Демон Войны 3 (СИ)
Глава 50
Суккуб. Ч2
Мне уже доводилось умирать ранее. Вернее, находиться в этом паршивом состоянии, когда организм слабеет настолько, что ты не можешь и пальцем пошевелить. И все что тебе остается, это лежать, размышлять и бороться за свою жизнь в тщетных попытках не закрыть глаза и не провалиться в дремоту, из которой уже невозможно выбраться. Первый раз я практически умер, когда палаточный лагерь, в котором мы расположились, накрыла артиллерия противника.
Это произошло потому что командовавший нами мудак с погонами полковника, решил что в прифронтовой зоне надо палатки расположить красиво в один ряд, плотно группируя, вместо того, чтобы максимально рассредоточить личный состав на площади. Он так же проводил построения, но к счастью, в момент обстрела, мы не стояли как идиоты и не слушали его пропагандистские речи, или ожидали, когда он пройдется и тщательно осмотрит наши морды на предмет наличия малейших признаков щетины. Мы мирно спали на своих шконках, когда сверху посыпались снаряды. Тогда мне пробило бочину и я медленно истекал кровью. В тот раз меня спас мой брат по оружию. Он обнаружил меня под обвалившейся палаткой, что начинала разгораться из-за долетевшего горящего колеса. Раньше оно принадлежало нашей топливозаправочной машине, но ту попаданием просто порвало на клочки.
Благо, вовремя вытащили и откачали, хотя покатушки в буханке, вместе с грудой тел, которая по дороге уже отходила в мир иной, то еще удовольствие. Нас от лагеря выехало пятнадцать раненых, а приехало восемь трехсотых и семь двести. Просто потому что машина маневрировала и пыталась петлять, дабы летящий следом дрон-камикадзе, не добил остальных. Водитель как мог закладывал круги и делал крюк через лес, чтобы не гнать по открытым полям. Его конечно морально сношали потом за гибель семерых, но как по мне зря. Надо было наградить за спасение восьмерых. Но в армии награждать не положено. В армии одни сплошные наказания. Даже будучи на восстановлении после операции, я писал рапорт, в котором обьяснял, что это не полковник тупой мудак, а это мы, не оборудовали позиции и прошляпили тревогу. Но надолго я в калечке не задержался. Быстро вернулся в строй, пускай и начал жить на обезболах.
Второй раp, я чуть не умер во время одного из штурмов, когда перебегая от укрытия к укрытию, нарвался на пулеметную очередь. Мне разобрало ногу и руку. Спасли. Задымили, оттянули, оказали помощь. Потом госпиталь и операция. Без санатория и восстановления, обратно в штурма. Просто потому что пока я отдыхаю, мои братья погибают. Однако после крайней операции меня так перекрутило, что с обезболов я слез. По крайней мере, долгое время не мог употреблять даже простейший анальгин.
Сейчас же… Я погибал, сам не знаю от чего. Лишь чувствовал, что сил в организме не осталось. Крайнее что помню, это как демонесса склонилась и поцеловала меня в губы, а затем словно отрезало. И вот, я лежу на чем-то мягком, с закрытыми глазами и плавно угасаю.
Вопреки ожиданиям и расхожим мифам, нет никакого проносящегося перед глазами слайдшоу. Нет даже титров с подсчетом статистики выполненных сюжетных квестов. Хотя мне было бы интересно узнать сколько литров пива я выпил, по соотношению к количеству выпитой воды. Ну или количество пройденных километров за всю жизнь. Вместо этого я видел лишь тьму, через которую едва пробивалось свечение, льющееся сразу отовсюду одновременно.
— Дура, блять! — донесся сильно приглушенный крик Крысюка, словно у меня на ушах надеты шумодавы. А может и правда надеты. Что-то так приятно давит сразу на все тело, словно меня закутали в теплый кокон. Так хочется спать, но я вместо этого начинаю думать об всяких глупостях. Все что угодно, лишь бы не уснуть.
— Вся в свою мать, гребаная потаскуха, свалила нахер! — продолжал орать тыловик. Меня даже передернуло. Так наш комбат орал, ему хватало мощности голосовых связок для того, чтобы без микрофона вещать на целый батальон, выстроенный в две шеренги. Если бы не шумодавы, меня бы нехило так оглушило. Так что может оно и к лучшему, что я нахожусь… Да хрен пойми где я нахожусь. Но тут так хорошо и так тепло…
— Я не знала! — ревела Марселла, хотя я едва различил ее слабый голосок. Судя по тихому шлепку и звуку треснувшей доски, старший демон неплохо так приложил ее. Лишь бы не убил. Не охота мне еще один долг Крысюку выплачивать, а то его проценты это что-то с чем-то. Прямо таки навивает воспоминания о моей попытке взять кредит на компьютер, когда собрал комплектующих на сто десять тысяч, а кредит вышел на сто семьдесят, практически пятьдесят процентов переплаты. Люблю наш зеленый банк.
— Он демон, блять! Тупая блядина. Выше тебя по рангу и статусу, а ты… — дальше я уже не услышал. Раздался сталь оглушительный грохот, что у меня заложило уши. Это позволило вынырнуть из состояния полудрема, в которое я практически полностью погрузился. Кое-как разлепив веки, я ощутил, как глаза тут же залило какой-то жижей, словно я находился в желе. Причем судя по ощущениям, это желешка была с примесью холапенья.
Мне хватило ума, чтобы не стиснуть зубы и замычать, а не заорать в голосину, иначе бы эта дрянь залила еще и глотку и тогда бы я захлебнулся. Жгучая боль отрезвила, заставив мышцы сокращаться, а нервный импульс разгоняться по телу. Я задергался, пытаясь вырваться из кокона. Наконец пришло осознание, что я подвешен на высоте, по крайней мере, дергаясь из стороны в сторону, ощутил некую раскачку, словно моя тушка стала элементом маятника. Благо хотя бы головой вверх.
Извиваясь, словно уж, брошенный на раскаленную сковородку, я принялся раскачиваться дальше, жмурясь от боли и громко, как мне казалось, мыча. В какой-то момент, мне удалось сорваться с подвеса и мой кокон улетел вниз. А вот приземляться уже было… никак. Словно я внутри резинового шара. Оболочка лишь отпружинила от земли и я чуть покатился, но недалеко. Уперся в какую-то стенку, а дальше, наконец услышал треск, словно рвалась ткань.
Как оказалось, это я сам пробил наружный слой и срывал с себя оплетку. По ощущениям, словно тысячи тоненьких ниток. Неужели меня оплел какой-то паук? Даже как-то противно стало. Я конечно не арахнофоб, но не охота становиться обедом членистоногого переростка. Но сперва надо вымыть эту дрянь из глаз.
Жмурясь от боли и жжения, как смог перевернулся, выползая из кокона. Словно слепой щенок, аккуратно водил перед собою в поисках хоть какой-то жидкости. К счастью, таковая обнаружилась быстро. Небольшая выемка с ледяной водицей. Вот только кратер был слишком маленький, чтобы из него зачерпнуть, так что не придумав ничего лучше, я начал возить мордой по воде, то и дело вытирая дрянь с лица.
Стало до одурения холодно. Словно меня выбросили где-то в тайге, в середине января, без одежды, обмазав лишь какой-то согревающей мазью. Впрочем, когда мне удалось разлепить глаза, я понял, что в принципе, в своих мыслях, не далеко ушел от правды. Активировавшееся ночное зрения от демонического глаза, позволило осмотреть своды пещеры, под потолком которой было подвешено еще с десятка два коконов. Самой твари, что меня оплела, не было видно.
В голове сразу зародилось множество вопросов. Во-первых, почему я раздетый, впрочем, если учесть, что в крайний момент своей памяти, я был в бане, то это еще хоть как-то объяснимо. Во-вторых, что это за пещера и как я тут оказался. Причем выходов и входов в пещеру я почему-то не вижу. По крайней мере, мой правый глаз их не видит, левый-то еще жжет этой дрянью. По консистенции, что-то среднее между соплями и спермой. Еще и на вид как-то фиолетовое и слегка фосфоресцирующее. Видать тварь что меня спеленала, еще и пещерные грибочки и мох жрет.
Из приятного, она мажется, а значит я уже не пропаду. По крайней мере, пока у меня есть определенный запас по душам. А он, к моему счастью и благодаря моей паранойе, ну или лени, все таки имелся. Так что, нарисовав круг призыва на полу пещеры с помощью жгучего желе, быстро ввел в системное поле свой заказ. Конечно же, мне требовалось в первую очередь отмыться и одеться, поэтому я взял пару баклах воды, полотенце, а так же уже привычный мне комплект одежды. Тактические брюки и боевую рубашку, в расцветке «флора» и с заменой монотонного полотна рубашки на десантный тельник. Просто потому что могу себе позволить и потому что так теплее. Ну а уж встречать неведомую фентезийную хрень лучше всего в тельняшке.