Газлайтер. Том 28 (СИ)

Гагер, довольный, что всё-таки увидел у неё на лице нужные эмоции, хищно оскалился:
— Сегодня. Очень скоро. Пойдём, седлаем шестилапок. Не хочется опоздать на зрелище.
И он потянул её за руку. Отшатнувшись от жениха, Гюрза молча поднялась, скрывая сильное беспокойство.
* * *
Череда моих телепорт-прыжков в итоге выбрасывает меня с Лакомкой на руках за границы Сада. И не успеваю я поставить её на землю, как за нами, ревя и хрипя, прорывается древо-зверь. Корни у него — как лапы, пасть — трещина в коре, откуда валит пар.
  
— Бумба! Не зевай! — бросаю я тусующимся тут троллям.
Великаны, к которым я специально и направился, реагируют мгновенно. Уже окружают древозверя, встают кольцом. Кто с дубинами, кто с пудовыми кулаками. Я кидаю по мыслеречи приказ: — Сзади бейте! Сзади!
Да только троллям приказывать без толку. Бумба, как всегда, решает, что лучше знает. Взревев, он ломится в лоб. И его откидывает, как тряпичную куклу, ударом корня-лапы. Бумба летит, кувыркается по земле, оставляя борозду. Остальных троллей древо-зверь так же швыряет, разносит корнями, словно кегли. Сила у него дикая, неукротимая.
А сам он всё равно бросается именно за мной. Чует во мне телепата, похоже. Раз он питается астральной энергией, то и телепатического псионика не откажется.
Я снова хватаю Лакомку и телепортируюсь на двести метров, уводя древозверя. И тут я замечаю деталь, которую сначала пропустил: чем дальше он от Сада — тем больше начинает шататься и хрипит всё сильнее. Мгновенно просчитываю: энергосетка слабеет. Он завязан на Сад. Он не может долго существовать вне него. Похоже, это не просто живое дерево. Это страж, который забыл, кем он был. Возможно, его поставила ещё Диана, чтобы охранял Сад.
Я щурюсь: — Понял тебя, Буратино. Понял.
Теперь главное — оторвать этого Пиноккио подальше от Сада, чтобы он ослаб и прилёг.
По мыслеречи слышу голос Насти: — Мы уже здесь, Даня!
И вижу — приближаются тавры вместе с оборотницей. Помощь, ну, такая себе. Древо-зверь их раскидает, как детей. Но всё равно. Лучше с ними, чем совсем без прикрытия.
Мысленно сканирую поле вокруг, и вдруг засекаю неподалёку отряд Мастеров. Сотня Мастеров-дроу⁈ Я чуть не охренел. Хм, а, так это же мои «посыльные лорда-губернатора». Те самые, что пришли устраивать с таврами демонстрационные бои. Руководить ими должен некий Семирель, согласно донесению. А Химериэль не мелочится. Сотня Мастеров — это же гигантская сила. Значит, демонстрация будет не из лёгких.
Вот кого мне ещё не хватало на этом весёлом карнавале.
Бросаю таврам: — Кастуйте в него камни! Бейте сзади, в корневую!
Тавры отзываются мгновенно, запускают в древо-зверя глыбы, но тот будто бы и не замечает. Корнями-лапы отмахиваются, как мельничные лопасти, и булыжники разлетаются, не причиняя вреда.
Опуская Лакомку на землю: — Прими облик ирабиса-кошки. Уноси когти отсюда. Живо.
Жена слушается, мгновенно трансформируется, исчезая в кустах.
Ощущаю неподалёку Белогривого. Ментальным щупом хлопаю спринта по носу, подзывая к себе, и скакун телепортом оказывается рядом. Вскакиваю на него, и он подключается к моей мыслеречи, чтоб слушаться моих мыслей. Подлетаем к древо-зверю, я размахиваю длинными пси-хлыстами, стегаю по коре. Псионическая энергия режет его разум. Древо-зверь орёт. Звук такой, что барабанные перепонки вянут. Теперь он точно понимает, кто его враг. И несётся за мной.
— Белогривый, держи от Буратино дистанцию сто пятьдесят — двести метров. Ни ближе, ни дальше, — приказываю.
Спринт чётко выполняет, прыгая телепортами, держит нужную дистанцию, а я на скаку, не сбрасывая темп, продолжаю хлестать ожившее дерево длинными пси-хлыстами.
— Буратино, иди к Папе Карло!
По мыслеречи бросаю Насте: — Иди к Семирелю, возглавляющему отряд дроу. Передай, что король Данила пробудил древо-зверя энта. И пригласи их поучаствовать в поимке. Пускай проявят себя перед Багровым Властелином, если хотят продемонстрировать ему свою отвагу.
— Поняла, Даня!
Слежу её глазами, как оборотница направляется к Семирелю, который вместе с отрядом приближается к опушке. Тот её встречает, и я вижу в его глазах вспыхнувшую похоть. Настя хмурится и с трудом сдерживается, чтобы не ударить сира-дроу звуковой волной.
— Королева Анастасия Вещая-Филинова, как понимаю? — широко улыбается Семирель, жестом прося руку у Насти для поцелуя, но девушка, к его разочарованию, остаётся неподвижной.
— Мой муж, король Данила, пробудил древо-зверя. Энта, — сообщает жена ему ровно, как я велел. — Он будет не против, если вы поможете его усмирить.
Семирель выпучивает глаза: — Что⁈ Он смог оживить энта? Древо-зверя⁈
Реакция предсказуемая. Он в шоке. И, подумав, отвечает: — Да, пожалуй, мы попробуем его усмирить…
А я мысленно ухмыляюсь. Их помощь мне, конечно, не требуется. Но я и не за этим послал Настю. Мне интересно, на что способны те, кто будет «экзаменовать» моих тавров и многоруких. Пускай поиграют в ловцов монстров. А я посмотрю на их навыки.
Веду древо-зверя всё дальше от Сада. Уже чувствуется — заподозрил. Сила у него ослабевает с каждым метром. В азарте унёсся слишком далеко и теперь мечется, хочет вернуться. Но поздно. Я накрываю его огромным пси-ливнем, бью по верхушке, по корням, по глазам в коре. Пусть прочувствует мощь Грандмастера телепатии!
Древо-зверь орёт и валится на бок. Раненый в разум, но ещё брыкается. И тут его окутывает магия Тьмы. Чёрные хлысты и плети, затем присоединяются ещё и лианы, а также каменные путы — всё налетает сразу, со всех сторон. Сотня Мастеров-дроу подоспела, маяча в стихийных доспехах. Надо же, лорд-губернатор не пожалел спецов. Химериэль, похоже, до сих пор обижен за тот маленький инцидент с его носорогом, которого я заставил потоптать его хозяина. И решил показать мне свою армаду. Сотня Мастеров. Вот уж не думал, что у Багрового Властелина такие резервы просто так пылятся в Примолодье, и их можно отрывать без потери для боеспособности армии. Ведь война с огромонами же на горизонте.
Древо-зверь плюхается в пыль, хрипит. Я и сам бы с ним уже справился. Он ослаб сильно от моего ливня. Повалил бы, приручил, и делов-то. Но мне важно было посмотреть, на что способны эти дроу-«экзаменаторы». Вот и посмотрел. Впечатлило? Ну, да. Талантливые, зато и мне теперь понятно, как строить оборону тавров.
— Велите своим людям отойти, — бросаю вышедшему вперёд дроу, видимо, Семирелю. — Мне надо его утихомирить.
— Как скажете, король, — хмыкает дроу, но явно ему интересно, что я буду делать.
Сотня Мастеров отступает по его сигналу. Я ментальными щупами обхватываю разум древозверя и заставляю уснуть. Вдали от Сада он слабее, и это даётся без труда.
Семирель подходит, важно, грудь колесом: — Мы, конечно, доложим Багровому Властелину, что помогли вам приручить этого энта.
Я ухмыляюсь: — Ага. На здоровье. Пишите, как хотите.
Главное — я увидел этих Мастеров в деле. С кем моим таврам и многоруким придётся биться. Это дорогого стоит.
Настя, стоящая неподалёку, по мыслеречи ворчит: — Что этот серокожий несёт⁈ Связали уже сваленного, а сколько бравады! Ты же уже почти победил, Даня! Они ведь точно себе припишут всю славу!
Я посылаю жене ментальную улыбку, а то ишь как разволновалась: — И пусть. Мне нужно было увидеть, как они работают. И понять, как пройти их демонстративные бои. А признание Багрового Властелина… да он и так меня признаёт, куда он денется? Я ведь энта оживил впервые за сотни лет.
И тут на гребень холма подъезжают Гагер и Гюрза. Появляются на своих шестилапках, разинули рты. Видят лежащего в анабиозе энта и в шоке.
  
Леди и лорд-дроу пришпоривают лошадей и подъезжают ближе.
— Что… это… такое⁈ — Гагер аж поперхнулся.
— Да так, одного энта оживил, — я лениво поясняю. — А вы-то чего явились, лорд и леди?
Гагер, через силу натягивая свою фальшивую ухмылку: — Мы пришли посмотреть, как вы пройдёте экзаменационные бои, король Данила.