Кукла Буйного (СИ)

Щеки снова румянцем заливаются. Я многое изучала. Только видео эти я смотрела ночью. При выключенном свете. А тут... нужно смотря Эмиру в лицо все рассказывать. Стесняюсь жутко. А что, если засмеет? Что если ему такое веселье до лампочки? Он же разбалованный женским вниманием. Это для меня все в новинку. И позы... и ласки... Стоит вспомнить что я там смотрела, и я тут же до кончиков ушей краснею.
- Там девушка, она... Мужчине приятно делала. Целовала... Касалась...
С каждым новым словом я краснею все сильнее, а Эмир как будто кайф ловит от всего происходящего. Глаза вспыхивают огнем опасным. Улыбка становится шире. А я продолжаю заикаться.
- Она целовала его там... внизу... Где я рукой тебя касалась... и мужчине вроде нравилось... Но я не уверена... Точно не буду утверждать... но все выглядело так, что ему хорошо было.
- Непонятно, — хмыкает Буйный.
- Что именно...
- Ну целовала, где не пойму. Может покажешь?
Я с готовностью киваю. Даже устраиваюсь поудобней, чтобы... ну показать... А после вдруг понимаю. Взгляд поднимаю. И на лицо его довольное смотрю. Улыбка хитрая. Глаза блестят.
- Ах ты...
Пищу и в плечо его толкаю. Слезть хочу с дивана, но Эмир не пускает. Припечатывает к себе. Пальцы в волосы запускает. Фиксирует.
- Ты мне тоже скидку делай, кукла. Ты у меня такая первая. Сдержаться сложно. Ты каждый раз как будто на прочность меня испытываешь. Понимаю, что серьезно заливаешь. Краснеешь кайфово. Но чтобы не воспользоваться ситуацией сложно сдерживаться.
По губам пересохшим языком прохожусь. В глаза его смотрю. Киваю. Ладно, я ведь все равно попробовать хотела. С ним. Знала же какой Буйный. Что на него обижаться?
- Пошли, — Эмир вдруг произносит и с дивана встает. Меня поднимает. А я как обезьянка за него ногами и руками цепляюсь. Держусь. Упасть боюсь.
- Куда? — Спрашиваю и сама головой из стороны в сторону верчу.
- Начнем наше сближение с душа совместного. Это можно? — И на меня смотрит. Я с запозданием головой киваю. Внутри все сжимается от неизвестности. Но я хочу... Сама хочу... Стоит только вспомнить как я в прошлый раз его касалась. Как скользила пальчиками. Как до финиша его доводила, так внизу живота все и скручивает приятной судорогой.
Не проходит и пяти минут как Эмир меня и себя полностью раздевает. Я краснею. Стесняюсь. Но на него смотрю. Разглядываю во все глаза.
Буйный красивый. Очень. Только у него не такая красота, как у слащавых парней. А он по-мужски красивый. Сильный. Все эти его мышцы. Аж дыхание сбивается. Так и хочется прикоснуться. Пальчиками скользить. Каждую его мышцу потрогать. Узнать везде ли он такой твердый как камень.
- Стояк от одного твоего взгляда, — с ухмылкой мужчина произносит, когда мы оба в душевой кабинке оказываемся. Взгляд вниз опускаю и губу прикусываю. Нас теперь трое. Потому что кое-кто проснулся и, кажется, передает мне привет, покачиваясь из стороны в сторону.
Я едва не ляпаю «привет», уставившись на эту кочергу. Словно загипнотизированная смотрю. Член дергается, ещё выше поднимается.
Буйный не соврал. Я только смотрю, а стояк увеличивается. Крепнет. Вызывает внутри непонятное волнение.
Прихожу в себя от смешка мужчины. Понимаю, что пялюсь, не моргая. Я резко отворачиваюсь. Чуть не сношу баночки на полке. Включаю воду, она кипятком обрушивается на кожу.
  
Я суечусь, не знаю, куда деть руки. Ну не туда же опускать! Или именно этого ждет Эмир от меня? Чтобы я потрогала?
Как девушка в видео? И там мужчина такие звуки издавал странные. Ему либо нравилось, либо больно было. Но раз не остановил — значит, первое!
Я так же должна?
Мне хочется сделать приятно Эмиру. Что-то, чтобы ему зашло. Просто я не понимаю, как. Никто со мной на такие темы не разговаривал.
Подруга — ещё тоже ни с кем и никогда. Мама лишь отмахивалась, говорила, что такое лишь шлюхи обсуждают. Мне не было где узнать хоть что-то.
А теперь я заперта в душевой кабинке с обнаженным мужчиной. И дрожу от волнения, не представляя, что мне делать.
— Иди сюда, — Буйный подтягивает меня ближе. Прижимаюсь к его влажной разгоряченной коже. — Дрейфишь, кукла?
— Нет.
— Чего тогда застыла? Давай, — он перехватывает мою ладонь, тянет вниз. — Подружить вас с моим хуем надо. Чтоб не дергалась, как от чумы.
— Я просто…
Эмир использует запрещенный прием. Он целует меня, утягивая в вихрь ощущений. Жарких, приятных, крышесносных.
Губы покалывает от напора, мужчина толкается языком внутрь. Удерживает меня на месте, хотя я и не собиралась отстраняться.
Ладонь оказывается на крепком члене. Твердый как бита! Я чуть сжимаю от неожиданности, а Эмир гортанно стонет в мои губы. Ему нравится, да?
Я вспоминаю, как это было в прошлый раз. Как учил мужчина. Веду по всей длине, сильнее обхватываю пальчиками. Медленно изучаю, пытаясь уловить реакцию Эмира.
— Сука, кукла, не тормози, — он толкается в мою ладонь. — Тебе по кайфу мою выдержку тестировать? Допроверяешься. Прямо тут нагну.
— Ты обещал не приставать, — напоминаю, но ласкаю мужчину чуть быстрее.
— Ты мой член как антистресс сдавила. Кто к кому пристает?
Сердце начинает бешено колотиться в груди, когда я опускаю взгляд вниз. Моя кожа кажется совсем бледной на фоне мужчины.
На головке выступает белая капелька. Облизываю губы, чувствуя неожиданный интерес.
— Блядь, — Эмир ругается, упирается рукой в стену. — Ты меня кончить хочешь? Я пиздец нагрешил, если меня таким целибатом наградили.
— Эй! Я стараюсь. Правда. Я очень хочу, чтобы тебе хорошо было. Если я что-то не так делаю — скажи.
— Всё так. Но быстрее, кукла. Доведешь.
Куда ещё быстрее? Запястье с непривычки начинает ныть. Но Эмир так реагирует, что я не могу остановиться.
Его мышцы напрягаются. Кадык дергается. Мужчину будто разрывает от возбуждения, а он сдерживается.
Это неожиданно бьет в голову. Сильнее, чем дешевое вино из пакета. Достаточно лишь взгляда мужчины, чтобы я улетела.
Я чувствую себя пьяной и смелой. Он смотрит с голодом и неприкрытым желанием. Открыто показывает, как ему хорошо.
И я… Схожу с ума. Безумию от того, что внизу живота разливается жар. Ноги дрожат, подкашиваются, и я опускаюсь вниз.
Коленями я упираюсь в пол. Капли воды стекают по лицу, попадают в глаза, застилая обзор. Так даже хорошо. Не столь страшно.