Нелюбимый муж. Вынужденный брак для попаданки (СИ)

Удивил меня только внешний вид работниц гостиницы, когда мы вошли в столовую. Девушки были разного возраста, но все очень красивые или по крайней мере ухоженные и одетые очень небедно. Они о чём-то переговаривались, громко смеялись или шептались с хитрым видом. В общем не выглядели как уставшие служанки. Но это же наверное хорошо?
— Поешь. Потом пойдёшь к нашему лекарю, он тебя осмотрит и выдаст заключение, что можно приступать к работе. Затем найдёшь меня, я скажу, где и во что переодеться, и дальше провожу.
  
  
Глава 15
 
Порадовавшись, что тут настолько всё серьёзно, что выдают даже заключение по здоровью (после работы в кафе в моём мире возникла ассоциация с медицинскими книжками), я уселась на ближайшую лавочку, принимаясь за завтрак.
— Ты новенькая? — приветливо улыбнулась мне одна из девушек, что сидели рядом.
— Да, сегодня только приступаю.
— О, повезло, что сюда взяли, — подмигнула она. — Хотя и понятно, ты же красивая. А тут лучшее место в городе. К нам и из других приезжают. И некоторые гости даже на открытие портала тратятся, чтобы к нам заглянуть. И платят хорошо.
— А как работа? Не сложная? — решила, пользуясь случаем расспросить обо всём.
— Ну когда как, — пожала та плечами. — Иногда быстро всё, иногда приходится постараться. Но у нас хозяйка понимающая, если сильно заездят, то выходной даёт.
— Ого, — удивилась я, что выходной могут предоставлять из-за усталости просто, а не по графику. Это было несколько странно, но кажется моя собеседница ничего странного не видела.
— Да, говорю же, у нас тут самое лучшее место, — гордо подтвердила девушка.
— А сама ты тут давно? — наложила себе немного еды и принялась есть, несмотря на отсутствие аппетита.
Малышу нужно, я не имею права морить его голодом. Да и чувствую себя после вчерашнего не блестяще. Несмотря на удачу в поиске работы, на душе скребли кошки, а горло першило. Ещё мне только простуды тут не хватало, точно на кухню не возьмут…
Поэтому занятая своими мыслями, если честно, слушала в пол-уха, хоть и старалась вникнуть.
— Полгода как. Сидеть на шее у родителей стало неудобно. Замуж идти не хотелось — муж-то за меня всё решать будет, свободы вообще не даст. У нас жена же как вещь, а то и хуже. Образования, чтобы иначе работать, у меня нет никакого. Вот и подумала, что накоплю на лучшую жизнь, и уеду в столицу. Тут рядом совсем. Может потом и фрейлиной во дворец устроиться выйдет. Там же никто меня знать не будет. Вдруг повезёт. Ну а пока работа особо не пыльная, сойдёт.
— И как, удалось накопить? — мельком отметила её планы, и ещё краем сознания зацепилась за фразу «не пыльная», что для горничной или работницы кухни уж слишком оптимистично.
— Если честно, пока немного, — рассмеялась девушка, отвлекая меня своей непосредственной реакцией от вопросов, что уже были почти сформированы в моей голове. — То украшения захочется красивые, то одежду. Нам выдают, конечно, для работы отдельную, но я больно меха люблю. А они дорогие. Правда, кое-что дарят ещё, конечно.
— Ну ничего, постепенно накопишь, — подбодрила её я, заканчивая как раз с завтраком и стремясь как можно скорее выяснить, что же мне предстоит делать. — А не знаешь, где тут лекарь? Мне сказали, к нему зайти.
— Давай провожу, — обрадовалась она и увлекла меня за локоток в сторону коридора, из которого мы попали в кабинет лекаря.
Тот на удивление осматривал меня артефактом. Видимо, маг. И сначала удовлетворённо кивал, а потом вдруг посмотрел на мой живот и удивлённо приподнял брови:
— Беременна? А работать как собираешься?
— Да как все, — пожала я плечами.
Лекарь нахмурился.
— Впервые такое встречаю, — поджал губы. — С хозяйкой надо поговорить. Возьмёт тебя или нет. У нас, конечно, разные клиенты заходят, но на такое спроса не припомню.
— Спроса? — тут уже пришла моя очередь удивляться.
— Ну да. Беременных никто не просил.
Я закусила губу.
— Что значит, никто не просил? Какая разница-то?
— Ну не скажи, разница есть. Это же на любителя особенность. В основном у нас все приличные. Ну и просят обычных женщин. Кому помоложе, кому постарше, блондинку, брюнетку, а так чтобы беременных…
— Брюнетку? — впервые услышала, что цвет волос горничной может иметь значение для постояльца.
И тут же нехорошее предчувствие ударило обухом по голове. Во рту стало горько, когда пазлы начали медленно и со скрипом, но складываться в общую картинку с осознанием того, что я тут вообще-то ночевала и ела, а значит, уже что-то должна…
— А вы меня не для работы горничной или кухаркой осматриваете, да? — и в этот раз мой голос прозвучал жалобно и тихо, а в конце и вовсе сорвался.
Кажется, я снова вляпалась в неприятности…
Лекарь воззрился на меня с недоумением.
— Ну какая горничная, милочка?
Я мигом прижалась спиной к двери.
— Простите… Кажется, произошло недопонимание. Я думала, это гостиница… эм… трактир…
— Передумала что ли? Тут каждый знает, что это за место. Вывеска на полздания весит. Как перепутать-то?
— Я ночью пришла же, темно было, не видно, — нашла правдивое оправдание. — Я не местная. Недавно в городе. Я не знала. Простите! Можно мне… Просто уйти?
— Ну это уж не мне решать. Иди к хозяйке или управляющей. Они пусть скажут, что дальше-то.
— Но вы же можете им сказать, что я… в положении? Так же нельзя работать тут?
Лекарь пожал плечами. Было видно, что он не сильно впечатлился моей историей. У него тут конвейер девушек. И ему совершенно нет дела до того, какое решение относительно меня примет руководство.
Выбежав почти из его кабинета, я попросила первую попавшуюся девушку проводить меня к управляющей, рассудив, что это она, наверное, утром меня и провожала. От ситуации, в которой оказалась, дрожали вновь руки и подкашивались ноги. Ну как можно было в поисках работы заявиться в дом терпимости⁈ Что со мной не так⁈
И даже тот факт, что внешне никаких признаков тому не было, всё равно меня не оправдывал. Да, будь девушки тут полураздеты или слишком ярко накрашены, может что и заподозрила бы. Но они все выглядели чистенько и прилично. Никакой вульгарности. Это теперь я понимала, почему управляющая говорила, что у них одно из самых приличных и лучших заведений — девушки все здоровые, красивые и без всякой пошлости, наверняка, на это тоже есть спрос. Вот и меня спокойно приняла, считая, что ищу лучшей жизни, и не удивились ни капли, что ночью заявилась. Небось, не первая такая и не последняя.
Но как я теперь буду расплачиваться за ночлег и завтрак?
Краснея и бледнея перед управляющей, я постаралась членораздельно объяснить, что произошло недопонимание и тысячу раз извинилась. Бежать отсюда куда глаза глядят, порыв подавила. Охранник же в дверях, наверное, только пускает всех подряд, а вот выпустит ли — вопрос.
— Я уже пообещала тебя сегодня нашему постоянному клиенту, — нахмурилась управляющая. — Может хоть разочек отработаешь? Он приличный, как и большинство у нас. Ничего такого не попросит, за здоровье не волнуйся. Ему просто блондинок подавай, а где я их возьму-то в наших краях? Попробуй хоть. Вдруг понравится ещё. Мы не какой-то там среднесортный бордель, а серьёзная организация, предоставляющая услуги серьёзным людям.
И так это сказала. Будничным тоном, будто бы это в порядке вещей для всех вокруг.
— Я… Я беременна. Мне нельзя. Я просто… С мужем поругалась. Он прогнал. И в темноте вот… Я не хотела. И не хочу! Но если нужно отработать за ночь и завтрак, то могу на кухне… Или комнаты прибрать. Или просто уйду…
  
— Ну-ну, уйдёт она. У нас тут не благотворительная организация, — мотнула головой управляющая и закатила глаза.
Потом постояла молча, разглядывая меня, пока я тряслась от страха.
— Что, правда, беременная? — спросила вдруг, а на её лице мелькнуло нечто, похожее на белую зависть.