Пип-шоу (ЛП)

— Арден, — прошептала я, и она повернула голову в мою сторону.
Она была так красива, что я удивилась, как она не замечала этого, когда смотрелась в зеркало. Бронзовые волосы с медовым отливом, красивые, большие голубые глаза. Она была худой, слишком худой, среднего роста. У нее был убийственный стиль и коллекция туфель на каблуках, за которые я бы умерла. Мы часто шутили о том, кто унаследует ее — Пози или я, пока… пока это не случилось. Теперь мы были просто двумя парящими шариками, теряющими друг друга в воздухе. У нас не было ничего, что могло бы удержать нас вместе.
Я заправила прядь ее волос за ухо, и она тихо вздохнула, когда я это сделала.
— Я скучаю по тебе, — тихо сказала я. — Мне жаль, что я оттолкнула тебя. Ты так важна для меня… ты такая особенная. Я была у-ужасной. Такой самовлюбленной. Я пыталась забыть об этом, но…
— Я знаю, — призналась она. — Со мной было то же самое. Только я отвернулась от себя… может быть, ты тоже это понимаешь?
Мы понимающе посмотрели друг на друга. Конечно, она заметила, что мои решения становились все хуже и хуже, в то время как ее здоровье ухудшалось. Мы обе были на своем собственном пути саморазрушения, и это должно было прекратиться здесь и сейчас.
— Я стану лучшим другом, — пообещала я ей. — Позабочусь о том, чтобы с тобой все было в порядке.
— Хорошо, — прошептала она, ее взгляд метнулся к двери.
За матовым стеклом виднелись фигуры двух мужчин за дверью.
— Это он? — спросила она, и я кивнула, заставив ее хихикнуть. — Он выглядит сексуально.
— Да, — пробормотала я, прикусив губу. — Он… нечто.
— Особенный, — закончила она за меня, и я посмотрела на ее сияющее лицо.
Мои пальцы коснулись трубки, ведущей в ее руку.
— Только немного жидкости, — пообещала она мне. — Я обезвожена, и у меня низкий уровень сахара в крови.
— Хорошо, — пробормотала я. — Но я не уйду, пока ты не сделаешь это.
— Хорошо, — ее веки были тяжелыми.
— Ты хочешь спать? — спросила я мягко, и она кивнула, сжав мою руку.
— Бебе, — пробормотала она, и я наклонилась ближе, мои губы были в дюйме от ее губ.
— Да?
— Не уходи, — умоляла Арден, и я оставила мягкий поцелуй на ее губах.
— Не уйду, — прошептала я и в следующую секунду услышала, как она засыпает.
Я натянула на нее простыню и оставалась рядом с ней, свернувшись калачиком, пока не убедилась, что она крепко спит. Затем встала с кровати и задержалась в комнате. Я действительно была плохим другом, и это было последнее, в чем мы обе нуждались. Я поклялась себе стать лучше и убедиться, что с Арден все в порядке.
Я послала ей воздушный поцелуй, прежде чем покинуть больничную палату.
— Бебе, — поприветствовал меня Ник, держа в руках две дымящиеся чашки из картона.
Я прижала палец к губам и тихонько закрыла дверь.
— Она уснула, — сказала я ему.
— Ее родители почти приехали, — сказал он. — Вот кофе.
Я с благодарностью приняла чашку, когда услышала смех Майлза. Я посмотрела на Ника в поисках объяснения, и он ухмыльнулся.
— Ты должна увидеть это, чтобы поверить, — сказал он мне, и я нахмурила брови, отходя за угол, чтобы посмотреть, из-за чего вся эта суета.
Когда мои глаза увидели представшую передо мной сцену, я была уверена, что вижу сон.
— Что за черт, — пробормотала я себе под нос, моя грудь быстро вздымалась, а тело уже охватила паника.
— Бебе, — уверенно сказал Майлз, повернувшись ко мне с широкой ухмылкой. — Мы ждали. Присоединяйся к нам.
  
Глава 30
 
Майлз
Мераки (гл.) — делать что-то с душой, творчеством и любовью, вкладывать в свою работу частицу себя.
Я заметил, как изменилось выражение лица Бебе в ту секунду, когда она увидела, с кем я был. Напряжение в комнате было ощутимым, настолько сильным, что его можно было резать ножом.
Я оказался рядом с ней в считанные секунды, моя рука обвилась вокруг ее талии и притянула ее к себе, как будто это было самой легкой вещью в мире.
 
— Как Арден? — прошептал я ей на ухо, и Бебе просто кивнула в знак того, что с ее подругой все в порядке.
Я понимал. Жизнь рушилась вокруг нее прямо сейчас, все защитные покрывала, которые у нее были, давно исчезли. Я был единственным человеком, который мог убедиться, что с ней все в порядке, единственным, кто знал, как ей помочь, и я отчаянно хотел, чтобы ей стало лучше. Знал, что это была такая важная веха для нее, и я был рад, что смог быть рядом с ней.
— Твои родители забежали, — сказал я Бебе небрежно, действуя осторожно. — Они слышали об Арден.
Казалось, никто из них даже не слушал меня, мои слова были лишь фоновой болтовней. Они смотрели друг на друга, родители Бебе стояли в коридоре, ее мама сжимала сумку, а папа обнимал маму за талию, словно поддерживал — единственное, что удерживало ее в вертикальном положении.
— Бебе, — вздохнула ее мама, и я почувствовал, как Бебе дрожит в моих руках. — Бебе, о Боже. Мы думали, что с вами обеими что-то случилось.
— Им позвонили родители Арден, — объяснил я своей девочке. — Они пытались позвонить тебе, но ты, наверное, не слышала свой телефон.
Я широко улыбнулся, прекрасно понимая, что происходило, когда она пропустила тот телефонный звонок.
— Мама, — выдавила Бебе, и на секунду я был уверен, что она рухнет на пол больницы.
Но я поддержал ее, осторожно подведя к родителям, глаза которых уже затуманились, когда они встретились взглядом с дочерью. Мне не пришлось держать Бебе долго, потому что ее мама заключила ее в медвежьи объятия и зарыдала, когда ее дочь наконец-то оказалась в ее руках. Я отошел в сторону и наблюдал за воссоединением семьи с небольшой улыбкой на лице.
Бебе зарылась лицом в плечо матери, а ее отец присоединился к ним, обнимая их обеих, пока они плакали вместе. Это был интимный момент, и я не был уверен, хотят ли они видеть меня там или нет. Я чувствовал себя неловко и не в своей тарелке, страх вернулся в мои вены, внезапно накатив с такой силой, что я думал, что у меня начнется коронарная недостаточность. Меня охватила паника, но я знал, что моя работа еще не закончена, и мне нужно остаться здесь еще на некоторое время, чтобы убедиться, что с Бебе все в порядке и она нормально доберется до дома.
— Майлз, — наконец заговорил ее отец, жестом приглашая меня подойти ближе.
Маленькая семья распалась, и теперь все они смотрели на меня, ожидая, что я скажу.
— Я рад, что вы воссоединились, — наконец смог выдавить я дрожащим и неуверенным голосом.
— Ты в порядке? — Бебе была рядом со мной в считанные секунды, ее руки были повсюду, она суетилась и беспокоилась обо мне так, как никто не делал за всю мою жизнь. Это было смешно, насколько эмоционально я себя чувствовал, волны тошноты смешивались с непреодолимой любовью к ней, когда мы стояли в коридоре.
— Я в порядке, — пообещал я ей со слабой улыбкой. — Думаю, мне пора идти.
Бебе сжала мою руку, и я посмотрел в ее прекрасные глаза.
— Тебе обязательно? — прошептала девушка, и я притянул ее к себе, крепко обняв, прижимаясь к ней изо всех сил.
— Я хочу, чтобы ты провела некоторое время со своей семьей, — мягко сказал я. — Я бы чувствовал себя здесь не в своей тарелке.
Отговорки, гребаные отговорки, потому что я был слишком слаб, чтобы справиться с больницей, и, судя по выражению глаз Бебе, она тоже это знала.
— Я хочу, чтобы ты остался, — тихо вздохнула она, и я почувствовал на себе любопытные взгляды ее родителей. — Но я пойму, если тебе действительно нужно уйти.
Я колебался, изо всех сил стараясь взять верх над своими демонами, зная, что уже сделал неизмеримый шаг вперед. Приезд в больницу был огромным шагом. Это было место моих кошмаров, наполненное микробами, болезнью и печалью, но я победил каждого монстра, выкрикивающего непристойности в моей голове. Однако теперь я почувствовал, как наваливается усталость. Абсолютное истощение от борьбы с моими демонами делало меня слабым, и я знал, что мне нужно вернуться домой, пока не стало слишком поздно.