Двойняшки для Деда Мороза (СИ)

― Я надеюсь не сильно задержался?
― Ничего страшного. Я тебя не ждала. Спасибо, что трусы надел.
― Может не стоило? ― я снова бросила на него хмурый взгляд.
― Что значит не стоило? Еще как стоило. Зачем мне босс без трусов?
Он как‐то нагло ухмыльнулся, заставляя меня напрячься. А в следующую секунду двинулся на меня. Я крепко сжала чайную ложку в руке. И чего ему еще от меня надо?
Подошел и замер рядом, смотря томным взглядом в глаза.
― Я вообще‐то про чай говорил. А то снова чем‐то зарядишь в меня. Например, медом.
Ооо, медом.
― Зачем это?
― Я вот тоже подумал, зачем? А то потом придется тебе его самой с меня смывать.
Я выдохнула и таки залепила ему в лоб липкой от меда ложкой.
― Чертовка!
Глава 9
Сбежав от изверга в ванную, я прикрыла дверь на щеколду. Еще чего не хватало, чтобы он начал ко мне приставать. Мало ли что у этого бешенного в голове? Нет‐нет, мне моя честь дороже. Пусть пьет чай, а я тут переконтуюсь.
― Тук‐тук, Матильда, ― услышала я приглушенный голос и продолжила сидеть на полке.
А вообще, что, у меня в квартире Матильды живут?
― Открывай, горе луковой, мне в уборную надо.
― Тебе надо, ты и иди. А я при чем?
― Ты там находишься.
Я закатила глаза, и спрыгнув-таки решила открыть двери. Ну в конце концов, не писаться же ему.
Отодвинув щеколду, едва ли не снесена была вместе с дверью. Полярник, ой, как же его зовут, Господи! Виктор, точно! Он тут же схватил меня за руку, и с силой прижал к стене.
― Бонжур, месье.
― Думала спрятаться от меня?
― Ты не описаешься?
Он приблизился к моим губам, выбивая из меня дух.
― Я уже десять раз пожалел о том, что взял тебя на работу. Знаешь почему?
― Потому что я слишком привлекательна?
― Да, черт возьми. И меня это жутко раздражает.
― Можете уволить меня?
― У тебя это нервное? ― уточнил он, а я, похлопав ресницами, сглотнула.
― Это вы о чем?
― То на вы, то на ты меня называешь.
― Так хочу. Отпустите меня?
― А что мне за это будет? ― и он приблизился еще больше.
Я от волнения облизнула губы, и поняла, что от близости мужчины у меня сбилось дыхание. И чего еще ему от меня надо?
― А чего надо?
― Можешь кофточку снять, а я поглазею.
― Могу по колокольчикам двинуть, а я поглазею.
Он тут же изменился в лице, перестал скалится, и отпустил меня.
― Теперь ясно почему отец твоих детей не появляется в их жизни. Ему просто страшно к тебе подходить. Ты же ненормальная.
А вот это удар ниже пояса. И нет, я не про ненормальную.
― Выход знаешь где.
Оттолкнула его, и вышла из ванной.
Пусть катится к черту, а я буду отдыхать. И работу свою в задницу себе пусть засунет.
Закрыв на замок дверь в гостиную, я убедилась, что малыши спят, и тихонько присела в кресло у большого окна. Ладонью подперла подбородок и только сейчас поняла, что смотрю на елку. Замечательно.
Фыркнула и отвернулась. Меня что теперь на каждом углу будет преследовать этот… Тортик.
Нет, ну я согласна, елка очень красивая. Огромная, пышная, выбрана с любовью. Только с какой вдруг? Тоже мне, герой. Будет тыкать мне отцом моих детей. Его это вообще не касается!
Откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. В голове промелькнула картина прошлых лет. Конечно, в памяти до сих пор свежи слова про идиотку, но все равно я благодарна Хусейну за то, что он был в моей жизни. Зато теперь у меня есть два чудесных сорванца, которые ни минуты не дают скучать. А главное, благодаря им у меня нет времени на грусть и самобичевание. Иначе бы я точно впала в депрессию. Хотя, с чего вдруг? Я радуюсь, что Хуссейн сбежал так вовремя. Дуракам не место в моей жизни.
Вздрогнула и резко распахнула глаза.
Что случилось? День уже? А что стукнуло?
― Мамулечка, прости меня. это я случайно разбила елочную игрушку, ― виновато произнесла Варя, скривившись.
Я улыбнулась и расставила руки приглашая ее обниматься.
 
Малышка тут же подбежала ко мне, и залезла на колени. Мы обнялись, и я получила сладкий поцелуй в щеку от любимой девочки.
― Ты лучшая мама на свете.
― Ты думала, что я стану тебя ругать из‐за какой‐то бездушной игрушки?
― А в садике Катерина Ивановна ругала Алешку за то, что он случайно разбил игрушку, ― поведала она мне почти шепотом.
― Вот тебе на! Еще чего? Это же такая глупость. Нужно поговорить спокойной, и попросить быть внимательнее.
― Ты скажешь ей, чтобы она больше не ругала Алешку?
Я улыбнулась.
― Скажу. Если он тебе так нравится.
― Ну, мамулечка, ну что ты сразу.
― Ладно тебе. Кто если не я?
― И это верно.
― А где Ваня?
― А он с дядей Витечкой на кухне завтрак готовит.
Я замерла, посмотрев на дочку удивленным взглядом.
― С каким еще дядей Витечкой?
― Мам, ну ты чего? Вот чудная. Елку нам кто привез?
― Ах, дядя Витечка. А не подскажешь, что он делает у нас в квартире?
― Ну этого я уже не знаю. Вас взрослых сложно понять. так что, идем завтракать?
Я хмыкнула, и кивнула.
― Идем. Куда же нам деваться?
Я подхватила Варю на руки, но она вырвалась и побежала вперед, а я плелась за ней следом. Я что‐то не поняла, какого черта Витечка остался у меня дома?
По дороге на кухню, заглянула в зеркало в прихожей. Ужаснулась, перекрестилась, еще больше размазала туш под глазами и показав большим пальцем «класс» себе в зеркале, довольная пошла в пункт назначения. А таааам, вовсю кипит работа. Что вообще происходит?
― Мамулечка проснулась! ― прокричал Ваня, и спрыгнув со стула, подбежал ко мне с испачканными в муку руками.
Тортик хмуро смотрел мне в глаза. Фонарь ему что ли организовать?
― Доброе утро, милый, ― чмокнула его в щеку, и он сразу же сбежал обратно к столу.
Что они лепят? Оладьи?
― Доброе утро, ведьмочка. Мы тут блины тебе готовим. Правда, что‐то с ними не так, ― огорченно признался Витя, положив тонкий раскатанный слой теста на стол.
Я обвела взглядом кухню, и поняла, здесь не ураган прошел, а целый Армагеддон.
― Блины не раскатывают скалкой, ― поведала я древнюю историю. ― Скалка вообще не для теста. По крайней мере моя.
― Эм, а для чего?
― Ой, дядь Витечка, вы бы бежали, а то чет мама злааяяя.
Глава 10
― Объясните мне, пожалуйста! Какого… дети, закройте уши, ― малышня тут же выполнила мою команду, ― какого черта здесь происходит? Мне кажется, или вы должны были покинуть мою квартиру еще вчера?!
― Должен был, и я ее покинул. Но прихватил с собой ключи.
― Мамочка, все?
― Нет! ― прошипела я, не разрешая открывать Ване уши.
― Не кричи на детей.
― Не указывай мне, Витечка! Вот найдешь себе женщину, пусть родит тебе детей, и будешь своей жене указывать, как их воспитывать. А из меня мать никакующая, даже отца детей не удержала. Так что не надо мне делать замечаний.
Витечка изменился в лице. Нахмурился и слегка склонив голову негромко произнес:
― Ты из‐за вчерашних слов моих обиделась?
Я ничего не ответила. Показала детям, чтобы открывали уши, и оставили нас одних. Они осторожно посмотрели на меня, и паровозиком вышли за дверь. Я принялась наводить порядок на столе. Выключила плиту, и вытащила «блинчик» со сковородки. Убрала ее в мойку и развернулась к своему нежданному гостю.
Что‐то с его появлением в моей жизни, взгрустнуть захотелось. Что в принципе мне свойственно.
― Он даже не знает, что у него двое детей, ― произнесла, не глядя на Виктора.
 
― Ты не сообщила ему?
Я медленно покачала головой.
― Когда он услышал о том, что я беременна, получил от меня по морде, и свалил.