Тишина — страшный звук (СИ)

— Подожди-ка минутку, — проговорила женщина, и Билл еле сдержал вздох перед тем как снова повернуться к ней лицом. — Как тебя зовут?
— Билл, — любезно ответил Билл, — Билл Каулитц.
Женщина кивнула и тоже представилась ему:
— Симона Трюмпер, мама Тома.
Билл кивнул в ответ. Он был так озадачен, что совершенно не понимал, чего она сейчас хочет. Он привёл её драгоценного мальчика домой, что ещё ей от него нужно?
  
— Понимаешь, у Тома совсем нет друзей. — Пояснила Симона. — Он другой, и люди никогда не бывают милы с ним. Я совершенно не ожидала, что такой, как ты, вдруг появишься и отведёшь его домой, или хотя бы позаботишься о том, чтобы остановить тех, кто его тронул.
— Такой, как я? — Билл скрестил руки на груди и приподнял брови, словно показывая, что не принимает её позицию, но он вовсе не собирался быть с ней невежливым, даже если бы действительно хотел этого.
— Ты не выглядишь как человек, который бы позаботился о таком, как Том, — медленно произнесла Симона. — Я уверена, что ты популярный парень и явно ищешь кого-то другого.
— Ну, в общем-то, да, — Билл пожал плечами. — Но разве это имеет значение? Я не знаю вашего сына, и у меня нет причин, чтобы наслаждаться тем, как кто-то его избивает. Он даже не пытался остановить их, просто молча смотрел. Я делал много всяких вещей, мэм, но я точно не жестокий человек. Я не пройду мимо того, кто даже не может защитить себя.
— Да, имеет значение, потому что люди, которые так или иначе популярны, редко беспокоятся о тех, кто нет, — Симона сказала это твёрдо, глядя на Билла так серьезно, что тот почти захотел отвести взгляд. — Я просто хочу убедиться, что ты не собираешься использовать его.
— Миссис Трюмпер, — ответил Билл немного раздражённо, — я не знаю вашего сына, я привёл его домой потому, что не хотел оставлять одного посреди улицы. Я не собираюсь больше никогда его видеть, и, хотя до этого мне и нет дела, но вы могли бы быть хоть немного благодарны, что кто-то позаботился о нём, пока вас не было рядом.
С этими словами он повернулся и уже собирался уходить, ему не хотелось больше её слушать. Он не сделал ничего преступного, и она всё ещё пытается выставить его плохим парнем. Гребанная женщина, убивающая его нервные клетки.
— Спасибо! — Крикнула ему Симона. — Неважно, почему ты сделал это, я всё равно благодарю тебя за то, что привёл его домой.
— Это не проблема для меня, — Билл бросил взгляд на неё через плечо, продолжая идти. — И вам следует больше не судить о книге по её обложке, не все люди кретины.
Он не ждал от неё ответа, и ещё меньше его заботило, что она думает о его довольно резких словах. Она и сама его ужасно взбесила, и он больше не хотел иметь ничего общего с ней или с её сыном.
Обратно он шёл той же дорогой и никак не мог перестать оборачиваться на тот дом, что так пристально разглядывал тинейджер, думая, что же такого особенного было в этом сооружении.
Это был обычный кирпичный дом с затемнёнными окнами и разросшимся садом. Он выглядел заброшенным и, возможно, пустовал уже несколько лет. Ничего выделяющегося в нём не было, это был просто старый дом.
Он пожал плечами и продолжил идти, выходя на улицу, где нашёл того странного подростка, и, как только он прошёл мимо места, где парни избивали его, он заметил на земле что-то, чего не видел тут ранее, потому что был слишком занят, отчитывая тех идиотов и рассматривая Тома, чтобы убедиться, что тот в порядке.
Простой черный рюкзак лежал в нескольких шагах от места драки, почти незаметный в темноте. Лишь по единственной причине Билл приметил его, потому что всё это время пялился вниз на землю, и, если бы взглянул перед собой, тут же упустил бы из поля зрения.
Он немного нахмурился и подошёл ближе к предмету. Он бы проигнорировал это, как всегда делал, но этим вечером всё было не как всегда, и сейчас он находил в себе гораздо больше любопытства, чем обычно, так что без задних мыслей подхватил рюкзак, удивляясь его весу. Он не был невообразимо тяжелым, но оказался тяжелее, чем выглядел.
В один момент он подумал о том, чтобы открыть его, но затем понял, какой охуенно тупой мыслью это было. Это был простой рюкзак, ему нужно было лишь поднять его с земли и пойти домой, где, если бы ему понадобился полноценный сон, это совершенно точно было бы после этой до нелепости странной ночи.
Билл, не переставая вертеть рюкзак в руках, наконец, нашёл болтающуюся на нём бирку с именем.
Том Трюмпер.
— Ты, блядь, везде, — пробормотал Билл, затем шумно вздохнул и закинул рюкзак себе на плечо.
Завтра придётся вернуться сюда и отдать его этой выводящей своей глупостью женщине. Несмотря на то, что он наверняка знал, что в рюкзаке может оказаться что-то очень важное, он был слишком уставшим, чтобы возвращаться туда дважды за одну ночь, да и отсюда было не слишком далеко до его квартиры, так что, чёрт возьми, не сегодня.
Вздохнув, он пошёл дальше по улицам, понемногу догадываясь, что с ним было не так сегодня. Он никогда в жизни не волновался о ком-то или о чем-то, что не касалось его или его друзей, но сегодня… Сегодня его вдруг беспокоил рюкзак, оставленный странным, на полном серьёзе пришибленным подростком, которого никогда не встречал раньше. Плюс ко всему, он собирался возвращаться обратно, где снова встретит женщину, которая осудила его, даже зная, каков он на самом деле. Ничего такого он никогда обычно не делал, не беспокоился о таких вещах никогда в жизни, этого никогда не бывало, и ему не хотелось, чтобы было.
Конечно, маленькая часть его была даже чуточку счастлива, что появился такой шанс вернуться обратно, несмотря на то, что он понятия не имел, что на самом деле было с Томом. Даже несмотря на то, что он бы скорее умер, чем допустил такую мысль, ему было, в какой-то степени, любопытно узнать это. А ещё ему, так или иначе, хотелось увидеть эти ласковые ореховые глаза снова, всего один разок. В конце концов, он не планировал сближаться с этим ребёнком, он просто хотел вернуть его вещь назад и на этом бы всё закончилось.
— Почему мне вообще есть до этого дело? — Тихо спросил он сам у себя и уже отыскивал в кармане ключи, как только стал приближаться к своему дому. — В любом случае, он какой-то фрик…
========== Глава 3. Это ты. ==========
Следующим утром Билл проснулся поздно и всё ещё чувствовал себя крайне уставшим. Всё, что ему сегодня снилось, это странный молчаливый тинейджер, поэтому он поминутно просыпался, чтобы поскорее выгнать из своего сознания образ этих глаз орехового цвета. Это не сработало: каждый раз, как только он засыпал, сон снова возвращался, и, когда в одиннадцать утра он окончательно проснулся, бросив попытки насладиться крепким сном, у него было ощущение, что глаза забиты песком.
— Идиотский ребёнок, — он пробубнил и поднялся с постели, нахмурившись, как только увидел своё отражение в зеркале, которое висело прямо у двери ванной комнаты.
Его волосы оказались в полнейшем беспорядке, даже хуже, чем обычно, а глаза были красными от усталости. Прелестно.
Со вздохом он подошёл к гардеробу, откапывая в нём какую-то одежду на сегодня, оставив без внимания уже раздражающий его черный цвет, и сосредоточенно сдвинул брови, выискивая подходящую к его стилю деталь. Затем он быстро сделал мейк-ап, удовлетворённый тем, как он всегда умело может сделать себя старше с помощью черных теней вокруг глаз, даже когда не тратил слишком много времени на это.
Сегодня ему не нужно было выглядеть как всегда ярко, ведь единственным запланированным занятием на день было прогуляться до Трюмперов, отнести рюкзак и затем вернуться обратно домой, чтобы заказать какую-нибудь пиццу и провести остаток дня на диване, смотря телевизор.
  
Его планы обрушились в тот самый момент, как он покинул ванную и обнаружил своего лучшего друга, Георга, распластавшимся на диване с громким храпом.
— Чел, — Билл, недовольный происходящим, резко вытянул подушку из-под головы друга и отбросил её в сторону, предлагая юноше с тёмно-каштановыми волосами такой вариант внезапного пробуждения. — Какого хрена ты здесь делаешь?