Фактор роста (СИ)

Авиаторы заулыбались, а вот генерал Захаров отчего-то подобрался, словно в ожидание неприятных вестей.
— Полёт интересен прежде всего своим маршрутом. Самолёт взлетел на юге округа, потом какое-то время летел общим направлением на север. Закончился полёт в Белостоке. Общее пройдённое расстояние чуть более четырёхсот километров.
— Погоди, Тома.
Георгий Нефёдович Захаров неожиданно вздрогнул, а майор Самойлов продолжил:
  
— Возможно кто-то из товарищей командиров уже понял о каком полёте речь. Нужно ли нам продолжать?
— Нет! — командир 43-й ИАД счёл нужным встать, — такой полёт имел место и его инициировало не Главное Управление ВВС. Больше, товарищи, я ничего сказать не могу [84].
Впрочем, ничего больше опытным авиационным командирам говорить нужды и не было. Если о полёте не докладывали товарищу Смушкевичу, значит инициатор минимум нарком обороны. Где пролетал этот тихоход с юга на север — вариантов, в общем-то, тоже не много.
А вот эта, такая вся из себя воздушная, девушка значит и такие полёты видела. Вот и думай. Как говориться — умному достаточно.
— Что ж, товарищи, думаю с этим вопросом мы разобрались. У кого-то будут замечания? Нет? Отлично, — продолжил генерал Захаров, повернувшись к майору Самойлову — Виктор Степанович, вообще-то мы собрались тут, пользуясь случаем, для того чтобы услышать ваше мнение относительно операции «Т».
— Ясно. Тогда, думаю, надо отпустить наших конструкторов. Им наши проблемы тылового обеспечения уж точно не интересны. А вот капитана Фомина мы, наверное, попросим остаться.
«Параноик» — все разом подумали товарищи командиры авиадивизий.
Через несколько минут доктор Ивлев и Тамара Лапина ушли, авиаторы заулыбались и дружно закурили. Аркадий даже позволил себе мысленно усмехнуться, всё-таки когда гражданский специалист симпатичная девушка военных это нервирует. А тут и тема серьёзнейшая, да и сама Лапина бесить умеет, уж кому-кому об этом знать, как ни ему.
И тут капитан Фомин сначала просто отказался верить услышанному.
— Коза…
Все головы моментально повернулись к командиру 9-й САД полковнику Савицкому, который, похоже, и сам не ожидал от себя подобной реплики.
— Верно, Виктор Степанович, где вы нашли такой кадр? — опять от лица лётчиков выступил генерал Захаров.
— А что, не понравилась, Георгий Нефёдович?
— Да наоборот. Бойкая. Будь эта… рыжая мужиком я б ей без раздумий эскадрилью доверил.
— Совершено с вами согласен. И руководство ВВС согласно. Не даром товарищу Лапиной доверено хранить небо на важнейшем стратегическом направлении. Уверен, если вы успеете наладить взаимодействие, ФРС сохранить сотни жизней наших лётчиков и соответственно десятки тысяч наших мирных граждан. Фашистская Германия сильный и безжалостный враг.
— Хм. Вот, Виктор Степанович, про Германию… мы собственно… по этому поводу и собрались. Узнали, что вы тут и хотели бы услышать ваше мнение по некоторым вопросам.
— Да я, вроде, обычный майор. И в Москве меня не все жалуют.
— Майор, да. Только не обычный. Земля она, знаете ли, слухами полниться. А что не все жалуют. Так и мы по зиме-то не шибко вас любили. Устроили вы встряску с Яков Владимировичем будь здоров. Товарищ Копец вот с должности вылетел. Генерал Черных опять же говорят на Дальний Восток переведён. Да и остальным досталось, мама не горюй. Так что с зимы мы в вас, Виктор Степанович, можно сказать, души не чаяли.
Опять же и товарищ Смушкевич круто за нас взялся. Многие не понимали.
— А теперь, значит, многие понимают?
— Так ведь, гудят окаянные, — генерал Захаров кивнул в сторону окна, — из Москвы может не слышно, а вот нам очень даже хорошо. То, что в марте глупостью казалось и самодурством, в июле то, Виктор Степанович, совсем по-другому видится. А если что, то мы тут неофициально, просто с новой техникой ознакомиться прилетели.
— Не официально значит. Понятно. А я-то голову ломаю почему новый командующий ВВС округа генерал Фалалеев [85] не присутствует.
— Так мы ему всё что нужно передадим. Неофициально.
— Ясно. Не ясно только, что конкретно вы услышать от меня хотите, Георгий Нефёдович?
— Для начала, что за зверь такой — «Терминатор»?
— О! Это, можно сказать, звёздный зверь, космический. Если серьёзно, терминатор — это линия, разделяющая освещённую и неосвещённую часть небесного тела. В философском смысле та грань, что разделяет свет и тьму. Добро и зло. Эта операция разделит историю нашей Родины на «До» и «После войны». А война, мои дорогие товарищи, будет кровавая… страшная.
— Виктор Степанович, как я уже говорил, слухами земля полнится, мы знаем о вашем особом — выделил голосом последнее слово генерал Захаров, взявший на себя роль рупора авиаторов, — мнении. Но вот беда. Кто-то говорит, что вы чуть ли не пророк, — Георгий Нефёдович чуть развёл руками, мол, извиняйте, чужие слова повторяю, — и гений тактики. А кто-то что вы выскочка, неуч и паникёр.
Генерал Захаров сделал паузу и вместе с другими комдивами впился глазами в Самойлова ожидая реакции. Аркадий, сам того не осознавая, также навалился грудью на парту, не отрывая взгляда от своего начальника. Всё-таки паникёр — это тот же трус. Один раз не ответишь, потом не отмоешься.
Только вот особой реакции не последовало. Вообще никакой не последовало. Майор как сидел, чуть склонив голову на бок и поигрывая карандашом так и продолжил сидеть, не считая нужным ни отрицать, ни как-то комментировать услышанное. Даже взгляд не изменился, доброжелательная заинтересованность не более. А то, что его начальник умеет этим взглядом до печёнок прожигать, капитан Фомин уже убедился на собственном опыте.
А ведь они майора опасаются — пришла внезапная догадка к Аркадию, — опасаются и от этого нервничают.
Наверное, будь капитан Фомин чуть взрослее и чуть более опытным, он бы догадался, что нервничают лётчики не из-за страха перед Самойловым, а от предстоящего разговора. Хотя официальная риторика Кремля и сменилась с «Малой кровью…» на «Ни пяди…», все присутствующие лётчики имели богатый управленческий опыт, а большинство также принимало участие в боевых действиях. И служа буквально в десятках километрах от границы с разворачивающейся в боевое состояние армадой немецких войск не могли не задумываться о своём ближайшем будущем. Неосознанно люди ощущали мощь и опасность сосредоточенной на той стороне вражеской группировки и не могли не нервничать.
— В общем, Виктор Степанович, разобраться хотим. Мнение ваше узнать, раз вы со сроками так угадали, то и здесь может правы. Грех не послушать, — резюмировал генерал Захаров
— Точно! Если через несколько дней с этой операции начнется война, — поддержал Георгия Нефёдовича командир 11-й САД полковник Ганичев, — то мы хотим знать детали. С чем нам предстоит столкнуться и на что мы можем рассчитывать.
— Хорошо, товарищи командиры. Я расскажу вам про операцию «Терминатор». Даже, более того, я расскажу вам про первый день войны, то, что знаю сам. Но чтобы вы мне поверили придётся начать издалека.
  
Глава 21
 
Особенности национального военного строительства в межвоенный период
 
Аркадий резко повернулся на другой бок от чего одеяло задралось, открывая до середины икр худые капитанские ноги. Фомин попытался пальцами ног зацепить край и вернуть непослушную ткань на место, но то ли изначально одеяльце было коротким и куцым, то ли где-то сбилось в ком, ничего у капитана не получалось. Зато захотелось пить и Аркадий принял волевое решение встать и, сделав два шага, нащупать, предусмотрительно оставленную на столике кружку с водой.
  
От кружки воды мысль Фомина перескочила на речушку Свислочь, собственно, от которой и получил название населённый пункт их настоящей дислокации. От речки, само собой, мысль перенеслась к гидроэлектростанциям, а уж от них к майору Самойлову.