Слезы красного квазара (СИ)

Суровое воспитание родной планеты давало о себе знать. Не стоило сильно привязываться к детям, что в любой момент могли попасть под завал в шахте или подхватить хворь, лишающую жизни сотни человек.
И в этом месте, где глаза матери не следили за каждым его движением, а бывшие коллеги не перемывали кости руководству, Джойс впервые за долгое время хотел искренне заплакать. Слезы так и не стекли по его щекам, но глаза таки предательски покраснели.
  
Он был искренне счастлив. И Джойс очень надеялся, что это блаженство продлиться как можно дольше.
От воспоминаний о бывших коллегах и матери его отвлекло сердце. Едва заметно, но мерцание стало чаще. Подсоединенный датчик показал повышение жизнедеятельности, и от этого Джойс ощутил страх.
Он совершенно не знал, что ему делать.
– Хелен!
Девушка в очках с оправой из серебра отвлеклась от своих записей. Заметив стремительно растущие показатели, она подскочила к столу.
– У тебя есть стабилизатор? – спросила она у Джойса и в буквальном смысле через тик ответила на свой же вопрос. – Конечно... Откуда он у тебя.
Закусив губу, она обернулась к кабинету профессора.
– Пойдем! Стайн, немедленно помоги нам!
Розовокожий пришелец с широким ртом проворчал что-то нечленораздельное, но стоило только Хелен показать на кристалл, как тот мгновенно заткнулся.
В кабинет они в буквальном смысле влетели. Окажись это обычной дверью, то Стайн непременно бы выбил ее.
– Ищи прибор с тремя проводами, напоминающий маленький радиоприемник, - пояснила Хелен и начала рыться среди полок с инструментарием. Стайн искал среди заваленный записей на столе. Джойс же судорожно обыскивал ящики с мелким оборудованием. Инструменты перемешаны, и среди них юноша с трудом нашел то, что было похоже на описание Хелен.
– Это оно? – он поднял руку с незнакомым прибором.
– Да! – Хелен бросилась к Джойсу.
Взяв инструмент, она шустро направилась к выходу, но стоило только двери открыться, как она воскликнула:
– Профессор Кинет!
У кристалла стоял мужчина. Его правая рука лежала на одном из отростков сердца. Глаза Кинета прикрыты, а тело ни на миллиметр не дернулось, когда его позвала девушка.
– Как вовремя вы пришли, – устало произнесла она. – Сердце перестало быть стабильным. Мы переживали, что может произойти нечто ужасное.
Стайн вышел из кабинета и вернулся к работе, в то время как Джойс и Хелен подошли к профессору.
– Все хорошо, – произнес он, и Джойс отчетливо расслышал слабые помехи в голосе мужчины. – Оно стабильно. Можешь возвращаться к работе, Хелен.
Девушка кивнула. Бросив на Джойса странный взгляд, она вернулась на свое рабочее место.
– Прошу прощения за этот переполох, – обратился к Джойсу профессор. – Надеюсь тебе повезет, и ты больше никогда не столкнешься с подобным явлением.
– И часто сердца теряют стабильность?
– Крайне редко, – казалось, что после каждой новой фразы голос становился все более механическим. Кинет заметил это. – Думаю, что тебе нужно отдохнуть. Перелет был изнурительным, а тут я со своей просьбой.
– Мне совсем не сложно последить за ним еще немного! – заверил Джойс.
– И все же я настаиваю. Сегодня у нас больше не планируется работы. Так что иди отдыхать.
Кинет убрал руку. “Биение” сердца вновь стало стабильным. Быть может Джойсу показалось, но сияние, что раньше исходило из центра, слегка сместилось к руке Кинета.
– Тогда я... пойду?
Профессор кивнул.
– Спокойной ночи, Джойс.
– И вам, профессор.
Быть может бессмысленно желать доброй ночи в космосе, где ее не было.
Джойс вышел из лаборатории. Покидать столь чудесное место тяжело, но уставшее тело отозвалось болью, когда он вспомнил свой последний сон. А потому все же мужчина направился по выстроенному часами маршруту.
Следовало отдохнуть перед первым официальным рабочим днем. Джойс знал, что в следующем цикле его ждало нечто невероятное.
В это время профессор Кинет вернулся в свой кабинет. Мнимая конфиденциальность в виде замка щелкнула, отрезая его от двух оставшихся ученых и стабилизированного сердца. Мужчина подошел с столу. В одном из ящиков нашел голосовой модуль, представлявший из себя мелкое устройство из переплетенных проводов. Один из них был порван, а три отстали от своих мест. Стоило припаять, прежде чем использовать.
Кинет скрыл лицо в ладонях.
Он находился в такой дыре, из которой не было выхода.
  
Нео. Первая встреча
 
– Почему они уходят! – закричал женский голос.
Уснувшая Нео вздрогнула и распахнула глаза. Ее внезапное пробуждение заметила лишь Кендра.
– Ты в порядке? – сонно спросила она.
Подруга с трудом держалась сама. Нео заметила бутылку из-под энергетического напитка, что стоял на краю ее части стола. Скорее всего только из-за огромной дозы кофеина она еще не свалилась на парту рядом с подругой.
– Кто кричал? – спросила Нео.
Кендра нахмурилась. В уголках ее глаз скопились слезы, что вот-вот должны были побежать по щекам. Стоило только потереть веки, как те исчезли.
– Никто не кричал.
В нижней части аудитории профессор Китокосис увлеченно рассказывал про прародителей Совета. Он начинал активно жестикулировать своими маленькими лапками в особенно захватывающие, по его мнению, моменты. Он совершенно не обращал внимания на девушек, одна из которых только что проснулась, а другая была готова отправиться в блаженное бессознательное.
Нео вспомнила кричавший голос.
Это именно та девушка, что разбудила ее в каюте. Именно она кричала о холоде.
– Я не хочу, чтобы они уходили. Здесь так страшно...
Нео вновь оглянулась. Абсолютное равнодушие со стороны студентов говорило о том, что только она слышала этот голос.
– Думаю, что я слишком переутомилась, – сделала вывод Нео.
Кендра зевнула.
– Как же я тебя понимаю.
Нео заметила сидящего впереди Зайса. На лице юноши не было и капли усталости. И это крайне удивляло, поскольку в прошлый цикл из их тройки именно он испытал наибольший шкал эмоций. Нео и Кендра еще долгое время не смогли уснуть, обсуждая Крика и нового куратора. И именно поэтому сейчас клевали носом. Даже Айро, что не показал никакого особого удивления, прямо сейчас спал на заднем ряду со скрещенными на груди руками. Настолько привычная для него поза.
– Поражаюсь Зайсу, – произнесла Кендра – За все то время, что я пытаюсь не спать, идеальный мальчик даже не зевнул.
– Замийцы спят куда меньше людей, – пояснила Нео.
Кендра застонала.
– С одной стороны я ему завидую. Не хотеть спать во время занятий – слишком прекрасная способность. Но с другой стороны я могу ему и посочувствовать, – очередной зевок. – Он просто не знает, что теряет.
Оставшуюся часть лекции Нео просидела за планшетом и чтением информации, что рассказывал профессор. Сухой материал ей давно известен. Зарождение Совета изучалось ей еще в середине школьного обучения. Нео не могла назвать эту информацию чертовски необходимой, но программа требовала неторопливого введения в новые дисциплины. И потому они изучали старые записи.
– Думаю, что нам пора заканчивать, – произнес профессор. – Утомил я вас древними историями. Не переживайте, через занятие мы начнем лекции по войне.
Некоторые из студентов довольно замычали. Среди скучных историй о появлении политических систем война казалась более приятной перспективой.
Огромным потоком ученики направились к выходу. Нео и Кендра не торопились. Сонливость сделала их крайне медлительными.
– Прошу, тут так одиноко. Они ушли...
Вновь этот голос. В этот раз в аудитории не было никого, кроме нее и Кендры. Даже Айро исчез с заднего ряда.
  
– С тобой точно все нормально? – обеспокоенно спросила Кендра. – Ты все время оглядываешься.
– Боюсь, что ты посчитаешь меня сумасшедшей, если я попытаюсь объяснить.
Кендра немного оживилась.
– Расскажи, что не так.