Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Дресслер?
– Да, Джим Дресслер. Четыре года тюрьмы за участие в вооруженном ограблении. Так что его должны были выпустить около трех лет тому назад. – Сорвин помолчал. – Конечно, может быть, это совпадение, но именно тогда вы приобрели этот паб.
Дресслер не был красавчиком, но теперь его лицо исказилось настолько, что он стал напоминать нераскаявшегося грешника с церковной фрески.
  
– Да пошел ты, – тихо выругался он.
– Нет, это ты пойдешь, – перестав улыбаться, ответил Сорвин. – Ты прекрасно знал, что осужденные преступники не имеют права на приобретение лицензий. Потому ты и сменил фамилию.
С мгновение Дресслер смотрел на Сорвина с таким видом, словно собирался превратить его физиономию в печеночный паштет, однако затем он откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул.
– Думаю, нет смысла отрицать это.
– И я так думаю.
– Выпьете? За счет заведения, – осведомился Дресслер, вставая.
– Нет, спасибо.
Дресслер подошел к стойке и дрожащими руками налил себе большую порцию виски.
– Ладно. Чего вы хотите? – спросил он, вернувшись за стол.
– Я уже сказал. Сотрудничества. Чтобы вы думали перед тем, как отвечать.
– А что, если я соглашусь? – Виски уже начинало действовать.
Сорвин сделал вид, что не понимает, о чем речь.
– Лучше представим себе, что будет, если вы этого не сделаете. Думаю, пока нам следует думать об этом.
Виски в стакане закончилось.
– Еще раз. Видел ли ты в деревне старую красную «тойоту»?
– Да, – невозмутимо ответил Дресслер. – Появилась здесь дней десять назад.
Сорвин не стал произносить всего, что вертелось у него на языке.
– Сколько человек в ней было?
– Я видел только одного.
– Можете описать его?
– Вблизи я его ни разу не видел, – поморщился Дресслер.
– А сюда он не заходил?
– Нет.
Другого паба в деревне не было, и Сорвин возлагал на этот след особенно большие надежды.
– Неужто вы не можете ничего о нем сказать, мистер Дауден? Или мне следует говорить «Дресслер»?
Бармен издал жалкий смешок и криво ухмыльнулся.
– Пожилой. На вид за шестьдесят. Короткие седые волосы. Щетина.
– Рост?
– Я видел его только за рулем.
– А как он был одет? Неряшливо или, наоборот, с иголочки?
– Насколько я могу судить, неряшливо. Определенно неряшливо.
– И вы никогда не видели его раньше?
– Нет.
Несмотря на свой юный и неискушенный вид, Сорвин уже достаточно проработал в полиции, чтобы знать: враждебно настроенного свидетеля можно прижать лишь с помощью садистских методов. Дресслер был настроен враждебно, поэтому не оставалось ничего другого, как держать его на грани пропасти, постоянно угрожая сбросить его туда. Сорвин вздохнул, улыбнулся и нагнулся ближе к хозяину паба.
– Вы абсолютно уверены в этом, мистер Дресслер? – дружелюбным и доверительным тоном осведомился он.
Дресслер внимательно посмотрел на Сорвина, а затем перевел взгляд на свой стакан, однако виски там уже закончилось. Когда он вновь поднял голову, у него было такое выражение лица, которое Шекспир, окажись он рядом, назвал бы «душераздирающим».
– Да, – ответил он и натужно замолчал, словно пытаясь произвести на свет какое-то чудовище. – Но я знаю, что раньше он жил здесь.
– Правда? Когда? – У Сорвина перехватило дыхание.
Однако на этот вопрос Дресслер не мог ответить.
– И все же вы знаете, что он жил здесь раньше. Откуда?
– Мне сказали.
Сорвин поймал себя на том, что начинает испытывать к хозяину «Танцующей свиньи» легкую симпатию, однако ощущение это было мимолетным.
– Ладно. Значит, вы хотите так, – промолвил он. – Наверное, это хорошая работа. Не понимаю, почему вы хотите ее бросить.
Дресслер не спускал с него глаз, и с его языка уже готов был сорваться вопрос «почему?», но он передумал.
– Один из постоянных посетителей. Парень по имени Майкл Блум.
Сорвин записал имя.
– И где я могу найти мистера Блума?
– На заправке. Она принадлежит ему.
Сорвин улыбнулся.
– Спасибо, – поднимаясь, промолвил он. – Пойду загляну на заправку.
– А что вы собираетесь делать? – окликнул его Дресслер, когда он уже двинулся к выходу.
– С чем? – обернулся Сорвин.
– Ну, с этим. С лицензией.
Сорвин посмотрел на него с выражением искреннего недоумения и улыбнулся:
– Ничего, мистер Дауден.
На лице Дресслера, только что напряженном и встревоженном, появилось выражение благодарности или, по крайней мере, то ее подобие, которое могло передать его физиономия.
– О, хорошо. Спасибо, спасибо…
Сорвин уже вышел за порог, но внезапно остановился и обернулся.
– Зато я скажу вам, чего я не собираюсь делать. Я не собираюсь забывать фамилию Дресслер.
Он еще раз улыбнулся и двинулся прочь.
Сорвин остановил машину в пятьдесяти метрах от бензоколонки и связался с Джексоном. Тот откликнулся лишь через пять минут. Сорвин улыбнулся, включил двигатель и проехал последние пятьдесят метров, отделявшие его от заправки.
Станция оказалась старой и обветшавшей, две колонки не работали, а объявления, извещавшие об этом, были замусолены и трепыхались на ветру. Рядом с небольшой мастерской, которую окружали пучки засохших цветов, были сложены старые газеты и мешки с углем и растопкой. Сорвин припарковался у одного из насосов и вошел внутрь.
Внутри пахло раскаленным жиром, так как на прилавке стояла печь, в которой были разложены коричневые рогалики с сосисками и пирожки с мясом и яблоками – все это выглядело столь же просроченным и пожухлым, как и цветы под окном. За прилавком стоял опрятно одетый мужчина пенсионного возраста.
– Чем могу служить, сэр? – улыбнулся он при виде Сорвина.
Сорвин не стал утруждать себя официальным представлением.
– Надеюсь, вы сможете мне помочь, – улыбнулся он в ответ. – Я ищу Майкла Блума. Мне сказали, что он работает здесь.
Сорвин был готов к тому, что улыбка собеседника померкнет, а отношение его изменится, однако этого не произошло.
– По-моему, он в бунгало, сэр, – откликнулся его собеседник. – Он придет сюда только после полудня.
Сорвин повернулся и окинул взглядом уродливое бунгало, сложенное из красного кирпича, на которое ему указывал старик. Оно располагалось с противоположной стороны прямоугольного и безликого двора.
– Он там живет?
Старик кивнул с таким простодушием, что Сорвину стало стыдно за свои расспросы.
– Он мой хозяин.
– А вы давно здесь работаете?
– Всего неделю. Я работаю по несколько часов в день, чтобы получить надбавку к пенсии.
– Приятно было познакомиться, – промолвил Сорвин, направляясь к выходу. – И удачи, – искренне добавил он.
Он постучал в дверь, отметив про себя, что садик перед бунгало запущен, а краска на наличниках окон облезла. Ему никто не ответил. Сорвин постучал еще раз, уже более властно, и тем не менее прошло почти пять минут, прежде чем дверь распахнулась.
На выглянувшей заспанной физиономии виднелись следы продолжительных возлияний. Одежда на человеке была измятой.
– Мистер Блум? Майкл Блум? – с некоторым изумлением осведомился Сорвин.
Владелец бунгало мигнул, но ничего не ответил.
Алкоголь? Наркотики? Или то и другое вместе?
– Мистер Блум, не могли бы мы побеседовать? Пожалуйста.
Он уже потянулся за удостоверением, лежавшим в нагрудном кармане, когда его визави внезапно ожил. Заметив что-то за спиной Сорвина, он, не говоря ни слова, оттолкнул его в сторону и кинулся босиком по заросшей сорняками дорожке. Сорвин обернулся и увидел, что Блум движется прямо к заправке.
– Эй ты! Проваливай! – кричал он.
Это было обращено к бедно одетому типу с ярко-красным продуктовым мешком, который шаркающей походкой пересекал двор. Если он и услышал обращенный к нему призыв, то ничем этого не показал.
  
– Сколько раз тебе говорить?! Проваливай и больше здесь не появляйся!