Вторжение (СИ)

Сбежать? Но куда девать раненых? Всех по кабинам не распихаем, придётся оставить, а это совсем не вариант. Да и не факт что уйти сможем, вероятность того что нас перехватят, или встретят на той стороне, зашкаливает, будь я на их месте, ни за что не выпустил бы.
И что остаётся?
Ища хоть какой-то приемлемый выход, автоматически щёлкал клавишей переключения камер, обратил внимание на закрытую дверь здания в котором расположился «госпиталь». Когда уходил, совершенно точно оставлял её открытой, возможно играющий роль подпорки термос вылетел, или кто-то из парней случайно закрыл.
Идти на мороз не хотелось, хоть и просидел с полчаса в кабине, а толком ещё не согрелся. Решил что посижу чуток, если кто подходить будет, тогда выйду, ну или когда по рации сообщат.
Как уснул, сам не понял. Проснулся от назойливого бубнежа в эфире. Глянул на экран, возле дверей трое стоят, от холода подпрыгивают, да за ручку то и дело тянут. Представив что надо идти, заранее мерзнуть начал. Глянул на показания температуры за бортом — минус сорок два градуса. И так мне захотелось чтобы дверь эта чертова открылась, что глазам не поверил когда очередная попытка «танцующих» парней дернуть за ручку, оказалась удачной.
Пересилив себя, натянул свой комплект «зимней» одежды, и не тревожа сладко спящую девушку, вышел на мостик. Привычно подтянув ладони в рукава, спустился вниз, и так резко стартовал, что тут же свалился, замёрзшая подошва скользила не хуже лыж. Отряхнулся, но пока дошёл, упал ещё дважды.
Дверь открыл без каких-то проблем, сунул на место валявшийся рядом термос — так чтобы не давал ей захлопнуться, и не задерживаясь, прошёл на второй этаж. Теория у меня была всего одна, и я очень хотел чтобы она оказалась верной.
Дошёл до закрытого помещения, подёргал за ручку — заперто. Максимально точно вспомнил то ощущение когда увидел «приплясывающих» парней у входа, напрягся, но ничего не произошло. Попробовал ещё раз, даже глаза закрыл, и снова тщетно.
Ветра в коридоре не было, здесь вообще всё выглядело герметичным, но мороз пробирал до костей, казалось ещё немного, и что-нибудь себе отморожу. Жутко захотел в тепло, и снова потянул за ручку.
И вот тут дверь открылась.
Заглянул внутрь, — темно. И только подумал об этом, как помещение налилось светом. Причем ни окон, ни каких-либо осветительных приборов в нём не было. Холод и пустота, — ровный пол, и такие же голые, крашенные стены.
Сделав шаг вперёд, встал в проёме, опасаясь что дверь закроется, и я не смогу её открыть.
Постоял сколько-то, молча разглядывая эту пустую комнату, и неожиданно почувствовал идущее изнутри тепло. Прямо на глазах помещение стало прогреваться.
Уже не боясь остаться здесь навсегда, шагнул внутрь. Дверь за спиной закрылась. Прошёл к противоположной стене, и только успел подумать что хорошо бы во двор выглянуть, как прямо передо мной появилось окно. Прикоснулся — настоящее. Вид, правда, не очень, обзор крайне ограничен, но подтверждение того что моя теория верна, радует.
С потеплением появилась сонливость. Дремал ещё в кабине Пересвета, и вот опять. Прилечь бы сейчас хоть на часок…
И вновь, только подумал, прямо из ниоткуда появился накрытый пледом, большой кожаный диван, а спустя секунду на полу возле него «уютные» домашние тапки.
Может от мороза глюки? Знаю точно что замерзающий человек чувствует сонливость, апатию ко всему, поэтому наверняка возможно что и галлюцинации.
Но глюки глюками, а диван настоящий. Прежде чем сесть на него, потрогал рукой. Тёплый. Приятный на ощупь. Интересно, а с едой так получиться? Есть хотелось давно, поэтому даже напрягаться не пришлось, только подумал, как рядом с диваном появился столик.
— Стол это хорошо, но еда-то где? — вызывая в памяти кулинарные ассоциации, бормотал я. Перебрал в уме всё что можно — и мясо жареное, и выпечку всякую, супы, салаты, напитки различные. Но стол так и оставался пустым.
Расстроившись, сначала сел, а потом и прилёг на диван.
И вроде понимал что спать нельзя, что идти нужно, но сморило так, что даже и не заметил. Показалось что не успел глаза закрыть, как появилось ощущение полета, будто летел на чем-то, — потом раз! И вот я уже стою перед этим самым зданием. Всё точно так же, только не зима вокруг, а самое настоящее лето. Тепло, птички поют. Оба солнышка светят. Сам того не желая, подхожу к знакомой двери, открываю, поднимаюсь на второй этаж и прохожу до самого конца. Возле открытой двери ждёт какой-то незнакомый человек, но подойдя ближе и встретившись с ним «глазами», понимаю что это ящер. Вертикальные зрачки выдают.
  
Он говорит что-то по-своему, и я, вроде, не должен ничего понять, но понимаю что тот приглашает пройти в открытую дверь.
Киваю, захожу внутрь, оказываясь в точно такой же пустой комнате.
— Основное закончили, ещё декада, может чуть больше, и объект можно будет сдавать. — зайдя следом, говорит ящер.
— Периметр подключён?
— Да, первым делом подключили. Желаете проверить?
— Желаю. — говорю, хотя сам ничего не желаю.
Материализовавшееся прямо напротив кресло, услужливо разворачивается. Опять же против своей воли сажусь и закрываю глаза. Сначала темно, но спустя секунду случается что-то нереальное. Появляется ощущение словно у меня тысяча глаз, и смотрю я ими всеми одновременно, замечая самые незначительные детали — от одиноко бредущего возле забора муравья, до тушканчика в десяти километрах.
Зверёк этот, бабочки, птица в небе — видимость просто идеальная.
— Резонаторы подключены? — словно из ниоткуда доносится глухой голос.
— Разумеется, можете проверить. — отвечает другой.
Перед глазами появляется какая-то коряга на приличном удалении, и в ту же секунду в неё бьёт яркая молния. Коряга просто исчезает, а на месте где она находилась, остаётся выжженное пятно.
Какое-то время уходит на поиск другого объекта, но ничего подходящего не попадается, и я вновь оказываюсь в кресле посреди необычной комнаты.
Хочу осмотреться, но ощущения меркнут, слышу как кто-то говорит рядом, только ничего не понимаю, в ушах гудит, снова темнота, и я просыпаюсь.
Пытаюсь подняться, но не могу, болит всё тело, а глаза вообще не открываются. Какое-то время стараюсь прийти в себя, и когда удаётся, понимаю что лежу на диване. Сначала кажется что вообще всё сон, и стоит мне пошевелиться, как иллюзия пропадёт.
Но нет, шевеление не избавляет меня от кажущейся бредом реальности. Зрение медленно возвращается, и проморгавшись, различаю окно и столик рядом с диваном.
Спускаю на пол ноги, смотрю прямо перед собой, уже вполне осознавая что теория моя подтверждается, и всем что меня окружает, действительно можно управлять одной только силой мысли. Чем больше прихожу в себя, тем сильнее становится уверенность в собственных силах. Даже не так, не в собственных силах, в силах этого странного места.
Не откладывая, принимаюсь за дело.
«Вызов» кресла проходит без проблем. Стоило мне захотеть, как оно появилось прямо в центре комнаты, и я мог бы поспорить что это не какое-то другое, а именно то самое, из моего сна. Хотя, судя по тому что всё здесь дело рук древних, возраст его, как и всего что меня окружает, очень солидный. Думаю, если скажу что это десятки, а то и сотни тысяч лет, сильно не ошибусь. Но как бы там ни было, выглядит кресло абсолютно новым.
Не откладывая в долгий ящик, уселся и сразу закрыл глаза. Алгоритм действий я помнил отчётливо, но память такая штука, что повтор лишним никогда не будет.
Сосредоточился, расслабился, и вот уже мозг «разрывается» от потока нахлынувшей информации.
Смотрю на лежащего мордой вниз «Пилигрима», после того как лазерный луч попал прямо в кабину, он как стоял чуть наклонившись, так и упал ничком. На автомате оценив возможность восстановления этой машины, прихожу к выводу что не выйдет, слишком сильные повреждения. На заводе ещё был бы шанс, а так, в поле, абсолютно никакого.
Неподалеку валяется «Клоп», машина того самого курсанта-разведчика что так чётко сообщал о всех передвижениях противника. Лежит на боку, нога подломлена, но кабина цела, а значит шанс на хороший исход всё же имеется. Надо послать туда кого-нибудь.