Измена. (не) удобная жена (СИ)

Только факты, которые я наблюдала последнее время, буквально кричали мне, что это она.
Хотя между тем, оставались два вопроса, на которые у меня пока нет ответов: почему мой муж не знал о звонке Ирине и почему он действительно удивился, когда я сказала, что поеду в санаторий с Ниной.
Когда я сообщила ему, что еду с ней, в его глазах не было ни тени замешательства или растерянности. И уж тем более какого-то страха.
  
Ведь если жена едет в санаторий с любовницей, страх того, что последняя может, пусть случайно, но подставиться, очень велик!
Ну, хоть что-то должно было быть в его реакции! А не было…
Я пытаюсь убедить себя, что это всё-таки не она. Это моя, вполне естественная защитная реакция на зло, боль и разочарование.
— С кем ты так грубо разговаривала? — спрашиваю, стараясь оставаться спокойной.
— С мужем.
Я замечаю, что бутылка вина практически опустела.
Это вторая, которую заказал Константин. Первую мы выпили втроём, общаясь, а вторую принесли позже, но ни я, ни адвокат к ней даже не притронулись.
Нина тянется за бокалом, но не может удержать его в руке, и он падает на пол, разбиваясь вдребезги.
— Официант, принесите новый! — командует она, не обращая внимания на неприятность.
— Тебе спать пора, хватит вина.
— Альбин, дай расслабиться, а? Слушай, скажи, а я тоже красивая, да?
— Ты о чём?
— Ну вот ты очень красивая женщина. А я? Только честно говори! Мне очень нужно это услышать!
— Пойдём! — настаиваю.
— А ты всё-таки зря ты отказалась от продолжения с Ракитиным. Он классный мужик. Вы бы видели себя со стороны, Альбина! Какая вы красивая, классная пара! Какой солидный мужик и шикарная, молодая женщина! Пока ещё молодая женщина! — добавляет она, выделяя эти слова особым тоном.
Стараюсь сдерживаться, чтобы не послать её куда подальше. Она меня раздражает.
— Что ты на меня смотришь как волк злой?
Нина улыбается, а мне кажется эта улыбка словно с оскалом. Её голос заплетается всё сильнее, но мой интерес к её откровениям только возрастает.
— Нина, пора в номер!
— Не ценишь ты заботы подруги! Не це-е-еннишь. Он классный любовник, я тебе клянусь!
— А ты откуда знаешь? Ты с ним спишь, что ли, раз это утверждаешь?
Ну же, скажи мне всё сама, пока пьяна. Признайся, что он твой любовник…
  
Глава 20
 
— Нет, я с ним не сплю, — отвечает Нина, начиная зевать. — Хотела бы изменить своему уроду, но… кишка тонка у меня на это дело. А может, просто не встретился ещё тот, с кем бы я решилась. А про Костика — у нас есть общая одноклассница. Вот она да, спала. Она рассказывала, что встречалась с ним пять лет назад, но потом он ей надоел. Сейчас Ракитин свободен, и на мой взгляд, вы бы составили отличную пару, — продолжает она откровения о чужой жизни.
— Я замужем, — напоминаю ей о Михаиле, надеясь, что данное напоминание направит в нужный для меня поток её откровений. Мне истории о Константине по-прежнему неинтересны.
— А… да… Пока да. И вот я пока да. И обе мы с тобой теперь в одинаковом положении, но ты вот мне кажешься сильнее меня. А я вот размазня! — хлопает ладошкой по столу. — Скажи только честно, ты же не простишь ему измены, да? Вот если докажешь, скажи! Нельзя прощать! — настаивает она, продолжает, не ожидая ответа. — Не-е-ль-з-я-я!
Теперь машет предупредительно пальцем.
— Если простишь, ноги начнёт вытирать об тебя! Но это даже не самое страшное. Путь твой к одиночеству, как мой, не за горами! Только это будет называться одиночество вдвоём! — ухмыляется она. — Знаешь, что это такое?
— Нет!
— Вот, надеюсь, что и не узнаешь. Потому что это такое… дерьмо, когда мужа своего ненавидишь, а всё равно с ним остаёшься. Если с Курбатовым останешься после измены, дурой будешь такой же, как я! Ты с Ракитиным танцевала, а я на вас смотрела, и сама себе подтверждала, что кроме наших подлых и гулящих мужей есть другие отличные мужики! И их много! Ты-то вот выпендривалась, а я-то видела, как он смотрел на тебя! Как пялился! Глазами уже раздевал! Значит, есть надежда, что и без Михаилов всяких, и Вадимов наша жизнь не закончена. Да?
Это диалог с пьяной подругой мне уже порядком надоел, но я продолжаю ждать и слушаю.
Её уводит куда-то не туда, но мне приходится терпеть.
Всё меньше надежда, но всё-таки жду, как сейчас она ляпнет что-то лишнее, и у меня появится неоспоримое доказательство того, что она спит с моим мужем. В таком случае, может, даже ждать от детектива доказательств не придётся.
При таких условиях, я уверена, развод в этом случае пройдёт совершенно по другому сценарию.
Курбатов не захочет окончательно разрушить свою репутацию, когда я предъявлю ему доказательства измены с моей подругой. Он побоится. Слишком долго строил свою карьеру и убеждал окружающих в силе своего характера и верности принципам настоящего семьянина.
— Ты вот злишься на меня, что я тебе советую Ракитина, но это лишь попытка помочь тебе.
— Заботливая ты моя, — срывается сарказм с моих губ.
— Хотела бы и я заботы, да не от кого. А я да, такая! А кто кроме близких ещё поможет? Кто у тебя есть кроме меня, Лады да Курбатова? Никого! И у меня никого! Вообще никого! Даже мужа толком нет. И дочери я не нужна. Она смеётся надо мной, представляешь! Говорит, терпила ты, мама. Одна я… совсем одна.
Голос Нины становится расстроенным, и я вижу, как её губы начинают дрожать.
— О каком одиночестве ты говоришь? — её речь настолько сумбурна, что я уже перестаю понимать её пьяный бред. — И твой муж? Что с ним не так?
— Всё с ним не так, — грубо говорит неожиданно она. — А ты что, думаешь, что невозможно быть одинокой в браке? Я вот одинока! Мы с моим живём как соседи! Хотя это правильно в нашем случае. Потому что не лягу я с ним после другой бабы, пусть хоть козлом возле меня скачет! И главное, Альбин, его это так удивляет, прикинь! Лезет ко мне под юбку, мол, долг супружеский, а мне блевать охота, понимая, что он недавно с другой кувыркался!
Нина злится в своих откровениях, как я предполагаю, на Вадима, но в пьяном угаре выплёскивает всё на меня.
— Знаешь, а дурой наивной, оказывается, больно себя принимать. Я вот была уверена, что мой спокойный и вроде бы такой понятный муженёк с большой лысиной на голове и пивным пузом ни одной бабе не будет интересен. Но нет, нашлась одна! А я, как и ты ни сном, ни духом раньше!
— Да говори ты яснее! — не верю своим ушам, но теперь точно понимаю, о чём она говорит.
— Денег ему зарабатывать некогда, — продолжает, меня уже не слушает и не смотрит в мою сторону, — а вот по соседкам гулять и спать с ними есть когда. Изменяет мне мой Вадик. Кобель, такой же, как и все. Только твой-то кобель, хоть при деньгах хороших и живёшь ты ни в чём не нуждаясь, а мой и денег заработать не смог, и налево пошёл.
— Ты ничего не говорила, что твой Вадим… — я не знаю, верить ей или нет. — Расскажешь о чём речь?
— Нет, не расскажу!
— Почему?
— Тяжело… и тошнит, — я вижу, что она на самом деле начинает тяжело дышать и осматриваться по сторонам, словно ищет теперь выход. — Тащи меня до туалета, мне плохо! Альбинка, как же мне плохо…
— Вставай! — тяну её, заставляя подняться, и киваю официанту, чтобы помог мне.
Через несколько мгновений он оказывается возле нас и подхватывает мою подругу под талию.
Я беру её сумочку и следую за ними.
Пару минут и Нина в туалете.
Позже, в её номере, как только она прикасается к подушке, засыпает.
Я смотрю на неё спящую и не могу найти в её поведении что-то знакомое.
Сейчас в этом пьяном угаре она как будто пыталась заглушить то, что её так беспокоит. А её точно что-то беспокоит, и, кажется, это «что-то» измена мужа.
  
Она сумбурно говорила про своего Вадима, про то, что он спит с какой-то соседкой, но я не помню, чтобы она хоть раз намекала мне на его измены раньше.
Всегда шебутная, беспокойная, весёлая Нина превратилась в несчастную и озлобленную женщину.