Мешок – Гюрза (СИ)

Сталкер смог создать безопасный для употребления микс. По крайней мере Гуляев всё ещё был жив, оставался в здравом уме и не елозил по полу со перекошенным лицом и неконтролируемым потоком слюны изо рта. А это значило только одно — он смог безопасно смешать микс. По крайней мере, он был безопасен для него, исходя из рассказа Пилота о том, что Войла, похоже, экс.
Войла мелко дрожал, поглядывая на зажившую руку. Шмыгнув носом, понял, что очень сильно хотелось кашлять. Да. Ему определённо нужно было что-то придумать с пылью. Лёгкие просто не выдерживали такого количества сыпучего вещества.
  
И тут-то Войла снова озарился мыслью, как только взглянул на отданный ему Проводом термос.
Жидкость. Нужно сделать из пыли жидкость. Сделать экую-некую микстурку. Правда, Гуляев не знал, какая эта микстурка получится на вкус. Тем не менее, это его не остановило. Он пошел в столовую хостела, набрал полный термос кипятка и вернулся в комнату. Там он достал из рюкзака мешочек с сухими листьями чая, бросил их в термос и взболтал. Листья уже изрядно набрались влаги из-за климата Мешка, но это не повлияло на их вкус. В прочем, вкусовые качества чая волновали его в последнюю очередь.
В течение пары часов он пытался создать жидкую версию микса. По своему усмотрению, он назвал её «Микстурой», но конспирации ради, называть будет чаем.
Сначала смешать сухой порошок из камней с жидкостью не получалось. Гидрофобная пыль просто не давала никакого эффекта, и при попытке выпить чай с таким содержанием вещества, ничего не происходило.
И тогда, Войла додумался расплавить пыль. И вот после переплавки, при попытке её смешать, она вступила в реакцию с жидкостью. Процесс диффузии двух веществ привёл к тому, что микс смешался с чаем. И вот его употребление Войлу полностью устроило.
Микс наоборот, не вызывал ещё более сильную боль, а глушил её. А свежие раны, которые Войла наносил на ладонь проверки ради — очень скоротечно заживали.
Единственный минус этой смеси — сильная горечь, как у крепкого чифира. Но проблема решалась одной ложкой сахара, что немного облегчило ситуацию.
Впервые за много лет Гуляев почувствовал, что его когда-то было сломанные конечности больше не болят. Исчезла и остаточная боль от сегодняшнего ранения.
Под приятным впечатлением от своих экспериментов, Войла собирался ко сну. Предварительно убрал всё со стола, вытер кровь, которая уже почти успела запечься, собрал все вещи обратно в рюкзак. А термос положил к себе под подушку, предварительно плотно закрыв крышку. Теперь, можно было спокойно улечься спать. Непроглядная и зыбучая тьма погрузила Войлу в спокойствие, и уже в очень скором времени, он наконец-то уснул.
В основном, во время отдыха его не посещали никакие сны. Хотя, всё-таки пару раз за несколько часов он снова столкнулся с неприятными, совестными видениями. В прочем, он подумал, что это всё последствия слишком частого употребления микса. Наиболее точные граммовки, и то, как влияет на организм микс в жидкой своей форме, ему предстояло узнать потом.
Учитывая, что следующий выезд обещал быть не боевым, у Войлы будет много времени как на изучение составляющих микса, так и на другие вещи, которые он хотел сделать. Например, помочь Капле в осуществлении его мечты связанной с ДШК.
Мозг, в общем, не долго травил голову Войлы разного рода мыслями, и совсем скоро, позволил сталкеру провалиться в тягучий, сладкий сон…
 Глава 9 
 Дактир 
Монотонный ритм дождя, барабанящего по крыше гаража, давно перестал действовать на нервы. Напротив, этот звук превратился в своеобразную колыбельную, которая помогала упорядочить мысли и сосредоточиться на работе. За прошедшие недели Войла полностью адаптировался к коллективу каравана. Он научился не обращать внимания на характерные особенности каждого члена команды: на бытовую неосведомлённость Кабины, чрезмерную серьёзность Капли, непокорность и недисциплинированность Светляка. Даже показная важность Градуса, который постоянно стремился доказать своё превосходство, больше не вызывала раздражения.
Единственной неизменной константой оставались тёплые отношения с Проводом. Связист, как и прежде, всегда был готов поддержать беседу и помочь советом. Именно сейчас, пока Войла сидел в гараже, Провод увлечённо обсуждал с ним технические детали модернизации оружия.
Сталкер крепко держал в руках электрододержатель, подробно объясняя свои действия. Провод внимательно слушал, периодически вставляя уместные замечания.
— Слушай, здесь не имеет смысла варить рукоять сбоку. Боковой держак — это, конечно, круто, но не для Капли. Ты же видел его руки?
— Видел. Зажуёт, мало не покажется,— Гуляев задумчиво посмотрел на ДШК, установленный на стойках верстака,— Да и механизм убойный, сбоку просто опасно будет. Перевесит.
— Значит, вари рукоять сверху. Там будет удобнее всего… А как ты собираешься менять систему управления?
— Перенесу крючки спускового рычага вверх и объединю их в один. Дело несложное, только придётся наварить много металла. К тому же нужно сделать блинчик сверху рукояти чтобы она не выскальзывала при вибрациях.
— Ну мастер,— Провод присел рядом с сталкером и взял сварочную каску. Войла последовал его примеру. Крепко сжав электрододержатель, сталкер начал наносить точки сплава верхней рукояти с рамой ДШК.
Провод внимательно наблюдал за процессом, периодически поднимаясь и осматривая работу с разных сторон, чтобы убедиться, что электрод не задевал рабочие части механизма.
Когда держак был приварен, результат превзошёл все ожидания. Тавровый сварной шов выглядел идеально — словно нарисованный. Красивый и ровный узор художественного шва притягивал взгляд своей безупречностью.
— Отлично получилось. Сейчас принесу рукоять. А ты пока выводи спусковой механизм, — Провод поднялся и начал рыться в ящиках возле верстака. Гуляев кивнул в знак согласия.
Несколько часов ушло на то, чтобы безопасно вывести спусковые крючки наверх. Всё это время Войла сверялся с собственным чертежом, который он создал. Хотя чертёж не был точным — Гуляев просто не помнил всех деталей устройства ДШК. Но, он хотя бы знал, куда не стоило лезть, чтобы не повредить конструкцию.
Наконец, работа была завершена. Сталкер тщательно вытер руки от масла, которым смазал все механизмы, и теперь сделал небольшую передышку.
— Блять, пиздец, — раздался голос откуда-то из-за спины. Войла обернулся. На оживлённые звуки работы пришёл Капля, дабы разузнать, что здесь происходило. И вот теперь, он стоял, заворожённо глядя на модернизированный ДШК. По выражению его лица невозможно было понять, доволен он результатом или нет. Учитывая, что Капля ругался матом только в исключительных случаях, испытываемая им эмоция была действительно сильной.
Евгений подошёл к верстаку и, сняв со стоек станковый пулемёт, взвесил его в руках. Затем перехватил оружие за держак, а второй рукой взялся за рукоять со спусковым крючком. Конструкция напоминала «Миниган», только с большим плоским блинчиком на донце рукояти, который предотвращал соскальзывание руки.
— Ну как? Пойдёшь пристреливаться?,— Войла положил тряпку на стол и развернулся на стуле.
— Ага… Только я его еле-еле держу,— Капля осторожно положил оружие обратно на стойку,— Он же не облегчён?
  
— Не-а. Я ничего с него не убирал,— сталкер поднялся и, накрыв оружие тряпкой, начал собирать обломки электродов с пола.
— Я его дольше пяти минут в рабочем состоянии просто не продержу.
— Это уже вторичный вопрос, над которым я работаю. Иди лучше поболтай с Дактиром. Когда у нас выезд?
— Послезавтра,— Капля застегнул куртку и поморщился от лёгкого холода, царящего в гараже.
— Вот и займись каким-нибудь делом,— поддержал идею Провод, выпроваживая Каплю наружу. Затем связист закрыл ворота гаража и встал рядом с Гуляевым, который погрузился в глубокие размышления о предстоящих задачах.