Слезы Эйдена. Часть 2 (СИ)

— Я ошибся, действительно, у него, как ты правильно говорил, нет ничего святого. Лишь желание стать сильнее и Кодексы, но если их грамотно толковать, то аристо, получается ничем не связаны, — Отец битв одобрительно и довольно кивнул, мол, все так, продолжай, — Райс понял, что может невозбранно получать энергию, но не стал вредить Однорогу. Я думаю, здесь повлияло то, что чащобный эрмант, — Кроносу очень нравилось, когда о его враге говорили гадости даже там, где без них можно обойтись, — смог его заинтересовать и договориться о партнерстве. Коварство подлого ящера — величина известная, алчность же ведет глэрда, он словно ребенок Иргуса пытается выторговать везде и всюду, как можно больше. Достаточно вспомнить, сколько Райс выполнил для него заданий.
  
— Много. С нашим одним не справился, но для паскуды работал не покладая рук!.. Наконец-то в тебе, брат, проснулся разум! И мне радостно, что начинаешь осознавать свои ошибки! Ты не учел главных качеств аристо, его подлую жадность и продажность! А я говорил! Однорогий его купил, как… как дешевую подзаборную портовую шлюху за несколько медяков! И никакой чести у глэрда не было и нет. Заметь, мы ему давали столько, что нормальный разумный подумал бы, а стоит ли рисковать такими взаимовыгодными отношениями, связываясь с прямыми врагами покровителей? И не стал бы сотрудничать с этой млетью… Наоборот, постарался бы за счет нее выслужиться перед нами! Если смотреть по Весам, мы переплачивали и переплачивали, едва не нарушая Равновесие. Ходили по краю!
— Все так, мой брат, но мне кажется, он даже и сейчас не понял, что плата ему превышала все разумные пределы.
— Нам пришлось так поступать, Ситрус! — поучать Кронос любил, — Требовалось, чтобы поскорее глэрд стал сильнее и справился с главными миссиями. Кости об этом сразу сказали.
— Однорог тоже усиливал Райса. И, скорее всего, делал это в противовес нам. Не зря же аристо все время твердил о щедрости ящера. Хотя последнего за ним никогда не числилось. А так, можно вспомнить древнего вампира, дракона, с обезумевшими всадниками, благо они находились под контролем, отправленными под нож глэрда. Да многое! Тоже ведь Весы едва не покачнулись и нам не прилетело обоим…
— Именно, брат мой, именно! — тон Верховного сделался довольным, так и представлялся учитель в беседе с подающим надежды любимым учеником, — Дальше. Третье, мы запланировали окончательное решение вопроса с Ригмаром. И сделать все так, чтобы Равновесие не шелохнулось! Становление Эннатора должно было пройти для Хранителей неотвратимо и до свершения данного факта незаметно! Более того, они сами в результате становились причиной его появления! И поделать впоследствии ничего бы с этим не смогли! Бездна, против которой направлены все их помыслы, достигла бы своей цели — земель Хаоса. И всем бы этим блюстителям Равновесия прилетело от него так, что стало бы не до нас. А воцарение моей крови оказалось бы делом решеным, которая никогда бы меня не предала, — «ты повторяешься», хотелось сказать мудрецу, но он опять промолчал, — Амбиции Эннатора — они правильные! Ему помимо невероятного количества энергии для свершений, должен был достаться меч Демморунга, закаленный дополнительно в крови аристо — хозяина, и бога, должного завладеть им, чьи кости пошли на его создание. Идеальное оружие не только против Бездны, но главное против богов! Оно дает возможность уничтожать их окончательно во всех реальностях! Без надежды на воскрешение! Убивая им, он бы становился сильнее и сильнее день ото дня! Чего нам стоило переместить Эннатора на Аргасс, а тому скрывать свою природу и силу и внедриться в ряды последователей Проклятого? Возвыситься среди них?.. Оказаться в рядах встречающих! Напомнить? Столько ресурсов, времени… Булава Греена… Звезда Акена. И его убил Райс… Глэрд Райс. Уничтожил все наши планы.
— Глупец защищал твою честь, думая, что тот на тебя наговаривает и он не твой сын.
— Честь⁈ Ситрус, он идиот! Он настолько идиот, что не понимает не просто намеков, а даже сказанное прямым текстом! И каждый, кто чуть-чуть знает этого аристо, путем нехитрой лести и правильных слов, соответствующих мировосприятию нашего героя, может его заставить сделать все, что угодно! — с этим Ситрус, неоднократно наблюдавший за смертным, был согласен, — Глэрд Райс — игрушка в чужих руках, в руках наших врагов! Проклятый аристо! Если бы он действовал сам, то я убил бы его не задумываясь! Наплевав на все звания! — «Мне-то хоть не ври так нагло! Самое ценное, что у тебя есть — твоя шкура!», — раздирало зло выкрикнуть Мудреца и расхохотаться, — Сразу же, а не как сейчас, выжидая лучшего выгодного момента! Но их в любом случае нужно всех под нож! Всех! Пусть сдохнут на алтарях! Пока живет хоть один, они будут представлять угрозу! Их опасность в их же глупости! Ибо гордыня у них безмерна, уважения ни к кому нет! Почитания тоже! Они сначала делают и не думают! Они никогда не думают! Их ведут Кодексы!.. Свод замшелых правил! Без которого они и шагу не могут ступить! Как големы! Или мертвецы! Многие падают ниц передо мной, но щерятся тайком, как дикие шакалы! Стоит только повернутся в другую сторону, и они воткнут тебе отравленный нож в спину! Млети! Лживые подлые млети! «Наша кровь горит!». Дерьмо в вас кипит и выплескивается, марая окружающих!..
Верховный еще долго сыпал ругательствами. Соплеменников он ненавидел до кровавой пены изо рта. А ведь до своего становления главой пантеона, как он красиво рассказывал о том, что аристо и Империя возвеличатся при его главенстве, ее ученые будут постигать тайны мирозданья, а мудрецы и люди науки станут почитаемы, как никогда прежде. Ситрус же видел, как тогда угасал созидательный порыв смертных разумных, как все слабее и слабее становилась экспансия.
Движение продолжалось, но по инерции.
Наступала осень их цивилизации. Золотая. Но все же осень. Кому, как не ему знать, что после нее всегда приходила зима с лютыми морозами, со злыми метелями, и не все могли пережить этот период. И он боялся ее. Пытался отстрочить, как и превратить все в весну. А когда на небосвод взошел новый бог, в прошлом смертный, то Седобородый сделал на него ставку, потому что в нем он видел настоящего аристо, шагающего по мирам, покоряющего их, при этом познающего вселенную, ее тайны. А, значит, делающего сильнее и его. Потому что его храмы — это не алтари, а школы, университеты, академии, библиотеки и другие научные заведения, без которых любые свершения подобного масштаба невозможны. И знания, знания, знания, особенно добываемые разумными самостоятельно.
Итоги… Итоги плачевны.
А еще бог мудрости подозревал и все больше находил доказательств, что именно Кронос помог смертным проложить путь для Бездны в эту часть Мирозданья. Пробить барьер, созданный Творцом. Точнее, проделать в нем бреши, которые если не латать, разрастались и разрастались. Сам процесс давно принял неуправляемый характер, потому что они теперь появлялись спонтанно. И как навсегда перекрыть доступ иномировым тварям не имелось ответа даже в его библиотеках.
Да, тогда Верховный представал перед всеми в другом амплуа. И он его поддержал. Кто знал, что этот эрмант настолько лжив и двуличен, и кроме власти его ничего не интересует? При последних мыслях Седобородый едва не выругался про себя и на себя же, как и Кронос, стал повторяться…
Наконец глава пантеона замолчал и неожиданно спросил:
— Откуда, кстати, Райс узнал о средоточиях Бездны?
— Брат мой, он же постоянно и даже при тебе требовал информацию такого толка, более того, ему известны все места силы Позабытых и Старых богов, как и лежбища самых сильных чудовищ на землях Хаоса. Я их ему передал по твоему разрешению и указанию. Видимо, он нигде не кривил душой, когда проговаривал, что будет там править железной рукой.
  
— Они не умеют кривить душой! Это аристо! Я не обращал внимания на дурные речи и такие же желания, потому что он должен был сдохнуть! Сдохнуть! Закалить меч Демморунга в… Эйден! В общем, теперь нужно пересматривать все.