История одной грешницы (СИ)

— Я понимаю твои претензии, дорогая, — отец нежно поцеловал в макушку и с сожалением произнес, усаживаясь рядом, — сейчас сложный проект веду, прошу, потерпите. Мы обязательно с вами сходим куда-нибудь. Я ради вас с сестрой стараюсь.
— Когда? — подняла взгляд, полный надежды. Глаза ненароком скользнули по его заметным глубоким морщинам на лице, от чего сердце трепетно сжалось.
Ни один ребёнок в мире не сможет по-настоящему принять то, что его родители стареют… Так больно было видеть в когда-то привычных моему взору молодых глазах родителя потухший огонёк. Теперь же его глаза украшали глубокие морщины, которые разглаживались, когда отец улыбаясь смотрел на меня и Рину.
— Не знаю, дочь. Сходите с Катариной развеяться на шоппинг, в клуб или ресторан какой-нибудь хороший. Все мои финансы в вашем распоряжении. Чем сейчас молодежь интересуется?
Мужчина виновато улыбался, стараясь сгладить нервное напряжение и мою обиду на родителя.
— Пап, нам не деньги нужны от тебя, а внимание, — нервно кусая губы, сообщила я банальную новость родителю.
— Прости, доченька, обязательно всё будет, но чуть позже. Дай мне время урегулировать мои дела и обещаю, поедем на яхте отдыхать, или в поход. Придумайте пока с Риной сами.
— Яхта? Мы можем себе позволить яхту? — опешила от новости.
— Приобрёл вот недавно, — развел руками отец.
Я слабо улыбнулась, нацепив на себя вялую улыбку. Ну, да…чего удивительного, такие богатства теперь вокруг.
— Ты просто скажи, когда? — заглядывая в его глаза, стояла на своем.
— На выходных. Хорошо? — ласково потрепал по макушке отец меня, словно я была ребёнком.
— Что на выходных? У нас каждый день выходной, — шумно поедая яблоко с хрустом прожевывая, произнесла Катарина, танцующей походкой влетая в гостиную.
— Папа уделит нам время на выходных, а сегодня только среда, — хмыкнула я. — Идём сами развлекаться.
— Юхууу! — взвизгнула сестра, подбегая к нам и облокачиваясь локтями на мягкую спинку дивана, отчего он мягкая поверхность слегка просела, а Рина чуть не упала лицом в сиденье. — Я в деле! Вначале шоппинг, затем рестораны, потом в клуб пойдем, потом…
— Стоп-стоп, — замахала рукой я, поспешно останавливая Рину. — Надеюсь не всё в один день?
— Нет, мне ещё надо успеть глазки построить Амодеусу, — мечтательно произнесла девушка, оббегая угол мебели и приземляясь рядом на диван, нагло втиснувшись между мной и отцом.
У отца, при упоминании имени блондина дёрнулся глаз.
— Катарина, не смей даже разговаривать с Амодеусом! Тебе не стоит общаться с ним, — железным тоном произнёс отец, строго взглянув на ветреную блондинку.
Та лишь пожала плечами и невинно улыбнулась. Зная её, она сделает всё с точностью до наоборот.
— Держитесь от…инвесторов как можно дальше, девочки, — глухо отозвался мужчина, вмиг посерьёзнев. — Лучше сходите по магазинам, не стоит сидеть всё время дома. Здесь ничего не увидите интересного, а в городе столько всего.
Шумно вздохнув, я нехотя встала, а Рина, бодрой ланью, уже скакала к выходу.
Через пару часов мы прогулочным шагом прохаживались по бутикам в центре города, и я, примеряя очередное платье, мыслями возвращалась к Велу. Будто бы наряд я подбирала для того, чтобы он одобрил и по-иному взглянул на меня, может быть даже как на женщину.
От мысленного упоминая имени мужчины, сердце предательски сделало кульбит, будто бы обозначая, что я и вправду заинтересовалась таинственным брюнетом.
Заметив, что сестрица постоянно торчит в телефоне, я полюбопытствовала:
— С кем ты всё время переписываешься?
— С Амодеусом, — расплылась в улыбке девушка, а я содрогнулась.
Её одержимость малознакомым мужчиной переходит все границы. Нет, я тоже в девятнадцать лет влюблялась, но безответно, и зареклась это делать вообще. С сердцем бы теперь ещё договориться.
— Ой, Крис, ты ж сама слюни пускаешь на Вела, думаешь я не заметила, — звонким голосом проговорила Катарина, подхватывая брендированные пакеты с платьями от известного дизайнера и вприпрыжку выскакивая за двери бутика навстречу новому.
 
— Тихо ты, — шикнула я на рассмеявшуюся в ответ Рину, боясь, что Вел каким-то немыслимым образом может услышать это. — Когда ты вообще успела?
Сестрица обернулась, лишь показала язык и бодрым шагом направилась в очередной бутик.
Почему отец так их боится? Ну, точно, мафия.
Глава 6.
Ближе к вечеру, когда отец отдыхал у себя, а Рина гуляла в саду с Амодеусом (я даже не спрашивала, почему этот мужчина постоянно торчит в поместье отца), я от безделья исследовала дом, бесцельно слоняясь по просторным помещениям с мраморными полами и высокими потолками. Несмотря на то, что здание было из благородного камня, с внешней отделкой из декоративного, оно было светлым и уютным, благодаря мягким цветам интерьера и правильно подобранной метели.
Проходя мимо кабинета отца, я замедлила шаг, но в то же время что-то заставило меня остановиться. Глянула на часы смартфона: без четверти девять.
Дверь была чуть приоткрыта и через небольшую щель проглядывался пустующий кабинет, и я не преминула возможностью зайти. Воровато оглядевшись, я отворила заветную дверь и юркой мышкой проникла в рабочий кабинет отца.
Посидев за его столом, озадаченно перебрав какие-то листы бумаг с чертежами, я пыталась получше узнать отца. Ведь за пять лет мы лишь раз в месяц созванивались по видеосвязи, а я, кажется, столько пропустила изменений, произошедших с ним.
Пройдя вдоль стеллажей с книгами — эдакая небольшая библиотека, я заметила на полке лежащий невпопад старинный фолиант. Я провела подушечками пальцев по корешкам книг, что стояли рядом, смахнув с них немного пыли и вытащила на свет фолиант. Хоть книга и стояла на полке с другими, но единственная не была в пыли.
— Гоэтия, — прочитала вслух название и нахмурилась.
Стоило только взять в руки увесистую книгу в красном кожаном переплете, как со стороны коридора раздался мрачный голос в приказном тоне:
— Положи это на место.
Я вздрогнула, едва не уронив диковинку, и поспешила положить на рабочий стол отца, попутно обернувшись.
— Можно было и повежливее, — вздернув подбородок произнесла я, оскорблённая тоном мужчины, что невесть откуда здесь появился.
— Люди, — мрачно отозвался брюнет, едва уловимо скривившись и, сверкнув фиалковыми глазами, развернулся и зашагал прочь.
Я нервно сглотнула. Откуда он здесь взялся? Я даже не слышала шагов. Неужели ковёр делает шаги глуше?
Осторожно выглянула в коридор, но тот был пуст. Словно Вел тот час испарился.
— Эй! — крикнула я в пустоту неосвещенного коридора, но мой крик остался без ответа, естественно, и я уже проговорила сама себе, — ладно, и правда было некрасиво без спроса тут торчать.
Но теперь моим вниманием определенно точно завладел фолиант. Я вновь вернулась к рабочему столу отца, предварительно закрыв дверь кабинета на защёлку внутри.
Стоило только взять в руки книгу и открыть первую страницу, пробежаться глазами по тексту, написанному на латыни, которую я совершенно не знала, как за спиной раздался мрачный голос брюнета:
— Ты из принципа не слушаешь чужих рекомендаций?
Я приглушённо вскрикнула, выронив фолиант и моментально обернувшись, но мужчина ловко поймал его одной рукой, не сводя с меня пронизывающего взгляда. Я перевела взор на дверь, но та оказалась открыта, хотя я совершенно точно её закрывала!
— Как ты… — вновь посмотрела на мужчину, затем снова на дверью, — я же закрывала. Я даже не слышала, как ты вошёл.
— Не важно, — безразличным тоном произнес Вел, неспешно прошёл к стеллажу и аккуратно поставил фолиант на законное место на верхней полке. — Будь добра, не трогай эту вещь.
 
— А иначе? — вскинула бровь в удивлении.
Мужчина замер на секунду, стоя спиной ко мне, так и застыв возле стеллажа с книгами.
— Всегда следует "иначе" за любым предупреждением, — добавила я, ощущая странное чувство неправильности происходящего. Почему вообще я слушаю малознакомого мужчину!