Адвокатская этика (СИ)

— Аучитывая предыдущую судимость, мало ему не покажется, - добавила я.
— Дима сбежит. Я уверена, он уже бросился в бега, - тревожно сказала Лиза.
— Мы не исключаем этого, но тут уже работа правоохранительных органов. Нам остаётся довериться им и ждать, - проговорила я как можно мягче. - Но домой тебе возвращаться нельзя.
По крайней мере, пока Антипова не возьмут под стражу.
Лиза резко перевела на меня несчастный взгляд.
— А куда мне? К Наташе нельзя, муж знает адрес подруги.
Мы втроём переглянулись. Гордин задумчиво сощурился, прикидывая в уме варианты.
— Есть одно место, - негромко предложила я.
Две пары глаз уставились на меня с интересом.
— Есть кризисный центр, там принимают женщин и детей - жертв домашнего насилия.
Оказывают помощь, в том числе и психологическую. Но самое главное, они предоставляют временное проживание. Здание охраняется, и Антипов точно не додумается там тебя искать, —
обернулась я к Лизе. - А если догадается и рискнёт - его не пустят.
— К тому же у сотрудников будут сведения, что этого человека ищет полиция, -подхватил Андрей.
— Да, - подтвердила я его слова. - В этом месте, Лиза, тебе ничего не будет угрожать. Но пока ты должна беречь себя, лишний раз не выходить на улицу. В институт пока тоже не стоит ездить.
Лиза радостно закивала, воодушевлённая этой идеей. Решив, что не стоит зря тратить время, мы допили чай и поехали в кризисный центр.
Я решила подстраховаться и заранее позвонить замечательной женщине – штатному психологу центра - Татьяне Ивановне. Именно она вытащила меня из депрессии после нападения. Год работы с ней принёс свои результаты: она смогла научить меня снова жить, смогла научить принять новую реальность. Переключила вектор внимания на работу – я была безмерно благодарна этой женщине.
Она помогла мне снова полюбить себя: как профессионала и неплохого человека. Но что ей, увы, не удалость - это помочь мне снова полюбить себя, как женщину.
Не удалось ей... Но удалось грубому, циничному мужчине, который оказался совсем не таким. Я с нежностью посмотрела на Андрея, забыв обо всём. Это было секундное прозрение, но настолько яркое, что у меня перехватило дыхание.
— Ольга Викторовна, что с вами? - заметила моё изменение Лиза.
Я легко ей улыбнулась и, приобняв за плечо, повела к машине.
— Всё хорошо, Лиза. Просто... воспоминания нахлынули...
Мы стояли в холле центра и ждали, пока администратор оформит все необходимые бумаги. Лиза всё время оглядывалась, сжималась и всё больше закрывалась от нас с Андреем.
— Тебе неуютно? -беспокоилась я.
— Немного...
Вокруг нас ходили женщины, все они были разные: затравленные и уже спокойные, чего-то ожидающие и в меру общительные. Кто-то играл со своими маленькими детьми, кто-то сидел в кресле и читал книгу - всех этих женщин объединяло одно: они бежали от домашнего насилия.
Они спасали себя. Себя и своих детей. Искали информацию в интернете, обращались за советом в социальные службы - они делали всё, чтобы помочь себе.
Не надеялись на то, что мужья или сожители изменятся. Они уже перестали надеяться —
прозрели, всё поняли и сделали это вовремя, не допустили беды. Перестали искать оправдания, а начали действовать. Они нуждались в помощи и не стеснялись её просить, и это уже огромная заслуга.
— Послушай, - сказала я миролюбиво и развернула Лизу за плечи лицом к посетителям.
— Все эти женщины очень сильные. Они кажутся подавленными, несчастными, слабыми, но они сильные. Каждая. Они решились на этот непростой шаг - уйти от абьюзера, даже если продолжали его любить. Они перестали оправдывать его, перестали бесконечно прощать и винить себя в случившемся. Если мужчина поднял на женщину руку, если он переступил черту дозволенного -
этому нет оправдания. Если он садист - этому нет оправдания. От таких только бежать. Бежать без оглядки и без сожаления. А на это способны немногие.
Я говорила тихо, чтобы женщины меня не слышали. Говорила искренне и не преувеличивая, я хотела донести до Антиповой важность моих слов.
 
— Им больно: душевно, физически, но они выбрали жизнь, а не мучения. Они знали, что им некуда идти, но нашли этот центр, и он вселил в них уверенность в завтрашнем дне. Ты тоже сделала шаг сильной женщины. Ты ещё такая молоденькая, у тебя вся жизнь впереди, так начни её правильно. Уважай себя, люби себя, не позволяй к себе относиться так, как относился Антипов.
Не отказывайся от работы с психологом. Это не значит, что ты нездорова, не нужно бояться этих специалистов...
Я не закончила. Увидела идущую к нам Татьяну Ивановну и улыбнулась. Внутри растеклась теплота - согревающая, поддерживающая. Эта женщина теперь всегда будет ассоциироваться у меня с теплом.
— Татьяна Ивановна, - расчувствовавшись, подошла и обняла пожилую даму.
Невысокая, с короткой стрижкой и самой доброй на свете улыбкой, она обняла меня в ответ.
Узнала. Конечно же, она меня узнала...
— Олечка... - произнесла ласково и провела ладонями по моим плечам, разглядывая, возможно, даже любуясь той, кем я стала.
Я пришла в норму много лет назад, и это результат её трудов и моего доверия ей. Вместе у нас получилось. И я надеялась, что Лиза также пройдёт мой путь, что позволит себе помочь и начать новую счастливую жизнь.
— Татьяна Ивановна, - подвела я к ней Лизу. - Это Елизавета, я звонила по поводу неё.
Я представила их друг другу, магия улыбки психолога сделала своё дело – Лиза расслабилась и доверилась. А это уже половина успеха.
Мы распрощались, Андрей обещал заезжать, продолжать работу над делом, я сказала, что буду звонить.
Сегодняшний день был полон разных событий, правильных решений и надежды на то, что всё будет хорошо. Мы с Андреем шли медленно к его машине, разговаривали.
— Так ты тоже посещала этот центр?
— Да. Я не жила здесь, но приезжала на консультации. Помнишь, я говорила тебе, что после нападения осталась совсем одна? - я остановилась, обернулась к нему. - Я понимала, что сама не вывезу. Было сложно, а с каждым днём - всё сложнее. Тогда я и приняла решение обратиться за помощью к специалисту.
— Умница, - с поддержкой сказал Андрей.
Я немного грустно улыбнулась.
— Я рад, что удалось обезопасить Лизу. Антипов попытается её найти, уговорить забрать заявление - это предсказуемый шаг.
— Да.
— Но раз мы её пристроили, осталось пристроить тебя, - сменил тон на строгий. -Антипов попытается через тебя узнать, где его жена. А этого не должно случиться.
— И что ты предлагаешь?
Андрей посмотрел на меня в упор. Без пошлости и кокетства он выдал мне абсолютно серьёзно:
— Оля, ты переезжаешь ко мне. И это не обсуждается.
Я замерла, онемев. Захлопала глазами, не в силах поверить, что Гордин это предложил.
— Оль... - выдохнул Андрей. - Я понимаю, ты ходила на самооборону, понимаю, что уверена, будто сама справишься, и вообще может показаться, что я давлю, но…
— Андрей, - перебила я его.
— Ты прав. Он будет меня искать. Поэтому я согласна переехать, по крайней мере, пока Антипова не запрут в СИЗО, - озвучила то, что он никак не ожидал услышать.
Гордин расплылся в улыбке, поцеловал меня в щёку и, взяв за руку, продолжил вести к машине.
— Ярцева, знаешь, за что я тебя обожаю? - спросил он загадочно.
— За что?
— Ты адекватная, Оль. Просто умница. А это то самое качество, которое я больше всего ценю в женщинах.
32. 
Андрей 
Антипов, как и предполагалось, бросился в бега. Удивило ли это меня? Ничуть. Удручало одно: если бы Лиза сразу призналась в издевательствах мужа, пока мы стояли все вчетвером у дверей института, мы бы не дали этому упырю уйти.
Но... знал бы, где упасть, соломки подстелил. Меня поразило само решение Лизы прислушаться к нашим с Олей советам и сделать так, как мы говорили.