Третий Всадник (СИ)

— Гришка, опять ты за своё, — скорчился я. — Оставь уже бедных стариков в покое. Чего они тебе сделали? Пугай молодёжь, они крепче.
— У них страх слишком жидкий, что ли. Собирать слишком проблемно. А вот у стариков он такой густой, настоявшийся. Даже пары человек хватает надолго. И вообще, после того, как я у них весь страх забираю, старики чувствуют себя гораздо лучше. Даже Мира подтвердила, что это имеет очень хороший терапевтический эффект.
  
— Да иди ты, терапевт, — отмахнулся я. — Давай лучше закончим, и завтра, наконец, узнаем, кто из наших красавиц мухлюет с ватой, поролоном и другими пуш‑апами, чтобы такие, как мы с тобой, слюнями исходили.
— Заклинание второго круга, которое может иметь непредсказуемые последствия, — произнёс Каспер, но кто его будет слушать, когда на кону возможность заглянуть за грань!
  
Глава 2
 
— Вот и прошёл очередной учебный год, — начал речь Александр Михайлович, отчего‑то косясь на нас с Гришкой.
А мы чего?
Мы ничего не сделали. Стояли себе совершенно спокойно, даже рядом с одноклассниками.
Чем старше мы становимся, тем лучше к нам начинают относиться. И даже бояться уже перестали. Понимают, что дружба с нашей четвёркой может принести множество преференций.
Пока только по учёбе или её отсутствию — тут уж как получится. А в будущем одного факта знакомства с нами может вполне хватить, чтобы открывались многие двери.
— Для кого‑то он выдался трудным, кому‑то дался невероятно легко, но я прекрасно знаю, что все вы выкладывались по полной. Трудились не покладая рук и не жалея себя, — продолжил Бродский, не сводя взгляда с нас.
— У меня лицо чистое? — не выдержал Гришка. — Дома тосты с вареньем ел, может, обляпался?
— Чистый ты. Здесь другое. Забыл, на чём специализируется директор?
— Как Мира наша — на магии разума, — ответил Гришка и резко сделал шаг в сторону, оказавшись за спиной Володьки Разина, самого здорового из нашего класса. — Думаешь, он смог узнать?
— Что узнать? — спросила Ульяна Томская, одна из тех, кто фигурировала в нашем споре.
— Что мы физру на прошлой неделе прогуляли, — быстро ответил я и выдернул Гришку к себе, стараясь как можно более убедительно улыбаться директору. — Ульян, всё нормально. Если кого и будут ругать, так это нас с Гришкой. Вы же тогда повелись на наши уговоры. Ведь правда?
— Правда, — немного заторможен prepared ответила девчонка.
Плохо у меня пока получается использовать трюки Скворцовой, но я совершенствуюсь.
— Вот и хорошо, а теперь слушай, что говорит Александр Михайлович, а то на нас уже половина собравшихся косится. Точно влетит, — девчонка кивнула и встала рядом с Володькой, с огромным энтузиазмом прислушиваясь к словам директора. Я же, продолжая улыбаться, заговорил с Гришкой: — Ерундой не занимайся. Не может Бродский к нам в мозги залезть. А даже если и может, то никогда не найдёт там нужной ему информации. Да и наше заклинание никто не сможет обнаружить. По крайней мере до тех пор, пока мы его не активируем. Я надеюсь, ты ключевую фразу не забыл?
— Помню, — кивнул Гришка. — Сим‑Сим…
Мне пришлось срочно закрывать Гришке рот рукой.
— Рано ещё. Или ты хочешь опозориться перед всей школой?
Этого Гришка точно не хотел.
Мы отчётливо понимали, какими последствиями обернётся разглядывание объектов нашего спора. Поэтому делать это необходимо в том месте, где нас никто не увидит.
Не хватало ещё на общешкольной линейке стоять с оттопыренными штанами.
Да и помимо нужных девчонок здесь было полно других представительниц женского пола. Та же Ольга Леонидовна и её подружки.
Бррррр…
Как подумал, что могу там увидеть, так меня сразу передёрнуло. Я даже скривился, что не ускользнуло от Александра Михайловича, на несколько секунд прервавшего свою речь.
Видимо, ожидал, что должно было произойти нечто незапланированное, но не дождался, с облегчением выдохнул и продолжил:
— Впереди у вас каникулы. Время отдохнуть и восстановить силы перед новым учебным годом. Для младших классов будет работать школьный лагерь, а ученики старших по желанию могут стать вожатыми. Если кто‑то ещё не определился, то у вас есть время до завтрашнего дня. А теперь слово предоставляется Ольге Леонидовне — она сообщит об успеваемости и вручит награды лучшим ученикам школы. Не забудьте, что после линейки для младших классов будет организовано чаепитие со сладостями, а для старших — дискотека.
Не дожидаясь, пока Азарская поднимется на сцену, Александр Михайлович покинул её и направился в нашу сторону. Что уже не понравилось даже мне. Как бы не поломал все наши планы, гад такой. Он может.
— Ну, мы точно не входим в число лучших учеников. По поведению так точно не проходим, так что не вижу смысла задерживаться здесь ещё больше, — сказал я Гришке и осторожно начал отступать в глубь строя одноклассников.
— Медведев, Воронов, вы куда это собрались? Линейка ещё не закончилась! — остановил нас голос Андрея Ивановича, классного руководителя восьмого класса.
Отличный мужик, бывший боевой маг, ветеран и один из немногих преподавателей, к которым мы действительно относились с уважением. Даже ни разу не попал в радиус действия наших шуток.
— Андрей Иванович, у Гришки живот сильно прихватил. Опять переел. Его бы к медсестре. Один точно не дойдёт. Смотрите, как мучается.
Учитель перевёл взгляд на Гришку, который уже держался за живот и всячески делал вид, что ему плохо. Даже пару раз выдал что‑то вроде стона, но больше было похоже на предсмертные хрипы. А сзади неумолимо наступал Бродский. Хорошо, что нас разделяли ученики старших классов. А то уже давно попались бы.
Андрей Иванович был очень высоким и прекрасно видел поверх голов учеников, что к нам приближается директор.
Как я уже говорил, мужиком он был умным и мог легко сопоставить резко заболевший живот и Бродского. А ещё он всегда стоял за своих учеников горой. И сейчас не подвёл.
— Раз живот, то идите. Но чтобы на танцах были. Не придёте — уши надеру.
— Спасибо, — сказал я и, обогнув учителя, мы оказались на оперативном просторе, втопив изо всех сил в сторону школы.
А точнее — в заранее подготовленное место, откуда нам будет очень удобно наблюдать за объектами спора и выносить вердикт по каждой отдельной девушке.
Возле входа в школу я обернулся и увидел Александра Михайловича, нервно бросающего взгляды в нашу сторону. Его задержал наш классный руководитель и о чём‑то спрашивал.
Говорю же, отличный мужик. Обязательно позабочусь о том, чтобы он был вознаграждён по заслугам.
— Наверное, правда сильно прихватило, раз вы так быстро до школы долетели со стадиона, — раздался голос школьной медсестры, от которого даже Каспер подпрыгнул.
Всё же бывшая жена, с которой остались не самые лучшие отношения даже после смерти.
Прямо перед нами стояла, уперев руки в бока, Ольга Орлова, которая уже как пять лет работает в Новослободской школе магии и заботится о здоровье учеников.
Нехило так она на старости лет скатилась.
Некогда одна из лучших целительниц империи — теперь обычная школьная медсестра. Хотя я слышал, что к ней до сих пор пытаются записаться на приём сильные мира сего. А император периодически вызывает Орлову на подмогу.
— Ему уже легче стало, — закрыв собой Гришку, сказал я. — Газов много было. С капустой квашеной переборщил. Пока бежали, всё вышло естественным путём.
— То есть вы сюда на реактивной тяге долетели, получается? — явно не поверив мне, спросила Орлова. При этом в глазах у неё начали плясать огоньки — явный признак того, что нам хана. — Мне Андрей Иванович сообщил, что прям беда с Вороновым: стонет, сам идти не может. А вы вон как домчались.
  
Значит, всё же не такой хороший мужик Иваныч. Подставил так подставил. Но ничего, есть у меня один безотказный способ.
— Максим, даже не думай! Не хочу! Мне хватило того раза на ледяном поле. Пожалуйста!