — Но здесь я раздевать тебя не буду. Мы не можем уйти, пока… Не знаю… — Он делает неопределенный жест рукой. Предложение остается незаконченным, но смысл вполне ясен.
Я вспыхиваю от смущения и отпускаю его руку.
— И не распускай волосы, — предупреждает он.
— Но…
— Никаких «но», Анастейша. Ты прекрасно выглядишь. И я хочу сам тебя раздевать.
Вот так. Я хмурюсь.
— Собери одежду, которую возьмешь с собой, — распоряжается Кристиан. — Она тебе понадобится. Твой большой чемодан — у Тейлора.
— Ладно.
Что он задумал? Куда мы поедем? Мне никто ничего не сказал. Наверно, никто и не знает. Ни Миа, ни Кейт пока еще никакой информации у него не выведали. Я поворачиваюсь к матери — она стоит неподалеку с Кейт.
— Я не буду переодеваться.
— Что? — удивляется мама.
— Кристиан не хочет. — Я пожимаю плечами, как будто этого вполне достаточно и других объяснений не требуется.
— Ты не обещала во всем ему подчиняться, — коротко нахмурившись, тактично напоминает мама. Кейт фыркает и тут же закашливается. Я смотрю на нее, прищурившись. Ни она, ни мама даже не догадываются о наших с Кристианом спорах насчет этого. Рассказывать об этих спорах мне не хочется. Черт возьми, может ли мой муж дуться и… мучиться от кошмаров? Память отрезвляет.
— Знаю, мама, но ему нравится это платье, а я хочу ему угодить.
Она смягчается. Кейт картинно закатывает глаза и тактично отходит в сторонку, оставляя нас наедине.
— Дорогая, ты так чудесно выглядишь. — Карла бережно убирает выбившуюся прядку и гладит меня по щеке. — Я так горжусь тобой, милая. Уверена, Кристиан будет с тобой счастлив. — Она заключает меня в объятия. Ох, мама! — Ты такая взрослая, даже не верится. У тебя начинается новая жизнь. Только помни, что мужчины с другой планеты, — и все будет хорошо.
Я тихонько хихикаю. Мама и не знает, что мой Кристиан — из другой вселенной.
— Спасибо, мам.
Рэй подходит и улыбается нам обоим.
— Какая у тебя, Карла, красавица выросла. — Глаза его сияют от гордости. В новом смокинге и бледно-розовой жилетке он и сам выглядит весьма элегантно.
Я моргаю — к глазам подступили слезы. О нет… пока мне удавалось сдерживаться.
— Выросла у тебя на глазах, Рэй. И с твоей помощью. — Голос у мамы грустный.
— О чем нисколько не жалею. Ты чертовски хороша в этой роли, Ани. — Рэй убирает мне за ухо ту же непокорную прядку.
— Папа… — Я сглатываю подступивший к горлу комок, и он обнимает меня, коротко и неуклюже.
— И жена из тебя тоже чудесная получится, — сдавленно шепчет он и опускает руки. Рядом уже стоит Кристиан.
Рэй тепло жмет ему руку.
— Ты уж приглядывай за моей девочкой.
— Именно этим и намерен заняться. Рэй… Карла… — Он кивает моему отчиму и целует маму.
Гости уже образовали что-то вроде длинного живого коридора, ведущего к парадному входу.
— Готова? — спрашивает Кристиан.

— Да.
Он ведет меня под аркой из вытянутых рук. Все кричат, желают нам удачи, поздравляют и осыпают рисом. В самом конце этого коридора улыбающиеся Грейс и Каррик. Они тоже обнимают нас и целуют. Грейс снова расчувствовалась. Мы торопливо прощаемся.
Тейлор уже сидит за рулем «Ауди». Кристиан открывает дверцу, я оборачиваюсь и бросаю в кучку собравшихся молодых женщин свой букет из белых и розовых роз. Миа ловит его и расплывается в победной улыбке. Я проскальзываю, смеясь, в салон, а Кристиан, наклонившись, подбирает мой шлейф. Убедившись, что я в безопасности, он машет гостям.
Тейлор открывает ему дверцу.
— Поздравляю, сэр.
— Спасибо. — Кристиан усаживается рядом со мной.
Тейлор трогает, и мы отъезжаем, осыпаемые рисом.
Кристиан берет мою руку и целует пальцы.
— Пока ведь все хорошо, миссис Грей?
— Пока все замечательно, мистер Грей. Куда мы едем?
— В Си-Так,[3] — отвечает он с загадочной улыбкой сфинкса.
Эге, и что же у него на уме?
Вопреки моим ожиданиям, Тейлор не поворачивает к терминалу вылета, а проезжает через служебный вход ко взлетной полосе. И что?
И тут я вижу его, личный самолет Кристиана. На фюзеляже крупными голубыми буквами — «Грей энтерпрайзес холдингз инк.».
— Только не говори, что снова используешь собственность компании в личных целях!
— Надеюсь, ты права. — Он улыбается.
Тейлор останавливается у трапа и, выскочив из машины, открывает дверцу со стороны Кристиана. Они обмениваются несколькими словами, после чего Кристиан открывает дверцу мне, но не отступает в сторону, а наклоняется и поднимает меня с сиденья.
Ух!
— Ты что делаешь?
— Переношу тебя через порог.
— А…
И это дом?
Он легко несет меня по трапу. Тейлор поднимается следом с моим чемоданом, наверху ставит его за порожком, спускается и идет к «Ауди». Я заглядываю в салон и вижу Стивена, пилота Кристиана.
— Добро пожаловать на борт, миссис Грей. — Он приветливо улыбается нам обоим. Кристиан опускает меня на пол и здоровается со Стивеном за руку. Рядом с пилотом стоит темноволосая женщина, тоже в форме, лет, наверно, тридцати с небольшим. — Примите мои поздравления.
— Спасибо. — Кристиан поворачивается ко мне. — Со Стивеном ты уже знакома. Сегодня он наш капитан. А это — его первый помощник, Бигли.
Женщина краснеет и смущенно моргает. Я закатываю глаза. Еще одна поклонница моего мужа. По-моему, это тот случай, когда популярность идет человеку во вред.
— Рада с вами познакомиться, — с придыханием говорит Бигли. Я благосклонно ей улыбаюсь: в конце концов, он мой.
— Все готово? — спрашивает Кристиан.
Я оглядываю салон. Интерьер отделан светлым кленом и кремовой кожей. Мило. В самом конце салона — еще одна женщина, миловидная брюнетка. Это еще кто такая?
— Все системы в порядке. Погода благоприятная до самого Бостона.
Бостон?
— Турбулентность?
— До Бостона не ожидается. Небольшой погодный фронт над Шенноном. Вот там, возможно, потрясет.
Шеннон? Ирландия?
— Понятно. Надеюсь, поспать все же удастся, — замечает Кристиан.
Поспать?
— Будем взлетать, сэр, — говорит Стивен. — О вас позаботится Наталия, ваша бортпроводница. — Мой муж бросает на нее быстрый взгляд и хмурится, но к Стивену поворачивается с улыбкой.
— Отлично. — Кристиан берет меня за руку и ведет к роскошному кожаному креслу. Всего кресел около дюжины. — Садись. — Он снимает смокинг, расстегивает серебристую парчовую жилетку.
Мы садимся лицом друг к другу. Между нами — небольшой полированный столик.
— Добро пожаловать на борт. Мои поздравления. — Наталия предлагает нам по бокалу розового шампанского.
— Спасибо, — говорит Кристиан, брюнетка вежливо улыбается и уходит в камбуз.
— За счастливую семейную жизнь. — Кристиан поднимает бокал, мы чокаемся. У шампанского восхитительный вкус.
— «Боланже»? — спрашиваю я.
— Оно самое.
— В первый раз я пила его из чайной чашки.
— Я хорошо помню тот день. Твой выпускной…
— Куда летим? — Любопытство распирает, и я уже не могу сдерживаться.
— В Шеннон. — Глаза у Кристиана вспыхивают, как у предвкушающего приключение мальчишки.
— Так мы отправляемся в Ирландию?
— Для дозаправки, — добавляет он. Издевается.
— А потом? — не отступаю я.
Он улыбается еще шире и качает головой.
— Кристиан!
— Потом — Лондон. — Он внимательно смотрит на меня, пытаясь предугадать мою реакцию.
Ух ты! Я-то думала, мы отправимся в Нью-Йорк, Аспен или, может быть, на Карибы. Лондон! Даже не верится. Я всегда мечтала побывать в Англии. На душе становится светло, как будто от счастья там зажглась какая-то лампочка.
— Потом — Париж, — добавляет Кристиан.
Что?
— Потом — юг Франции.
Здорово!
— Я знаю, что ты всегда мечтала съездить в Европу, — мягко говорит он. — И хочу, чтобы твои мечты стали явью.
— Мои мечты — ты. И они уже сбылись.
— Я могу сказать то же самое о вас, миссис Грей, — шепчет он.
Ну и ну…
— Пристегнись.
Я улыбаюсь и пристегиваюсь.
Пока самолет выруливает на взлетную полосу, мы попиваем шампанское и глуповато улыбаемся друг другу. Мне все еще трудно поверить в происходящее. Дожив до двадцати двух лет, я наконец-то отправляюсь в Европу, и не куда-нибудь, а в Лондон!
Самолет набирает высоту. Наталия наливает нам еще шампанского и начинает готовить брачный пир. Да еще какой — копченый лосось, жареная куропатка с салатом из зеленых бобов и картофель-«дофинэ». Стюардесса демонстрирует пример эффективности.
— Десерт, мистер Грей? — спрашивает она.
Он качает головой, проводит пальцем по моей нижней губе и вопросительно смотрит на меня — в упор, пристально, с каким-то мрачным, но непонятным выражением.
— Нет, спасибо, — лепечу я, не в силах отвести глаз. Его губы складываются в едва заметную улыбку. Наталия уходит.
— Вот и хорошо, — негромко говорит он. — Вообще-то я уже спланировал, что получу на десерт тебя.
Ой… здесь?
— Идем. — Он встает из-за стола, предлагает мне руку и ведет в хвостовую часть салона.
— Здесь ванная.
Кристиан указывает на небольшую дверцу и идет дальше, к другой двери в самом конце короткого коридорчика. Ух ты, спальня! Он оборачивается и привлекает меня к себе.