Слезы Эйдена. Часть 2 (СИ)

— Понятно, — вот ведь подлая скотина.
— Кстати, не жалеешь об упущенных возможностях? Ведь ты бы после Арены сразу получил доступ к невероятному количеству энергии. В тот же миг. Так как я имела возможность перекрывать доступ к ней лишь… одному Ригмару, — крохотная, едва заметная пауза не ускользнула от моего внимания. Ой, лукавишь, красавица. Да и запомнил я, как Мара в начале наших общих дел говорила часто о множественном числе блокируемых, — И ты бы обрел настоящее могущество, которое несоотносимо с текущим? Только не говори, что ты аристо и… — улыбнулась она, а в глазах лед.
  
— Я не завершил еще множество земных дел. И разве Проклятый последнее высшее существо, которое необходимо упокоить? Все нужно делать вовремя.
— Даже так… Забавно. И это, как ни странно, но для меня самый правильный ответ. По крайней мере, мои сомнения относительно твоей разумности развеялись. Жди, вскоре я тебя вызову. А первое задание меняется, убей Отто Постигшего Тьму, забери мое и возьми под свою руку остатки его воинства, если кто-то переживет встречу с тобой. Его же владения отдай Кощею. Пусть каждый возвысившийся мертвый колдун на примере увидит, что происходит с теми, кто не желает выполнять свои обязательства передо мной.
— Это не противоречит моим парадигмам, — тем более с самого начала я готовился убивать тварь. Планы разрабатывал параллельно с основными. И не видел особых проблем, особенно имея никем не обнаруживаемое кольцо Лаймэла с внепространственным хранилищем, к которому я могу обратиться всегда, вне зависимости от силы сковывающих меня оков, и не один десяток Солнц Эйнтейри. Впрочем, предварительно проведу еще испытание на мертвецах, как оно действует, на Бездне уже апробировано. Продумаю, как тварь можно использовать к своей пользе. Тот же Шумар после гибели столько наворотил… Ушедшие во Тьму не отвечают на вопросы. Всего лишь требовалось попасть на аудиенцию к подлому архиличу. Одна попытка путешествия по Дорогам богов имелась.
Беседа свернулась с важного, и вскоре мы распрощались.
Двоякое чувство у меня появилось, когда оказался на Аргассе. С одной стороны, Мара такая же, как и остальные — ни на минуту не забывал, а с другой, ее честность подкупала, рождала некую пусть не симпатию, но нечто похожее на уважение. Ведь она не стала рассказывать сказки про желание сохранить любыми средствами мою бренную, даже не лукавила, что где-то болела за меня всей душой. Нет. Все четко, по делу, предельно рационально.
Интересовали и закладки в мозге. Кто эта подлая млеть или сука? Хорошо, что боги обогатили мой лексикон, иначе бы нарушил свое обещание не ругаться матом. Кандидатов вокруг больше одного: Эйден, Кронос с Ситрусом, Оринус, Хранители, вполне возможно, они же — неведомые ублюдки, затачивавшие меня, как оружие… Да тот же Раонос, особенно теперь зная об их непростых отношениях с Ригмаром.
Сердце Иратана давно миновало зенит.
Вокруг первозданная природа. Горные пейзажи, белоснежные облака с легкой бирюзой с правой стороны. Где-то далеко шум бурного ручья или реки. Зелень, зелень, зелень. Вдохнул свежий воздух, после чертогов Мары он казался каким-то иным, живым. Прогнал прану по каналам, наблюдая, как мертвецы паковали груз на прибывшие самобеглые телеги. Отламывали или гнули расправленные щупальца на статуях. Кощей склонился над плитой с древними письменами, а когда понял, что я появился, то в несколько секунд в мыслеформах рассказал о сделанном.
Приказал ему отрубить один рог от башки Ригмара. Архилич потерпел фиаско, его оружие, инструменты и магия не наносили повреждений. Точнее, все усилия оборачивались царапинами. Пришлось вмешиваться мне и использовать Хельминстэр (кинжалы Иммерса и ятаганы оказались так же бессильны), там дело пошло, но и у меня получилось снести завитой отросток с шестого раза. Второй рог архилич попросил себе в пользование. В качестве проверки отбил его от черепа булавой Греенна. Она тоже справилась с задачей без особых проблем. Несколько ударов и я добыл материал для создания сигнального артефакта Бессмертному. Чему Кощей обрадовался, как-то даже надулся от важности. Все же нежить любила демонстрировать окружающим величие и превосходство. Мне не жалко. Даже закралась шальная мысль предложить из шкуры сделать барабан. Но отбросил. Мало ли для чего еще пригодится.
Я неторопливо пообедал, позавтракал и поужинал драконьим мясом. Выпил пиалу прилла, отдал последние приказы Кощею и попрощался, вся нежить слитно ответила по-имперски.
Взмыл в воздух, оттолкнулся от тверди, ушел в невидимость и понесся на незримых крыльях в направлении Демморунга. Остановку сделал в знакомом до боли чистом пятне, где спас айсу-рок, а затем сверзил с небес воинство Синеликой Архи.
Предстоял еще один смертельно опасный трюк, но жизненно необходимый. И здесь нужно было продемонстрировать все ожидаемые собеседниками достоинства древних аристо, всю их непроходимую глупость, самовлюбленность и способность каждого башковитого манипулировать этими идиотами. Почти час прокручивал возможные и невозможные сценарии разговора. Впрочем, это уже завершающие аккорды в репетициях. Спрятал в одном из готовых тайников рог Ригмара. Не для злобных бородачей трофей. Отнять его они, вполне возможно, могли.
Вдохнул глубоко, выдохнул. Пора. Перед смертью не надышишься.
Слова Мары отчасти успокоили, однако следовало понимать, что из любого правила имелись исключения. И эту истину доказывал раз за разом тот же Раонос. Нарушал все возможные запреты, виртуозно обходил их, и пока именно ему от Равновесия или других высших сил не прилетало, наоборот, за него они даже вступались. Вынесли предупреждение божкам, чтобы перестали мне платить за ослабление белогривой млети.
Нужный настрой поймал, присутствовал и кураж, как от передачи силы и крови. Но никаких потоков извне в меня не вливалось. Связал его с пережиганием невероятного количества адреналина.
Разблокировал и полетели.
И отклик на призыв мгновенный, а то игнор, игнор.
— Возрадуйтесь, братья! — жизнерадостно рыкнул я, как только оказался на утесе в обществе отнюдь не довольных жизнью стариканов, — Я с честью выполнил все ваши задания! — у Кроноса начало чуть дергаться левое веко, едва-едва заметно, но все же. Рука тискала рукоять булавы на поясе. В глазах желание убивать, а у меня адреналин в крови кипел, но я продолжил все так же бодро рапортовать в предсказуемой для них манере, — И не только избавил вас от поганого артефакта, проклятого наследия древних жестоких времен, порожденного на свет злым гением де Тисса, которого можно сравнить с некромантом всех времен и народов, но и уничтожил безвозвратно сам источник беспрецедентной опасности и смрада, отравлявшего покой честных богов и заставлявшего их просыпаться по ночам от кошмаров! Жезл потерял силу и рассыпался, Ригмар окончательно мертв! И никогда больше не возродится! Аррас! — выхватил новый моргенштерн и со зверской мордой погрозил им неизвестному врагу.
— Глэрд, мы не боимся никого! Да и не спим мы! — грозно выдохнул Верховный, давая волю гневу, а взгляд не сводил с булавы.
И столько в нем читалось эмоций, от желания выхватить у меня оружие и, после тщательного исследования его жгутами искажений, до какой-то глухой тоски. Подобная иногда появлялась в глазах заядлых алкоголиков или наркоманов в момент просветления и осознания глубины падения, как и последующего понимания, что они ничего уже не смогут изменить. И как бы не говорили: вот завтра, завтра, завтра… Оно никогда не настанет. Оружие же мое по праву силы и крови!
  
— Не нужно принижать мой подвиг! — не стал заострять, пока не требовалось, что я вообще-то вел речь про «честных богов», — Он останется в веках! Я победил настоящее зло, зло древнее! И почему-то не слышу в свой адрес хвалебных речей от тех, кто их должен произносить! Здравниц! Не вижу кубков с добрым элем, которым бы вы желали угостить меня! И даже доброго вкусного прилла в пиалах не могу разглядеть. И это при своей драконьей зоркости… Где всё⁈ — а потом покачал с сожалением головой, — Нет и не будет. И остается только вновь лицезреть твою недовольную… — посмотрел внимательно на Ситруса, «морду» решил все же заменить, — рожу, будто бы я не Проклятого уничтожил, но твоего верного друга пнул подло своим кованным сапогом ниже пояса или спины! Исподтишка! Поглумился над ним в духе славного Раоноса!