Адвокатская этика (СИ)

— Господи... - беспокоилась помощница. - Он что? Свалился?
— После того, как в меня врезался, - расстегнув последнюю пуговицу, Гордин скинул рубашку и так же швырнул её на пол.
Отдышавшись, Андрей отворил дверцу шкафа и взял в руки вешалку, на которой ютился запасной костюм и рубашка.
Как заворожённая, я смотрела на его обнажённый торс, на мускулы, каменный пресс.
Опомнилась, часто заморгала, испугавшись, что выдам себя.
Лена кружила вокруг босса, поднимала вещи с пола.
— Позвоню в химчистку, вызову курьера.
Андрей глубоко вздохнул, успокаиваясь.
— Спасибо, Лен. Ты чудо. Что бы я без тебя делал?
Лена почувствовала себя неловко от этих слов - это было видно невооруженным взглядом. Но не это меня задело, а манера, с которой Гордин общался со своей секретаршей.
— Солнце моё любимое, - приобнял её за плечо, будто бы меня не существовало, и чмокнул в щёку.
Я обалдела. Отвернулась, чтобы не смущать эту сладкую парочку.
— Андрей Борисович! - зашипело «солнце». - Прекратите.
Я кашлянула в кулак, оглянулась: зардевшаяся секретарша прижимала к груди испачканную одежду и прятала взгляд.
— Чего ты? Ольгу Викторовну стесняешься? - игриво спросил Андрей.
— Ну что вы? Не надо меня стесняться. Продолжайте-продолжайте... - не осталась я в стороне.
— Андрей Борисович, - процедила сквозь зубы Елена.
— А Ольги Викторовны здесь нет. Правда? - Гордин резко обернулся ко мне, я насмешливо кивнула. После он перевёл строгий взгляд на Елену и добавил: - и не было никогда. Поняла?
— Можно я пойду? — совсем растерялась секретарша.
Устало выдохнув, Андрей положил руку на плечо своей помощницы, а моё же возмущение уже скрыть не получалось. К удивлению, возмущение на лице Елены было куда сильнее.
— А вообще, думаю, нет ничего страшного, если мы откроем Ольге Викторовне наш маленький секрет.
Нет, ну это уже слишком! Зачем мне знать интимные подробности Гордина?
— Лена не только мой секретарь, - начал он.
— Я это уже поняла, - саркастично отозвалась я.
В ответ Гордин насмешливо хмыкнул.
— Ленок, смотри, какая Ольга Викторовна догадливая. Профессионал. Сразу поняла, что ты моя племянница.
Мой наигранно невозмутимый взгляд превратился в обалдевший. Что? Племянница? К щекам тут же прилила кровь.
— Что, Ольга Викторовна, не ожидали? - на этот раз серьёзно спросил Гордин, и в его вопросе явно читался укор.
Вместо ответа я снова кашлянула и, скрестив руки на груди, уставилась в пол.
— Я пойду, — тихонько сказала Елена и скрылась в приёмной.
Андрей вернулся к рубашке. Снял её с вешалки, надел и, не отрывая от меня пристального взгляда, принялся застёгивать пуговицы. Пиджаком пренебрёг, галстук решил тоже не надевать.
— Племянница, значит... - выдохнула я.
— Племянница. А ты что подумала?
Я украдкой взглянула на кожаный диван и тут же отвернулась. Нацепила на лицо безмятежную улыбку и покрутила головой, давая понять, что ничего.
Андрей заметил, куда я смотрела. Подошёл ко мне, посмотрел в упор. Под этим тяжёлым взглядом мне стало неуютно.
— А ты думала, она моя любовница? И в перерывах между клиентами я трахаю её на этом диване?
Слишком прямой вопрос. Он давил на меня. Соврать под таким взглядом не выйдет, и я решила ничего не отвечать.
— Оля... - произнёс он волнующе низко. - Скажи... а ты когда это представляла... -наклонился ко мне, коснулся губами мочки уха. - Тебя это задело? Или ты возбудилась?
— Гордин! - вспыхнула я тут же и оттолкнула его от себя.
На мою реакцию последовал смех - громкий, наглый, победный.
— Ярцева, а ты ревнуешь.
— Что? - перекосило меня.
— Ревнуешь, ревнуешь. И не отрицай, это глупо.
— Не обольщайся, - бросила я ему.
В ответ он снова засмеялся. Прошёл к столу, вальяжно опустился в кресло и с каким-то садистским удовольствием наблюдал за мной. Увидев в моих руках папку, нахмурился и начал её сканировать взглядом.
— Ты пришла по делу?
— Разумеется, - усмехнулась я.
— Жаль, - он сел ровно, указал мне на стул напротив и тут же изменился в лице: стал серьёзным, внимательным и сосредоточенным. - Чем обязан?
 
16. 
Андрей 
— Слушаю тебя, Оля.
Ярцева медленно опустилась на стул и протянула мне серую кожаную папку для бумаг.
— Я думала над твоими словами, - начала она. - Ты прав, Лиза действительно ещё молода и, скорее всего, наивна.
Не отрывая глаз от Ольги, я принял в руки папку.
— Ты предупреждал, что ею движет страх. Это так, - согласилась она, чем вызвала во мне приятное удивление. - Если боишься, что страх спадёт, так давай сделаем так, чтобы этого не случилось.
Моя задумчивость сменилась настороженностью. Я нахмурился, слушал Ярцеву очень внимательно.
— В этой папке то, что вызовет у Лизы Антиповой смертельный ужас. После такого она вряд ли решится простить своего мужа.
— Ярцева, ты хочешь прибегнуть к манипуляции?
— К шоковой терапии, - поправила она. - Я хочу, чтобы Лиза раз и навсегда убедилась, каким чудовищем был и остаётся Антипов.
Я потянулся к язычку молнии, чтобы открыть папку, но Оля меня остановила:
— Подожди, не открывай, - сбросив показное самообладание, попросила она. - Я уйду, и тогда посмотришь.
Я выполнил её просьбу, отложил папку на край стола.
— Что там, Оля?
— Копия уголовного дела, которое завели на Антипова после нападения.
— Ого... И откуда оно у тебя?
— Оттуда, - ушла от ответа. - Просто покажи ей некоторые фотографии, а, заодно пусть прочитает медицинское заключение.
Я понял, о каких фото она говорила. Смелый шаг, решительный. И болезненный.
Выставить себя напоказ - это непросто, тем более для такой железной леди, как Ярцева.
— Покажи это только Лизе.
— А если потребуется заверить и использовать эти документы в суде? Ты на это пойдёшь? -
спрашивал наперёд.
— Давай сначала доживём до этого.
Я кивнул, перестал настаивать. Если понадобится, вернёмся к этому разговору позже.
— Хорошо, - сказал я негромко и указал на папку. - Спасибо, это пригодится.
Ольга поджала губы и, опустив глаза, робко кивнула. Ей было неуютно, я считывал это с её тела: опущенные плечи, пальцы - бледные и напряженные, словно она мысленно держала себя в руках.
Нужно было как-то разрядить атмосферу, и я разрядил:
— Кстати, я кое-что узнал о твоём бывшем муже.
‘Ольга вскинула голову, впилась в меня любопытным взглядом.
— Навёл справки и выяснил, что Антипов никакой не бармен, а охранник. Устроился в небольшую частную типографию, их офис находится на Ордынке. По ночам ведёт дежурство.
Кстати, сегодня его смена, и я планирую его навестить.
— Ты так быстро всё узнал? - поразилась она.
— Получилось бы быстрее, если бы мой приятель не затупил, - издал я лёгкий смешок, посчитав, что шутка в этом разговоре не помешает.
Оля улыбнулась, и нам обоим сразу стало легче.
— Ты молодец, Андрей.
— Ты тоже.
Мы обменялись улыбками и добрыми взглядами, словно забыли, что когда-то были врагами, когда-то мечтали стереть друг друга в порошок, устранить конкурента. Дух соперничества заставлял нас обоих расти в нашей профессии, вот только с годами он не потух, лишь усилился.
Настало время закопать топор войны. Не враги мы друг другу. Да и не были ими никогда по большому-то счёту, сами придумали эту игру, сами же в неё поверили.
— Позвонишь мне после того, как встретишься с Дмитрием?
— Я планирую подъехать к нему часов в одиннадцать, как долго мы будем беседовать -не знаю, но особо разглагольствовать я не собираюсь.
— Я буду в фитнес-клубе в это время.
— Что? - удивился я. - Так поздно? Или твой тренер по самообороне только в это время освобождается?
— Нет, просто у меня сегодня много дел, а вечером очень хочется сходить поплавать.